Читаем без скачивания Эксперт № 06 (2014) - Эксперт Эксперт

Для подъема исследований во всех крупных региональных, в первую очередь исследовательских, университетах критически необходимо сотрудничество с иностранными лабораториями. Это требует ресурсов, но совсем не недоступных. Из 35 млрд рублей, которые собираются выделить на повышение престижа нескольких вузов, из сотен миллионов на стажировки за границей было бы правильно часть зарезервировать за STEM-направлениями исследовательских университетов (начать с них, раз такой список уже есть) примерно в равных долях, но не выделять деньги, пока там не будут предложены конкретные программы в паре с определенными лабораториями зарубежных университетов. Не следует обозначать конечный срок предоставления таких программ университетами, пусть это будет и год, и два — деньги зарезервированы. Никакой гонки, как с мегагрантами, быть не должно. Тогда опрашивали всех ученых с именем, кого только знали, лишь бы успеть с заявкой, не одно направление, так другое. Само объявление программы, о которой я говорю, вынудит университеты сформулировать план вывода одного или нескольких направлений на уровень мировых лидеров. В большинстве университетов такие планы не смогут сформировать самостоятельно, им будет чрезвычайно важна помощь научной диаспоры в оценке потенциала факультетов, поиске партнеров, экспертов для анализа предложенной программы, ее стоимости.

Часть финансирования должна быть направлена партнерской лаборатории, но за ясно прописанные ее обязательства: стажировки в ней наших ученых и студентов; перенос части исследований в российский университет; должна быть указана продолжительность работы их профессоров и аспирантов (последние могут собрать установки и запустить работу на них лучше, чем профессора) в российском университете. Горизонт у программ должен быть не менее пяти лет.

Сколько платить иностранным коллегам

Невероятные деньги, отданные MIT за сотрудничество со Сколково, — результат некомпетентности. Я уверен, в MIT не могли запросить 300 млн долларов (эта цифра фигурирует в печати, ее не опровергали), им дали понять, что плата может быть любой. Мне все непонятно в этой истории. Зачем вообще потребовалось платить MIT в целом, не только конкретным людям и лабораториям (разрешение ученому от университета на работу по совместительству не требуется, а свою учебную нагрузку профессор может «выкупить» за счет гранта). Наверное, люди, далекие от университетов, оказавшись у руля этого проекта и будучи ограничены во времени, смогли пойти только по пути подписания договора с руководством MIT и полностью положиться на партнеров. Это путь, возможный для страны третьего мира, не для нас. Нормальным было бы начать «снизу», с сотрудничества между учеными и подразделениями, стоило бы посмотреть, что получается, что действительно нужно, а потом принимать решения.

Мое общее соображение по оплате такое: если человек сохраняет зарплату в своем университете, то заплатить до 50% от нее совершенно достаточно. Обычной в больших университетах на STEM является зарплата 100–150 тыс. в год. В школах, на которые ориентировано Сколково, примерно на треть больше. После налогов и разных обязательных выплат остается примерно 60%. Поэтому дополнительные «чистые» 50 тыс. долларов в год для американского профессора очень существенные деньги. Плюс оплата перелетов (университетская гостиница должна быть бесплатной), компенсация возможных потерь в своем университете, то есть на круг, если человек существенно вовлечен в работу, получается тысяч 70–100 в год. Если так рекрутировать человек тридцать — это 3 млн долларов. Одному или нескольким координаторам проекта можно было бы платить зарплату, равную той, что они получают в MIT. Даже если нескольким известнейшим людям платить втрое, все равно не наберется и четырех миллионов. Пусть еще по миллиону каждому партнерскому факультету, чтобы он принимал российских коллег и отправлял в Сколково своих аспирантов, — все равно для MIT не видно более 10 млн долларов в год.

Полная трансплантация искуственного сердца — гордость Луисвилльского университета

Фото: ЕРА

Семь тезисов для программы

Я представляю, что мог бы делать для продолжения дискуссии в Америке, будь мои предложения опубликованы в известном журнале. Например, отправил бы ссылку на статью секретарям научных сообществ для помещения в новостях, попросил бы лоббистского содействия конгрессменов от штата.

