Читаем без скачивания Детектив Буш - неизвестен Автор

- Если вы считаете, что это поможет...

- Да, думаю, поможет. Сегодня Генри удалось мне только кое-что показать. Сын Гарриет теперь взрослый, он жив и здоров.

- Тогда почему же этот бестолковый Генри не скажет, где он? спросила мисс Рейнберд раздраженно.

Бланш рассмеялась:

- Ну-ну, вы несправедливы к ней. Я же объяснила вам, что их возможности ограничены. Что-то они знают, а что-то должны выяснить. А иногда, даже если они знают, Генри может это не передать.

- Но почему?

- Странный вопрос. Ребенку дают обещанную конфетку, только если он ее заслужил. Не обижайтесь, но, честно говоря, я почувствовала, что Генри в вас не уверен. Может быть, он улавливает исходящие от вас волны скептицизма. Может быть, сомневается в вашей искренности. Наверное, то же самое чувствуют Гарриет и Шолто. Ваша сестра при всем желании не в силах помочь вам через Генри, если между вами существует барьер неверия.

- Все это так сложно и нелогично.

- Это ведь иной мир, мисс Рейнберд. Там все по-другому...

На это мисс Рейнберд ничего не смогла возразить, хотя ей трудно было отделаться от мысли, что Бланш просто ведет с ней ловкую игру. И только одно обстоятельство несколько рассеивало ее сомнения.

Она произнесла:

- Помните, вы сказали, что видите мальчика?

- Да-да. Он был такой чумазый, взъерошенный - как всякий мальчишка, вырвавшийся на волю.

- Вы сказали, у него было что-то на руке, на запястье. Вы так и не разглядели, что это?

- Нет, видимость была очень плохая.

- А этот предмет был большой или маленький?

- Довольно большой. Сначала мне показалось, что он держит в руке теннисную ракетку.

Мисс Рейнберд согласилась позвонить Бланш через несколько дней, если решит назначить ей встречу в Рид-Корте. По дороге домой, покачиваясь на заднем сиденьи "Роллс-Ройса", она пришла к выводу, что ей необходима дальнейшая помощь мадам Бланш. Описание мальчика поразило мисс Рейнберд, хотя она и умолчала об этом. Когда мадам Бланш говорила о Гарриет и офицере, прогуливающихся по берегу реки, мисс Рейнберд отчетливо представила себе эту сцену. И тут она вспомнила одну подробность, о которой Гарриет когда-то упомянула, рассказывая ей о своем романе. Офицер-ирландец был страстным любителем соколиной охоты и, по словам Гарриет, как-то принес на свидание птицу, которую сам обучил, - ястреба. На берегу реки они выпустили его поохотиться на скворцов. Сын мог унаследовать увлечение отца. Мисс Рейнберд не сомневалась, что неизвестным предметом, видневшимся у него на запястье, был ястреб. Мальчик, описанный мадам Бланш, так и стоял у мисс Рейнберд перед глазами. Взъерошенный подросток с птицей на руке. Все это было необычно и странно.

[пропущены главы 5, 6, 7]

8

Памятуя о том, к каким последствиям привело ее первое решение расстаться с мадам Бланш, мисс Рейнберд приготовилась к тому, что ей опять начнет сниться Гарриет, а возможно, возобновятся и мучительные приступы мигрени. Пусть так. Она будет по мере сил им противиться и ждать, когда все пройдет естественным образом - должно же это когда-то пройти?

Миновало четыре-пять дней, и, к счастью, ни дурные сны, ни головные боли не возобновлялись. Напротив, такого подъема она не чувствовала на протяжении уже многих месяцев. Весна набирала ход, пора было договариваться о садовых работах и, кроме того, настало время обновить обстановку в гостиной и у себя в комнате. Пока будут менять обои, надо купить для окон новые шторы. Значит, появится повод съездить в Лондон дня на два, заглянуть за покупками в "Хэрродс". Как знать, может, если бы она не махнула на себя рукой, не жила такой затворницей, больше бы интересовалась происходящим вокруг - может, всей этой дурацкой истории и вовсе не было? Когда тебе за семьдесят, нужно заставлять свое тело и мозг постоянно работать. Но, без конца поучая садовника, доводя до нервного изнеможения продавцов из "Хэрродса" или по два раза на дню меняя свое решение относительно цвета обоев, она нет-нет да и вспоминала о семействе Шубриджей.

Итак, Рональд Шубридж в жизни преуспел. Ну что ж, ради любви к ближнему, будем думать, что какие-то положительные качества в нем были и раньше. Просто, служа в Рид-Корте, он плясал под дудку хозяина. Так или иначе, никого из них уже нет в живых - ни Гарриет, ни Шолто, ни супругов Шубриджей. Они уже не могут портить ей жизнь. Но еще Эдвард Шубридж, его сын, и, вероятно, жена. И естественно, мисс Рейнберд проявляет интерес к их судьбе - по-человечески это можно понять. Строго говоря, после ее смерти Эдвард Шубридж как ближайший кровный родственник должен был унаследовать ее состояние. Пока что она завещала крупные суммы сразу в несколько благотворительных фондов, но на ее основном капитале это практически не отразилось. Она долго ломала голову над тем, как лучше распорядиться своим богатством, но в конце концов, посоветовавшись с поверенным, решила оставить все - в том числе и Рид-Корт - Национальному тресту по охране культурных и исторических памятников. Усадьба была старинная, очень красивая, а сколько ценной мебели, картин - настоящий музей. Приятно было бы сознавать, что дом сохранится точно в таком виде, как и при ней. Гораздо менее приятна была мысль о том, что дом и сад наводнят толпы бесцеремонных посетителей. Невоспитанные дети, вульгарные родители, пикники в саду... чужие люди в доме, наверняка идиотские шуточки... Впрочем, все это, по счастью, будет уже без нее. Вообще-то... почему не помечтать?.. если бы вдруг оказалось, что Эдвард Шубридж и его семья и впрямь приличные люди (некоторые основания для этого имеются: все-таки в его жилах течет кровь Гарриет, а что до ирландской половины, то там по части происхождения тоже как будто все в порядке), тогда было бы заманчиво сохранить Рид-Корт как родовое гнездо. Музеи музеями, однако преемственность поколений, семейная традиция... это неизмеримо важнее! И, может быть, не откладывая в долгий ящик, поручить поверенному нанять какого-нибудь надежного человека, который сумеет разыскать Эдварда Шубриджа и, не привлекая его внимания, собрать о нем достоверные сведения, и тогда она решит, как поступить, не рискуя навлечь на себя неприятности. И чего ей вздумалось связаться с мадам Бланш? Она, право, была не в себе. Ну ладно, с этим кончено. И насчет поручения поверенному надо еще хорошенько подумать. Пока что хватает других дел. Подрядчик попался какой-то бестолковый, не понимает, чего она хочет. Где бы найти приличного дизайнера, которому не придется сто раз объяснять одно и тоже?..

