Это был всего лишь вестибюль отеля, но он производил впечатление уютной гостиной короля.
И кто же сиживал в этой гостиной? «Ветра торговли» гордились своей интернациональной клиентурой; несмотря на национальные различия, все постояльцы источали удивительно похожую ауру успеха и власти, и в каждом ощущалось стремление к еще большим вершинам. Все носили костюмы от самых известных кутюрье, выражение лиц было удивительно спокойным, они говорили приглушенно и вежливо.
Однако Сэм хорошо понимал, что эти люди проворачивают миллиардные сделки.
Сэм слышал о лихорадочном напряжении, в котором жил Гонконг, где состояния делались или терялись за одну ночь и где по мере того, как часы неумолимо отсчитывали оставшиеся месяцы до непредсказуемого 1997 года, каждая секунда становилась все дороже и дороже. Многим еще предстояло сделать в Гонконге огромные состояния, достичь своей самой заветной мечты и насытить свои самые жгучие страсти.
Сэм ожидал, что станет свидетелем этой лихорадки, но ему было больше по душе королевское спокойствие. Именно с таким спокойствием разыгрывались в Гонконге самые высокие ставки. Сэм Каултер обожал покер. Независимо от того, что у него было на руках, он всегда выигрывал.
И вдруг в вестибюле появился игрок, который явно не знал правил. «Американец, - решил Сэм, - молодой, явно опаздывающий на встречу и, скорее всего, не готовый к ней». Он несся по антикварным коврам прямиком к вращающейся двери выхода… Сэм стоял на его пути. Избегая столкновения с парнем, Каултер резко отшатнулся в сторону и тут же сам врезался в кого то.
Сэм успел поймать ее на лету - страшного приземления на белоснежный мрамор пола не случилось.
Когда он помог ей выпрямиться, то на ее лице была написана завораживающая ярость.
- Извините, Бога ради, - выпалил Сэм, - я виноват. Я не заметил вас.
Его мольба о прощении застала ее врасплох - и тогда она улыбнулась. Словно солнце выглянуло из за грозовых туч, и мир вдруг изменился. Яростный шторм остался в прошлом, и осталось только великолепие - блестящее и не менее завораживающее.
- Это совсем не ваша вина, - сказала она, и Сэма удивил ее акцент - настоящий «королевский английский», причем говорила она с истинно королевским величием. - Я видела, что случилось, - он наверняка столкнулся бы с вами. - Она задумчиво склонила голову набок, и в дневном свете люстр ее иссиня черные волосы засверкали, словно солнечная радуга. - Я подумала, что вы не собираетесь двигаться, и ему придется обогнуть вас.
- Нужно же было поддержать парня.
Она кивнула, и Сэм заметил в ее глазах непередаваемую мягкость.
- И все же, - спокойно добавила она, - вы могли бы обвинить его в том, что вам пришлось отступить назад.
- Но отступил то я по собственной инициативе, - просто ответил Сэм. - Значит, и ответственность на мне, поэтому я виноват перед вами за то, что вы пострадали от этого.
- Ничего страшного.
Она нагнулась за своим кейсом, но Сэм и тут оказался быстрее - он заметил, какие у нее высокие каблуки и как ненадежно покоятся на них ступни. Неслучайно она не устояла на ногах, когда он толкнул ее.
- У вас все в порядке? - спросил он ее, снова поднимая на нее глаза.
- Все в порядке, спасибо.
Они должны были разойтись - инцидент был исчерпан, - но еще какое то время, на несколько ударов сердца, их глаза не могли оторваться друг от друга; в ее глазах читалось удивление и одновременно приглашение к продолжению знакомства, а в его - нескрываемый интерес. И тут волшебство исчезло - оба вспомнили, что они в Гонконге, где каждая секунда на вес золота. Впереди ждала работа, ждали еще не сколоченные состояния.
Она исчезла из виду, но не стерлась из памяти, - загадочное существо, полное контрастов. «Кто она? - ломал себе голову Сэм. - Топ модель с кейсом? Китайская принцесса, получившая образование в Англии? Или английская, выросшая здесь? И неужели эти глаза, то темные от ярости, то, в следующее мгновение, сияющие, как солнце, неужели эти глаза в самом деле такие зеленые?»
Джеймс появился ровно в восемь.
- Ну, как долетели? - спросил он, и они отправились в Башню Дрейка в шести кварталах отсюда.
- Нормально, без опозданий и проблем.
- Тайлер вас встретил?
Сэм кивнул.
- Мы проехали мимо котлована по пути сюда. Ничего местечко. Трудно найти другое, откуда бы открывался лучший вид.
- Лучшего и не найти. Вы видели трейлер у котлована? Там будет ваш рабочий офис. Там уже должно быть все, что нужно для работы, а если не будет - сообщите мне. У вас будет и офис в Башне, - он потребуется вам для совещаний в ближайшие десять дней, - но вы можете пользоваться им и потом.
- Спасибо. Что у нас на сегодня? В три мы встречаемся с Тайлером. А прораб?
- Чжань Пэн. В час. Это лучшая бригада в Гонконге. Они строили для меня и «Ветра торговли», и Башню Дрейка, два кооператива в Стенли и еще шесть доходных домов на Новых Территориях. Пэн не кончал строительного колледжа, да и вообще у него нет профессионального образования, но все другие строители говорят, что у него золотое чутье. Однако он не станет указывать вам, если только вы сами не спросите.
- Приятно слышать. Я обязательно спрошу. - Они прошли едва квартал по Чейтер роуд, но Сэм уже понял, что Дрейк соответствует своей репутации. На этой неделе Сэму придется встречаться с массой людей, имеющих отношение к строительству, и каждая встреча будет важной. Однако, кроме Сэма, были только три человека, чьи действия определяли успех или провал проекта: компания, которая будет поставлять качественные материалы в соответствии с требованиями заказчика, прораб и, разумеется, архитектор. На сегодня Джеймс уже организовал ему встречи с двумя из этих людей. Сэм мог и не спрашивать, наверняка на утро уже назначена встреча с архитектором, но все же спросил:
- А архитектор? Мы познакомимся сегодня?
- Да, вы увидите ее сегодня утром, встреча назначена с девяти до половины двенадцатого, а после этого мы все втроем позавтракаем.
Ее? Сэм продолжал шагать по улице, однако его сознание словно парализовало. Конечно, он видел все чертежи, все схемы стального каркаса, на который предстоит нарастить плоть из нефрита, жадеита, гипса и золота.
И на всех этих документах стоял штамп: «Тичфилд и Стерлинг», Гровенор Сквер, Лондон, Англия. И еще внизу: М. Гуань, архитектор.
Он то думал, что ему предстоит встреча с Майклом, Марком или Мартином Гуанем, и Сэм Каултер ждал этой встречи - лучше бы дерзкому архитектору, нагло набросавшему на бумаге почти невозможный образ, запастись, кое какими соображениями по поводу того, как превратить его два измерения в три, и кроме того, приготовиться к интенсивной работе. Сэм думал, что ему предстоит часто видеть мистера Гуаня на стройплощадке, месящим неизбежную в сезон дождей в Гонконге грязь или стоящим рядом с ним на головокружительной высоте на скользких от дождя стальных балках.
