За салатом и вином «Виола» легко, с игривой застенчивостью болтала о всяких тривиальных вещах. Ее манеры явно восхищали Алекса, и он несколько раз целовал ей руку. Во время танцев они растворялись друг в друге. Уверенный в себе и динамичный по натуре Алекс возбуждал Вирджинию, как никто другой. Хотя их окружали другие пары, они видели и слышали только друг друга.
— Я уже почти забыл, как прекрасно мы подходим друг другу, — прошептал Алекс.
Вирджиния прижалась к нему теснее, ощущая чудесную гармонию их тел. Ее руки скользнули под пиджак и коснулись мягкой рубашки. Теплота его тела разожгла ее кровь.
— В прошлый раз мы танцевали на балконе под звездами. Но нас скрывали костюмы и маски. — Она потерлась щекой о его подбородок, уловив запах знакомого одеколона.
— Я по-прежнему предпочел бы уединение на балконе, — тихо и взволнованно прозвучал его голос. — Но мне нравится, что мы избавились от масок. — Его руки ласкали ее гибкую спину. — Я рад и тому, что мы избавились от иллюзий.
Виола-Вирджиния поежилась. Если бы он знал, что сегодняшний вечер был даже большей иллюзией, чем тот. Но с иллюзией приходили уверенность и безопасность, в которых она так нуждалась. Ложь ли это? Да нет, просто веселая игра, делающая таинственной повседневную реальность.
Вирджиния знала, что ее чувства остаются честными, а действия естественными. Когда она заговорила, слова были правдивыми и шли прямо от сердца.
— Алекс! — Она слегка отстранилась, блики свечей отражались в ее глазах. — Я — то, что вы видите и чувствуете. Не больше и не меньше.
Он посмотрел в ее глаза:
— А мне больше ничего и не нужно.
Они танцевали, пока не смолкла музыка и официанты не начали готовить зал к уборке. И только тогда Вирджиния сообразила, что не выполнила свое намерение. Она собиралась раздражать его своей глупостью, изображая кокетку, пустышку, но ничего этого не сделала. Ее захватила собственная чувственность. Покончено с ученой дамой, избегающей мужчин, имеющей дело только с компьютерами. Сегодня она праздновала всплеск эмоций, не передаваемый словами. Да она и не собиралась анализировать их — только радоваться и наслаждаться. Застенчивость, неловкость, привычка к самоанализу исчезли. Она ощущала себя уверенной и даже искренней.
После ресторана Алекс умолял ее поехать к нему, но Вирджиния настояла на том, чтобы он отвез ее домой. Однако здесь она не сдержалась — пригласила его войти.
Она уже отказывалась рассуждать здраво, прислушиваться к сигналам опасности, поступающим из подсознания. Эротическая атмосфера, создавшаяся в ресторане, продолжала действовать на них обоих.
Вирджиния горела нетерпением насладиться теми удовольствиями, которые мог дать ей только Алекс. Ей нравилось быть соблазнительной и притягательной. Она даже не понимала, кто в большей степени поддается на соблазн — он или она сама.
В полутемной комнате она сбросила свой жакет на диван и подошла к Алексу, усевшемуся в кресло. Он был растерян: жажда слиться с нею сменилась мыслью о том, что за стеной спит Вирджиния, а может быть, и не спит, а прислушивается к голосам в соседней комнате. «Виола» между тем развязала ему галстук и стала расстегивать пуговицы на рубашке. Яркие искры проскакивали в ее глазах. Она расстегнула и свою блузку, и та упала, обнажая ее до пояса. Слабый свет высветил пленительный силуэт. Алекс провел руками по ее обнаженным рукам и плечам.
— Ты прекрасна. — Его сдавленный шепот и ускоренное дыхание показали, что он готов потерять контроль над собой.
Они по безмолвному согласию притянулись друг к другу, словно магниты. Губы их встретились. Эмоции стали расти с невероятной силой и скоростью. Пальцы ее совершали эротические маневры по его груди, ощущая, как напрягаются мышцы. Алекс медленно гладил ее спину, заставляя все ее тело вздрагивать. Вирджиния целовала его нос, подбородок, шею. Алекс осыпал поцелуями ее лицо и грудь. Вирджиния забылась в водовороте наслаждения. Ее стоны опьяняли Алекса. Не размыкая объятий, они нашли путь к дивану. Мягкий велюр уступчиво принял их тела. Медленная соблазнительная игра достигла вершин экстаза.
Вдруг их обостренный слух уловил скрип двери. В коридоре вспыхнул свет.
Алекс смущенно посмотрел на Виолу. Ее глаза расширились от удивления. Наконец она догадалась: Диана имитирует присутствие сестры! Что же она не предупредила о своей проделке? Свет в коридоре погас, полилась вода в ванной.
— Боюсь, что мы разбудили сестру, — грустно произнесла «Виола».
Некоторое время он пристально всматривался в ее черты.
— Я совсем забыл о Вирджинии. — Он, словно стряхивал наваждение, поднялся с дивана. — Будет лучше, если я уйду.
Алекс оделся и направился к двери. У порога он остановился, чтобы окинуть прощальным взглядом все еще лежащую на диване женщину, и вышел.
Через несколько секунд рассудок и силы вернулись к Вирджинии. Хотя она и не утолила физической жажды, прошедший вечер представился ей великолепным. Она совсем не стыдилась своего поведения. Тело по-прежнему вибрировало от его прикосновений. Она не станет принимать душ — его ласки и поцелуи были слишком ценными, чтобы избавляться от их ощущения на теле.
Быстро одевшись, Вирджиния устремилась в спальню. Ночная лампа освещала двух женщин, уже играющих в карты. Они повернулись к вошедшей с немым вопросом. Прислонившись к двери, Вирджиния смотрела на Диану и Джоан, и язвительная улыбка расплывалась по ее раскрасневшемуся лицу.
— Ну? — прозвучал их дружный вопрос.
— Что «ну»? — с показным непониманием спросила она.
Обе они потянулись за диванными подушками и швырнули их в Вирджинию. Смеясь, она отбила их на ковер.
— Удалось нам убедить Алекса, что в доме есть еще кто-то? — потребовала ответа Диана, собирая карты.
— Естественно, — ответила Вирджиния. — Хотя, откровенно говоря, момент вами выбран крайне неудачно.
— Х-м-м! — прозвучал синхронный возглас, выражающий понимание.
Вирджиния устроилась в кресле рядом с подружками.
— А может, мне надо поблагодарить вас за своевременное вмешательство? — Мириады чувств боролись в ней, свергая ее с вершин возбуждения.
— А что, — спросила Джоан, — Алекс не оправдал твоих ожиданий?
Диана успокаивающе похлопала ее по плечу:
— Он не был похож на того Бандита, которого ты повстречала на балконе?
— Это я не оправдала своих надежд, — угрюмо произнесла Вирджиния. — Хотела изобразить из себя дурочку-соблазнительницу, но боюсь, что ничего у меня не вышло. Вместо того чтобы отвратить Алекса от себя, я сама в него влюбилась. — Проглотив комок в горле, она продолжала извиняющимся тоном: — Все произошло само по себе. Я потеряла контроль над собой.
