— В Рр-о-сс-ии, — протянула Эльза, не веря своим ушам,
— Мамочка, милая, только это между нами, только между нами! Понимаешь, как это серьезно?
— Вот оно что… А Отто? Кто же он наконец?!
— Он — друг папы…
Они еще долго шептались в комнате, обсуждая волнующие их проблемы.
XIXЕгер принял в назначенный час передачу из Москвы и, расшифровав ее, надолго задумался. Москва высоко оценила его усилия, одобрила предложенное им решение, но просила действовать по обстоятельствам и зря не рисковать жизнью. Егер сидел, глубоко погрузившись в кресло, поглядывая на часы. Сегодня решался главный вопрос — принесет Матильда пропуск или нет.
В комнате было душно. Даже открытая дверь балкона не давала желанной прохлады. Егер расстегнул ворот рубашки, чувствуя, как его смаривает сон.
— Вы спите, Отто? — неожиданно услышал он голос Матильды.
— Я?! Ах да, немного вздремнулось, здесь такой аромат, — в растерянности ответил Егер.
— Пропуск у меня. Действителен он только на сегодня. Ратнер рассказал, что едва у него не сорвалось, пришлось пойти на крайность. Шульц на месте, — выпалила одним духом Матильда и передала Егеру конверт.
— Большое спасибо, — произнес Егер, сдерживая охватившее его радостное волнение. — Поспешим, а то Ратнер подумает, что его обманули.
— Я готова. Только возьму сумочку.
— И я пока переоденусь. Готовность — десять минут, — объявил, улыбаясь, Егер.
Через десять минут они встретились в саду, Егер был в форме штандартенфюрера СС,
— Какой вы нарядный! — не удержалась Матильда.
— Вы сегодня особенно прелестны.
На этот раз Матильда вела машину сама. Бетонное шоссе все дальше уходило в лес, к горам. Егер за это время не обронил ни слова, был задумчив и серьезен. Изредка посматривал в сторону Матильды, любуясь ее красивым профилем. Она чем-то неуловимым напоминала ему жену Наташу. И почему-то именно сейчас пришло на память их первое знакомство. Состоялось оно при драматических обстоятельствах. Было это осенью, когда он, студент пятого курса иняза, глубокой ночью возвращался с вечеринки домой. Шел полутемным, глухим переулком, когда вдруг услышал женский крик, зовущий о помощи. Подбежав к месту происшествия и увидев троих ребят, раздевающих какую-то женщину, не раздумывая, набросился на них с кулаками. Однако силы были неравны, и ему крепко досталось. Две недели он пролежал в больнице. На второй день к нему пришла Наташа, та самая Наташа, на которую напали грабители, и до его выздоровления она не отходила от него. Вскоре они поженились. На свадьбе он сказал:
— Я свое счастье завоевал кулаками.
Случай в глухом переулке пошел на пользу. Он поступил в секцию по борьбе самбо и боксу.
— Вы что-то мне сегодня не нравитесь, — неожиданно сказала Матильда. — О чем вы думаете?
— Вспомнилась золотая пора юношества, — застигнутый врасплох, ответил он.
— Скоро приедем, — сказала Матильда.
— Хорошо… Вы все помните, о чем мы договорились?
— Да, — грустно откликнулась Матильда.
— Торопитесь, вас ждут. Остановитесь здесь, дальше я пойду пешком.
Машина затормозила недалеко от объекта. Егер открыл дверцу.
— Разрешите вас поцеловать… — И Матильда, заливаясь румянцем, обняла Егера, крепко поцеловала в губы. — Успеха вам, Николай… Я вас не забуду никогда… Надеюсь, мы скоро встретимся.
— Благодарю вас, мой дорогой друг, благодарю. И я тоже надеюсь.
XXАвтомашина, в которой сидел гауптштурмфюрер СС Клибер, мчалась по шоссе. Вдали мелькнули очертания города, и через несколько минут Ганс Клибер остановился около здания гестапо.
— Как доехал? — спросил Брауэр, поднимаясь навстречу гостю.
— Нормально. Не до церемоний. Времени в обрез.
— Поехали. Дорогой поговорим, — охотно согласился Брауэр.
Они вышли из здания, сели в машину Клибера.
— Понимаешь… какое дело… — начал Брауэр, едва машина тронулась, и замолк.
— Пока ты думаешь, посмотри на эту фотографию. — Клибер вынул из папки снимок, не без гордости передал его Брауэру.
Брауэр долго рассматривал фотографию, тщетно пытаясь определить, где же на ней Егер.
— Покажи, где он.
— Вот, — ткнул пальцем Клибер. — Не похож?
Брауэр продолжал рассматривать фотографию.
— Когда ты видел его в последний раз? — наконец спросил Брауэр.
— Давно. Лет десять назад. Нет, больше, пятнадцать. А что?
— Нет, ничего. Хорошо иметь такого однокашника.
— Пока никакого толку не вижу. Ведь он долгое время был за границей. — Куда мы едем?
Брауэр назвал адрес Гофмана. Машина вскоре остановилась у названного дома. Пассажиры вышли из машины, подошли к калитке. Брауэр нажал на кнопку звонка. Однако на звонок никто не откликнулся. Клибер посмотрел на часы.
— Очень жаль, — с сожалением произнес он.
— Ничего, подождем.
— А что мы будем здесь жариться, поехали, где-нибудь перекусим, а потом вернемся.
— Могу предложить ресторан «Жозефина», — согласился Брауэр с тайной надеждой встретить там Матильду. Тревога у него в душе росла: на школьной фотографии Егер выглядел иначе.
Вскоре они подъехали к ресторану. Матильды там не оказалось. Она сегодня не работала, отпросившись по каким-то своим делам.
Перекусив в ресторане, Брауэр и Клибер вновь поехали к Гофманам.
XXIЕгер спокойно прошел все проходные и, когда попал на территорию хранилища, скрытого в лесном массиве, увидел перед собой двухэтажное, окрашенное в зеленый цвет здание. Во время последней проверки документов часовой особенно внимательно изучал пропуск, прежде чем возвратить его Егеру. Отто поднялся на второй этаж, остановился у двери под номером «1», вошел в приемную. При виде его дежурный вскочил с места.
— Один? — спросил Егер, показывая дежурному на дверь кабинета Шульца,
— Так точно, штандартенфюрер. Как прикажете доложить?
— Не беспокойтесь. Я сам, — ответил Егер и открыл дверь.
Полковник Шульц сидел у себя за столом и пил кофе. Увидев перед собой штандартенфюрера СС Егера, он от удивления даже привстал со стула.
— Как вам удалось проникнуть сюда, штандартенфюрер? — спросил, часто мигая, Шульц.
— Вы же не догадались меня пригласить. Я и решил проявить инициативу. Так что принимайте незваного гостя, который к тому же имеет к вам сугубо конфиденциальный разговор. Но прежде, полковник, с вашего позволения, я закрою дверь, — произнес, улыбаясь, Егер. — Он опустил кнопку замка, поставив его на предохранитель, затем подошел к столу, за которым продолжал стоять опешивший Шульц. — Мне нужно с вами поговорить тет-а-тет по одному щекотливому делу, касающемуся вашей персоны, — начал Егер, стараясь как можно мягче произносить слова. — Но прежде…