На неделе Бланш так и не смогла выбраться в Блэгдон. Все дни оказались плотно заняты - деловые свидания, сеансы, которые уже нельзя было отменить. Поехала она только в субботу. Джорджу она ничего не сказала. Обычно, если ей надо было его повидать, она просто заезжала к нему домой или заглядывала в его любимое заведение - "Красный лев". Но сейчас, окончательно развязавшись с Шубриджем, Джордж с головой ушел в организацию собственного дела. "Солнечные сады Ламли. Предприятие с ограниченной ответственностью". Ох, боюсь, что с очень уж ограниченной, подумала Бланш, сидя за рулем автомобиля, который двигался в западном направлении, в сторону Блэгдона - шестьдесят с небольшим миль от ее дома. Загоревшись какой-нибудь новой идеей, Джордж взмывал вверх, как сигнальная ракета, но быстро затухал и остывшей головешкой шлепался на землю. При этом нередко и руки обжигал: больше терял, чем приобретал. Бедняга Джордж. Она искренне желала, чтобы из этой его затеи что-то вышло. Хорошо бы. По крайней мере, в нынешнем прожекте больше смысла, чем во всех предыдущих. раньше он хватался за что попало, надеялся одним махом разбогатеть конечно, ничего путного из этого получиться не могло. На этот раз он вроде намерен впрячься в работу всерьез. Правда, лучше бы для начала навел порядок в собственном саду, а то клиенты испугаются: сплошной бурьян, трава по пояс да еще эти его так называемые ценные птицы. Остатки последнего грандиозного замысла: разведение декоративных птиц в клетках и вольерах. Бланш улыбнулась, вспомнив, с каким жаром Джордж говорил: "В каждом нормальном доме должна быть клетка с птичкой. Какой мальчишка, какая девчонка не пристают к матери, чтоб та им купила канарейку или попугайчика? А говорящие птицы - попугаи, майны, африканские вьюрки! Дай срок, оборудую клетки электроподогревом, а там только держись - буду и сам разводить, и закупать за границей, и продавать оптом и в розницу!.. Это ж золотая жила!" У Джорджа все золотая жила. Но время идет, а Джордж как сидел, так и сидит в своем домишке, на своем жалком содержании. С годами Джордж будет стареть, дряхлеть, становиться все обтрепаннее, все неопрятнее, но до последнего дня сохранит свой неискоренимый оптимизм. Его и в семьдесят будут осенять блестящие идеи.

Утро было чудесное. Ласковое солнышко, безветрие, небо голубое-голубое, как яички лесной пичужки-завирушки. Кое-где на живых изгородях вдоль дороги можно было разглядеть чуть заметный проблеск зелени, а в деревенских садах, видных с дороги, там и сям вспенивались бело-розовые шапки цветущих деревьев - вишни и миндаля. Бланш любила ездить в своей машине. Вообще любила путешествовать. Что ни говори, ее предки были кочевники. Как все это далеко - детские годы, кочевая, ярмарочная жизнь, но всякий раз, проезжая через сельскую местность мимо провинциальных городков и деревень, она чувствовала, как сердце начинает щемить. Видно, есть что-то такое в крови, чего никакими силами не вытравишь. Взять хотя бы мамашу: устроена, живет в тепле и уюте, да уж и возраст преклонный, а предложи ей вернуться к прежней жизни - не то что пойдет, бегом побежит. Как ясно все это помнится... Корка льда на ведре с водой - чтобы зачерпнуть воды, разбиваешь лед. Полные зависти глаза местных ребятишек, которые смотрят на тебя, будто ты явился с другой планеты. Лошади, собаки, начищенная медь, расписные повозки, запах дыма от костра... Теперь совсем другое дело - современные автофургоны, трейлеры; вместо лошадей - сверкающие машины, но суть жизни осталась прежняя. А как она девочкой собирала дикие нарциссы и первоцветы, ходила по домам продавать букетики... А мамаша - в ярко-красном платке, плотно повязанным вокруг головы на цыганский манер, с золотыми кольцами в ушах - вот она смотрит в магический кристалл, вот читает по руке чью-то судьбу... Да, конечно, оттуда все и пошло. Она унаследовала свой дар по женской линии. Ну что ж, она не посрамила своих предшественниц. И кой-чего добилась благодаря собственным стараниям. Много читала, набиралась знаний. И из сопливой девчонки превратилась в мадам Бланш Тайлер, которая - дайте только срок! - еще воздвигнет храм Астродель, и сотни людей обретут там душевный покой, укрепятся в радости и утешатся в горе.