длиннющими руками и… слишком большими головами. В цехах не оказалось ни одного человека. Пугала собирали пугал!
Тыквоголовые пока что не замечали незваных гостей, продолжая делать свою страшно громкую работу, методично обтачивая, шлифуя, полируя, сверля и пиля.
Чарли указал рукой на пространство под верстаком с ручными инструментами, и мальчишки поспешно туда забрались. И вовремя — мимо протопали деревянные башмаки их преследователя.
Пугало, судя по всему, оказалось не из глупых, поскольку повело головой-тыквой из стороны в сторону и принялось заглядывать в различные темные уголки, понимая, что незваные гости не могли убежать далеко и просто затаились под самым его отсутствующим носом. Тыквоголовый обшаривал станок за станком и постепенно приближался. Мальчишек вот-вот снова должны были обнаружить…
Чарли протянул Томми обломок доски.
— Ударь его.
Друг выглядел решительным как никогда — еще бы, он ведь не сам собирался драться с пугалом!
— Что? — поразился Томми, глядя на протянутую доску. — Почему я должен его бить? Я никогда не бил взрослых.
Его вдруг посетила странная мысль: интересно, что сказала бы мама, узнай она о намерениях своего младшего сына ударить кого-то обломком доски. Должно быть, она нахмурила бы брови, показывая этим, что он очень-очень плохой мальчик, раз способен рассматривать подобные варианты.
— Но это ведь не взрослый! — прошипел Чарли. — Это чертово пугало. Тыквоголовый, который нас сожрет или еще что…
Договорить и всучить свое импровизированное оружие другу он так и не успел. Монстр как раз остановился возле их укрытия и, согнувшись пополам так резко, будто у него внезапно треснула поясница, заглянул под верстак.
Чарли машинально ударил доской появившуюся рядом голову-тыкву. Пугало отлетело на пару шагов и завалилось на сверлильный станок. Сверло как раз опускалось…
Раздался громкий треск. Тыквоголовый задергался в жутких судорогах. Он начал неистово бить руками и ногами по всему, до чего мог дотянуться, но все его попытки освободиться были тщетны: нанизанная на сверло голова застряла. Вскоре страшные дерганья прекратились, и огоньки в глазницах померкли.
И тут все пугала, работающие поблизости, повернули головы на шум. В темноте зажглись и ярко запылали рыжие огоньки. Все горящие взгляды, казалось, были направлены на верстак, под которым прятались мальчишки.
— Ну вот — гляди, что ты наделал!
— И сам вижу!
Мальчишки выбрались из своего укрытия и ринулись прочь. Они не знали, в какой стороне выход — пойди разыщи его в такой-то темноте! Поэтому Томми и Чарли просто метнулись туда, где глаза пугал еще не светились. Не менее десятка преследователей погнались за ними.
Цеха представляли собой настоящий лабиринт. Со всех сторон высились громадные механизмы, а проходы раз за разом упирались в тупики. Подчас между станками, штабелями бревен и движущимися змеями конвейерных лент можно было протиснуться лишь с трудом.
Пугала-рабочие, мимо которых неслись мальчишки, явно не сразу понимали, что происходит, и только лишь из-за этого к погоне почти не присоединялись новые тыквоголовые. Какое-то время деревянные служащие фабрики еще недоуменно вертели головами, после чего большинство тут же возвращалось к работе…
— Стой! — воскликнул вдруг Томми. — Руки!
Чарли даже удивился странному возгласу друга, но почти сразу понял, что тот имел в виду.
Путь им преграждал очередной конвейер. Мимо беглецов на транспортерной ленте проплывали десятки рук — как правых, так и левых. Не успели мальчишки что-либо предпринять, как эти самые руки вдруг начали подпрыгивать и дергать пальцами, пытаясь схватить их. Одной почти удалось сомкнуться на лице Чарли — он отпрянул в последнее мгновение.
— Бежим! — заорал Томми, и мальчишки ринулись вдоль конвейера под клацанье деревянных пальцев.
В темноте повсюду колыхались огоньки пугальных глаз, а друзья все бежали и бежали. Они даже не догадывались, что направляются вглубь этих жутких цехов.
В какой-то момент на пути встала очередная конвейерная лента — по ней ползли доски, ожидающие распила. Вдали жужжала циркулярная пила.
— Кажется, этот конвейер идет почти через весь цех! — Томми привстал на носочки, пытаясь разглядеть, куда тянется змея ленты. — Его не обойти!
— И под ним не пролезть! — Чарли указал на кованые стойки, поддерживающие эту ленту, — расстояние между опорами было слишком узким, да к тому же там двигались цепи, заставляющие весь механизм работать.
— Они уже близко!
Десятки свечных огоньков загорались тут и там. Пугала приближались, по пути обыскивая станки и сборочные ленты.
— Быстрее! — Чарли первым полез через конвейер, намереваясь преодолеть его по проплывающим мимо доскам, словно по болотным кочкам. — Не отставай!
Поправив поудобнее сумку, мальчик ловко забрался на ползущую доску. Прежде чем та утянула его за собой по направлению к пиле, он перепрыгнул на другую. Еще прыжок — и он уже покинул конвейер и оказался на штабеле досок, стоящем у ленты с другой стороны. Он перебрался — удалось! Теперь к выходу! Где Томми?
И тут за его спиной раздался крик:
— Отпусти!
Чарли обернулся и с ужасом увидел, что его друг катается по полу, в ковре из опилок, сражаясь с чем-то небольшим, но невероятно сильным и злым, что ухватило его за лодыжку. Приглядевшись, он понял, что на Томми напала деревянная рука одного из пугал. Должно быть, она прицепилась, пока они бежали вдоль конвейерной ленты, где их собирали.
— Отстань! — Томми никак не мог разжать деревянные пальцы, а пугальная рука сжимала его все сильнее.
— Сейчас! — крикнул Чарли, вновь запрыгивая на движущийся конвейер.
Он ступил на доску неудачно и пошатнулся. Каким-то чудом сохранив равновесие, мальчик успел выставить ногу и удержаться на ползущей ленте. Но доска от его движения сдвинулась, и он угодил лодыжкой в проем между ней и ограничительным порожком. Чарли потерял равновесие и рухнул на движущийся конвейер. При этом он ударился локтем и едва не вывихнул зажатую ногу, отчего на глазах выступили слезы. Лента потянула его вместе с досками по направлению к циркулярной пиле.
— Черт!
Мальчик попытался выдернуть лодыжку из капкана, но тот крепко ее держал.
— Чарли!
Томми, борясь с вцепившейся в него пугальной рукой, увидел, что друг находится в смертельной опасности.
— Не могу!.. — закричал Чарли. Сжав зубы, он пытался освободиться, но ничего не выходило — казалось, сама фабрика хотела во что бы то ни стало с ним расправиться.
У Томми от ужаса перехватило дыхание. Металлический диск с длинными кривыми зубьями с ревом вгрызся в доску, с легкостью разделяя ее надвое. Половинки доски прошли по обе стороны от пилы и перебрались на другую ленту, которая вела к строгальному станку.
Между Чарли и крутящимся лезвием оставалась еще одна коротенькая доска. Диск вот-вот должен был вгрызться в спину друга!
— Чарли! — закричал Томми, прекратив попытки