В наших реалиях непонятно, что делать, нет традиции публичных обсуждений, механизмов продвижения мнений. Даже замечательные статьи и выступления великого Арнольда о деградации образования заметили только ученые. Очень интересные интервью с учеными (В. Рубаков, В. Захаров, А. Старинец, А. Вершик — на Полит.ру, С. Рукшин — в Газете.ру) появились за последнее время, но на них тоже нет реакции ни политиков, ни научного сообщества. Как донести до власть имущих, что дело совсем плохо, что реформы, ориентированные на школы бизнеса и управления и поразительным образом примененные для научных и инженерных специальностей, несмотря на колоссальные потраченные деньги, только продлевают катастрофу долгих предшествующих лет? Ответа нет, но все же сформулируем еще раз (по итогам двух статей) тезисы для возможной программы развития STEM-образования в России.

1. Объединение факультетов в школы. Ввести на них единое поступление, дальнейший переход на те или иные специальности — не раньше чем через год по конкурсу текущих оценок. Разрешить хорошо успевающим студентам свободное «перемещение» по университету, помочь им с индивидуальным планом.

2. Ввести летний семестр для желающих. Это позволит получить степень быстрее, взять классы, необходимые для смены специальности в бакалавриате, летние классы можно сделать умеренно платными, в это время легче привлечь иностранных студентов.

3. Самоуправление на кафедрах, должности заведующих кафедрами, лабораториями, декана должны быть обыденными, ротируемыми, на них люди должны приходить с определенными планами и покидать через один срок, реже через два. Единственные, кому желательно быть у руководства долго (из-за большого горизонта планирования, сложности и важности работы), — люди в ректорате и деканы школ (не факультетов).

4. Нужны ученые извне, особенно на должности заведующих кафедрами и деканов. Необходимо также много adjunct professors — российских, зарубежных, с правом голоса в определении направлений развития кафедр.

5. Стажировки, массовые и недорогие, до года, с предоставлением работы по возвращении. Для определения места стажировки важно не имя университета, а уровень принимающей лаборатории — подтверждать выбор места для конкретной заявки должен центр, состоящий из ученых диаспоры.

6. Федеральное финансирование не менее одной комплексной программы для каждого исследовательского университета, сформированной для одного факультета в целом или нескольких факультетов, в сотрудничестве с зарубежным университетом. Программа должна быть одобрена все тем же центром из ученых диаспоры.

7. Наконец, как можно скорее должна быть создана комиссия для выработки политики в области STEM, ее предложения должны быть рассмотрены в университетах. Существенную часть комиссии должны составить иностранные ученые и научная диаспора.

Существование Украины в прежнем виде больше невозможно

Градус политического кризиса на Украине говорит о том, что даже если стране удастся избежать гражданской войны, то ее существование в прежнем виде больше невозможно

section class="box-today"

Сюжеты

Евромайдан:

Украина продолжает сидеть на двух стульях

Как пропадают люди

Крым взывает к России

/section section class="tags"

Теги

Евромайдан

Политика

Украина

Политика на улице

/section

Ситуация на Украине продолжает обостряться. В Киеве активисты оппозиции заняли ряд министерств, включая министерство юстиции и министерство энергетики, и продолжают укреплять баррикады. В регионах же продолжаются нападения на здания областных администраций и столкновения между «ополчениями» власти и оппозиции.

Украинская власть отказалась от попыток разогнать разбушевавшийся Майдан силой и пытается найти с протестующими разумный компромисс. В конце прошлой недели Верховная рада приняла закон о всеобщей амнистии с определенными оговорками. Согласно им, амнистия будет проведена только в том случае, если протестующие освободят захваченные административные здания. При этом спикер Верховной рады Владимир Рыбак особо подчеркнул, что от демонстрантов не требуют покидать Майдан и Крещатик.