на тебя жаловалась, — презрительно заметил почтальон, которого собеседник почему-то именовал Фонарем. — Она назвала тебя тряпкой. Сказала, что ты размяк. Что скоро Сэру придется искать тебе замену. Что ты стал таким хрупким и можешь разбиться даже от щелчка по носу: бац — и будут одни осколки…
— Суждено разбиться — разобьюсь, — ничуть не смутившись, ответил Зеркало. — Или ты, Фонарь, хочешь рискнуть и щелкнуть меня по носу? Давай, чего стоишь, попробуй разбить…
Ничего не понимая, Томми глянул на друга. Тот выглядел не на шутку испуганным.
— А это что у нас здесь такое? — спросил тем временем мистер Мэйби и заскрежетал зубами так, что было слышно, даже несмотря на рокот работающих в цеху станков. — Что это мы прячем? Думал, я не замечу?
— Где? — не понял Зеркало.
— Не прикидывайся идиотом! — рявкнул почтальон. — Вот здесь, на полу, прикрытое ветошью! Шланги! Ты что это, решил пойти на попятную?
— Почему вдруг?
— Потому что ты — жалкая трусливая стекляшка! Или еще по какой причине! Заготовил себе путь к отступлению? Припас для себя козырь, так сказать, на всякий случай?
— Ты совсем спятил, Фонарь! — раздраженно ответил Зеркало. — Может, хватит уже паранойи? Эти шланги остались от прошлого владельца фабрики.
— То есть тебе ничего не стоит от них избавиться?
— Да, ничего не стоит. И мне уже надоели твои подозрения и упреки, Фонарь. Может, ты хочешь проверить? Узнать, насколько я предан Сэру? Как думаешь, он сильно опечалится, если его ручная собачонка вдруг возьмет да и погаснет раз и навсегда? Прямо как старина Джек. И будет наш Фонарь заливаться керосином до конца своих дней в духе своего папочки, но тьма никуда не денется. Я ведь знаю, как ты на самом деле боишься однажды перестать… светить.
Повисла пауза.
Мальчишки затаили дыхание — сейчас что-то произойдет…
— Ха-ха, — рассмеялся мистер Мэйби. — Я тебе повода не дам. Начинать драку в Канун — дураков нет. Я только привез все, что нужно, а отвечать — тебе. Если ослушаешься — очень скоро поговорим по-другому. С превеликим удовольствием «посвечу» тебе… После чего навещу ту девчонку, которая живет в доме на пустыре. Ха-ха.
— Не смей ее трогать! — закричал Зеркало.
Чарли вздрогнул и закусил кулак. Томми боялся даже вздохнуть.
— Не трону. Если не дашь повода сам знаешь кому, — безжалостно закончил Фонарь. — Начинай разгрузку. В фургоне все разложено по отдельным ящикам: раструбы и баллоны с чертополоховым газом. Пока будешь разгружать, я заберу еще одну партию пугал. Следующая должна быть готова не позднее чем завтра вечером.
— Зачем нам этот чертополоховый газ? — спросил Зеркало. Он больше не спорил. — Босс так и не удосужился ничего объяснить…
— Из тех, кто задыхается, получаются отменные призраки, — прозвучало в ответ. — Представляешь, сколько можно сэкономить на виселицах? Шучу-шучу. Этот газ предназначен для того, чтобы людишки превратились в тех, кто нужен Сэру.
— И кто же ему нужен?
— Жители его нового города, само собой.
— Так здесь ведь уже есть жители.
— Ему нужны другие жители. Но давай к делу, мне еще нужно показать тебе чертежи распылителей…
Спор за окном превратился в деловитое бормотание, слившееся с шелестом чертежной бумаги, и тут мальчишки услышали чьи-то шаги.
Кто-то из работников фабрики поднимался по лестнице!
Томми и Чарли опомнились слишком поздно — побеги они сейчас, их сразу заметили бы. Спрятаться же за дверью означало сразу попасться в руки этим Зеркалу и Фонарю — мальчишки уже догадались, что там не простые люди, а самые настоящие преступники, которые строят зловещие планы.
Выхода не оставалось, и Томми с Чарли остались сидеть на корточках под окном, боясь пошевелиться и надеясь, что в полутьме их попросту не заметят…
Тот, кого они поначалу приняли за работника фабрики, приблизился уже настолько, что можно было разглядеть человеческий силуэт. Хотя нет, вовсе не человеческий! Голову этого существа обтягивала огромная жуткая маска, подозрительно напоминающая хэллоуинскую тыкву с вырезанными глазами и ртом.
В первый миг Томми решил было, что кто-то из здешних работников просто переоделся к празднику раньше времени, и даже попытался убедить себя в этом, но тут его взгляд заскользил по серому холщовому фартуку, опускаясь ниже. Мальчик выпучил глаза, не в силах поверить в то, что увидел. Непонятное создание вполне себе уверенно двигалось в их сторону на тонких палках, обутых в деревянные башмаки. Вскоре стали видны и руки — нелепые жерди с выточенными из сучьев пальцами, которые угрожающе скрипели в суставах и шевелились, словно жвала насекомых.
Томми снова глянул вверх: пустые черные провалы-глаза хэллоуинской тыквы будто уставились прямо на него. В треугольных глазницах вдруг ярко загорелись два крохотных свечных огонька — тыквоголовый определенно их заметил! Он вытянул руку и ткнул длинным деревянным пальцем в Томми.
Чарли первым пришел в себя. Он отчаянно бросил: «Бежим!» — и ринулся к еще одной лестнице, которая виднелась вдали. Дважды Томми просить не пришлось. Он сорвался с места и припустил следом. Тыквоголовый, громыхая башмаками по мосткам, потопал за ними…
Мальчишки быстро добрались до лестницы и бросились по ней вниз, в темноту цехов. Им уже почти удалось спуститься, когда эта подлая, коварная лестница будто решила помочь их преследователю: Томми и Чарли одновременно зацепились за ступеньку и с визгом полетели вниз. Кучи опилок, которые громоздились у станков и у основания лестницы, чуть смягчили падение, и все же Томми больно ударился коленом.
— Давай, вставай скорее! — Чарли протянул Томми руку, и, схватившись за нее, он поднялся.
Сзади по металлическим ступеням угрожающе гремела поступь деревянных башмаков. Друзья испуганно обернулись. Пугало уже было рядом с ними! Тыквоголовый вытянул к мальчишкам жердяные руки и растопырил пальцы. Огоньки в его глазах угрожающей заполыхали …
Чарли крикнул:
— Сюда! — и ринулся в узкий боковой проход между гудящими механизмами, наматывающими цепи на барабаны.
Фабрика явно была живой и отличалась весьма скверным характером. Мальчишки хотели спрятаться от преследующего их пугала, но вместо этого почему-то вдруг выбежали на открытое пространство. Они оказались на некоем подобии перекрестка, где соединялись два длинных прохода.
Чудовищный грохот поглотил мальчишек. Со всех сторон их окружали станки и механизмы, которые словно ругались на двух незваных гостей своими скрежещущими, визжащими, лязгающими и жужжащими голосами. И это огорошило Томми с Чарли настолько, что они застыли на месте, не понимая, куда дальше бежать и что делать.
— Уи-и-и! Уи-и-и! — Раз за разом вонзались в плоть дерева длинные сверла, пробивая в уже обточенных и отшлифованных пугальных деталях отверстия для винтов шарниров.
— Зж-ж-ж! Зж-ж-ж! — жужжали пилы.
Со всех сторон были фаланги пальцев, ноги, сегменты голов-тыкв.
Над станками нависали рабочие: высоченные, с
