дело странное, запутанное и хорошо бы разобраться в причинно-следственных связях. Пока судебные власти пытались привести все хоть в какой-то более-менее логический вид, Филарет отозвал свою подпись под постановлением Поместного собора собственной церкви о ликвидации.
Вы просто вдумайтесь: Филарет созывал Поместный собор, чтобы ликвидировать свою УПЦ Киевского патриархата, чтобы слиться и получить томос, а через полгода передумывает и отзывает подпись.
И тут события начали развиваться молниеносно. Собирается Священный синод ПЦУ и лишает Филарета права руководства Киевской епархией. То есть Филарет теперь выступает прежде всего как чиновник, и за заслуги перед Украиной, а потом и перед церковью его оставляют в составе епископата ПЦУ.
В конце года издается перекидной настенный календарь с портретами иерархов. Несложно догадаться, что январь начинается с лица Епифания Думенко. И, как вы думаете, какой месяц выделили Филарету? Правильно — декабрь. Просто запредельное унижение главного раскольника. Еще бы на отрывном листе его фотографию напечатали. Филарет, конечно, попротестовал, дал несколько интервью, но все было и так понятно. Это, что называется, пример в назидание новым поколениям: какими бы вы ни были хитрыми и умными, вас всегда можно обыграть в наперсток.
Филарет задумал исключительно правильную комбинацию, но не учел одного: он был никому не нужен. Денисенко искренне полагал, что необходим Порошенко, а Епифаний Думенко без него ничего не стоит. И, может быть, если бы Петр Алексеевич выиграл президентские выборы и пошел на второй срок, они с Филаретом придумали бы еще какую-то комбинацию, чтобы прогнать Епифания с поста. Но Порошенко проиграл президентскую кампанию, Епифаний уже был раскручен коллективными усилиями, а позиция Варфоломея не менялась. И гениальная комбинация разбилась вдребезги.
Что бы потом Филарет ни делал, это будет хорошая мина при очень плохой игре. По-человечески Филарета можно пожалеть. Он себе представлял другой финал жизни, не такой. А получилось то, что получилось.
Возможно, сами небеса наказали Филарета за раскольническую деятельность? Вот был раскольником, вошел в историю православия как раскольник и завершил свой путь в церкви снова как раскольник, даже при снятой анафеме.
Все это время мы разбирали копошение раскольников, которое должен был возглавить Филарет. Ради этой миссии он положил себя на украинский алтарь безумия. А по итогу все заслуги приписал себе Епифаний Думенко — так приходит мирская слава. И вот мы уже постепенно подходим к последней главе, в которой поговорим о начале уничтожения УПЦ Московской патриархии.
Глава седьмая. Церковь на Голгофе
Вот мы и добрались до финала этой трагической и во всех смыслах поучительной истории. Теперь нам предстоит разобрать последний ее этап — полное уничтожение поместной церкви в Украине.
Услышь еще недавно кто-то, что Украина окажется вне православия, наверное, он бы просто пожал плечами и сказал: «Да нет, быть такого не может». В августе 2022 года так считали очень многие. Более того, тогда же я в эфире «Соловьев LIVE» сказал, что следующим шагом Зеленского будет запрет Украинской православной церкви на законодательном уровне. Чего я только ни услышал в ответ: и что это алармистские настроения, и что никогда он на это не пойдет, и что верующие такого не допустят. Перестаньте! Все же очевидно — просто многим комфортно находиться в плену иллюзий. Давайте отмотаем пленку назад и вернемся в февраль 2014 года. Вспомните, с какими лозунгами участники Майдана плясали, водрузив кастрюли на голову: «Москаляку на гилляку», позже добавив: «Кто не скачет, тот москаль».
Подумайте, если главным врагом протестующих был русский, могла ли существовать в Украине церковь, в названии которой есть слово «Москва» (УПЦ Московской патриархии)? Совершенно очевидно, что все шло к запрету. Такой план вынашивал еще Петр Алексеевич Порошенко.
24 февраля 2022 года начинается спецоперация России в Украине, и для Зеленского этот вопрос становится принципиальным. Да, Украинская православная церковь много сделала для того, чтобы, как Анастас Иванович Микоян[16], годами «ходить между струек». Например, проводила молебны за украинскую армию, когда ее солдаты убивали людей на Донбассе. В свое оправдание представители церкви обтекаемо говорили: «Мы молимся за мир». И никто не уточнял, кто, собственно, этот мир уничтожает. Кто вооружал специально выпущенных из тюрьмы уголовников? Кто разрешал заниматься дегуманизацией русских на всех основных украинских телеканалах? Кто постоянно заявлял, что дети Донбасса будут жить в бомбоубежищах, а пенсионеры не будут получать пенсию? Кто? Украинская власть.
Церковь годами дистанцировалась, закрывая на все глаза. Доходило даже до того, что украинские каратели обстреливали церкви на Донбассе во время пасхального и рождественского перемирия. Прихожане гибли прямо на территории храмов, а церковь ничего по этому поводу не говорила — ни известные своей пророссийской позицией священники, ни иерархи не выступали с публичными заявлениями.
В какой-то момент власть в лице Зеленского и Ермака поняла, что на УПЦ можно вообще не обращать внимания — с ними чего ни делай, они будут молчать. Сначала запустили пробный камень: через подконтрольную Банковой[17] сетку телеграм-каналов стали распространять информацию о том, что в нынешних условиях как раз надо всем сплотиться, что должна быть новая единая церковь, подразумевая, естественно, томосоносную ПЦУ — русская церковь не должна существовать в Украине вообще.
Тогда многим показалось, что это абсолютная нелепость. Хотя сразу после стало известно, что Верховная рада начинает готовить закон о запрете деятельности всей УПЦ. Более того, говорилось о том, что УПЦ — это экстремистское сообщество, которое только и делает, что подрывает истинно украинские устои. Ну, понятно, кто вносил идеи, — партия «Слуга народа»[18], которая находилась в подчинении Ермака, главы офиса президента.
Некоторые посчитали, что это просто запугивание. Наивное заблуждение: такими вещами не шутят. Если вступаешь на ниву богоборчества, то нужно идти до конца. Многие исходили из того, что Зеленский, который сам себя назвал либертарианцем и постоянно говорил что-то про демократию, не будет действовать с позиции Емельяна Ярославского и Союза воинствующих безбожников. И это тоже было большое заблуждение.
Я помню, как в апреле 2019 года коллеги из издания «Украина. ру» организовали ночь выборов, как раз когда избирался Зеленский. Все почему-то считали, что Порошенко — исчадие ада, а вот Зеленский — надежда на что-то хорошее, мол, если он придет к власти, все будет иначе. Я единственный сказал: «Присмотритесь к нему. Внутри этого человека сейчас зарождается маленький Наполеон». Пока все хорошо, он триумфатор, но как только у него начнутся сложности (а сложности здесь очевидные: начиная от экономики и заканчивая, допустим, имплементацией Минских соглашений), он еще себя покажет — этакий портрет Дориана Грея.
Так и
