Старший друид всё же отложил в сторону дневник, поднялся с кресла и приблизился к открытому в библиотеке окну. Жестом, он подозвал ученицу и предложил окинуть взором окрестности храма и улочки Лан-Лур. Повсюду звучали отголоски музыки, разговоров и смеха, что отдавались звонким эхом в кронах деревьев. Небольшие группы эльфов, свободных от повседневной суеты, направлялись в храм, дабы получить благословение своего дракона. Друидеса Катла скакала близ замшелых булыжников, играя в догонялки с маленьким ручным лисом, неподалёку Арис вёл неспешный диалог с друидом, то и дело, сотрясая воздух своим звонким хохотом. Семьи, компании друзей и коллег — такие разные, но такие похожие, эльфы проживали жизнь, шедшую своим чередом, и попросту радовались приходу нового дня.
— Ты, видишь этих эльфов? — промолвил наставник. — Они счастливы?
— Да, — ответила Лиара спустя пару задумчивых секунд.
— Зачем же рушить всё это? — продолжил Древен. — Зачем заставлять их жить в страхе и готовиться к неизбежному? Сейчас, наша задача — подготовиться к приходу затмения и не поднимать паники среди наших собратьев. На души многих из них и без того выпали тяжёлые испытания.
Лиара хотела возразить и оспорить решение, которое однозначно принадлежало совету старейшин, но сдержав внутренний порыв — осознала, что в словах наставника крылся смысл. Как и говорил её отец — старейшины не просто так принимали решения. Последовало молчание. Шеймус открыл футляр и вытянул роскошную курительную трубку из чёрного дерева с серебряным мундштуком и резной чашей. Достал мешочек табака и тампер.
— И когда нам ждать кровавую луну?
— Если верить предсказанию, — палец Шеймуса вспыхнул искрами огня, воспламенив забитый табак. — Следующей весной. Но прогнозы слепых братьев имеют погрешность.
— И, вы думаете… Лан-Лур устоит?
— Сложно сказать, дитя, — пожал плечами друид. — Мало, что способно устоять перед силами адских армий. Но мы сделаем всё необходимое, дабы избежать встречи с врагом и устоять, если того потребует случай.
Лиара ещё раз взглянула в окно. Мысли в её голове сменяли друг друга. Как бы девушке не хотелось воспротивиться этому, она приняла план старейшин даже несмотря на факт замалчивания от клана. Паника и впрямь была худшим, что могло произойти с Лан-Лур, учитывая грядущие события.
— Лиара, — обратился к ней Древен, — ты же понимаешь, что всё сказанное сейчас, не должно покинуть стен храма?
Эльфийка кивнула в знак согласия.
— Вот и славно. Что касается других деталей твоего видения, я должен всё обдумать. Предлагаю отправиться во двор и провести часок другой в медитации. Возможно, духи укажут нам некоторые ответы.
Девушка отправилась к выходу и уже собиралась покинуть библиотечный зал, когда наткнулась взглядом на кленовый посох, стоявший у книжного шкафа — инструмент магистра Шеймуса. Толстое древко с тусклым, сияющим у вершин кристаллом-катализатором. Подобно его обладателю, за простой наружностью сего предмета крылся его огромный потенциал. Взгляд девушки тут же переместился к дверям, в место, где стоял её собственный посох столь же простой и непримечательный, как и его владелица. С дубового древка на девушку взирала резная голова волка, появившаяся всего пару часов назад, как дань памяти событиям минувшего дня.
— Мастер Древен?
— Да, дитя?
— Она… сказала, что всё ещё ожидает встречи.
Лицо друида, изменилось в радостной улыбке.
— Ох, все эти разговоры. Я даже не расспросил о твоём задании! Надеюсь, всё прошло гладко? Хм. Я и не сомневался. Как тебе стая? Познакомилась с малышами Гэло и Сильвией? Обычно они очень даже любопытны, особенно по отношению к нам.
— Мастер? Майя поведала мне о путешествии. Вы планировали отправиться на запад. Для чего? И почему отказались от этой затеи? Древен коротко переглянулся с Шеймусом. Маг весело усмехнулся и опустил взгляд в книгу. Похоже, гость Лан-Лур прекрасно знал о каком путешествии ведёт речь юная друидесса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Хм. Похоже, Майя поведала тебе несколько больше, чем я ожидал. Что ж… кое в чём, она ошиблась. Я не отказался от затеи путешествия. Но время ещё не пришло.
— Значит… вы покинете нас?
— Только не тебя, дитя, — двусмысленно улыбнулся друид. — Я обещаю, что расскажу тебе всё, но чуть позже, когда настанет время. А пока иди, у духов много времени, но они не любят ждать.
5
Уже с первыми лучами солнца звонкие голоса разносились среди улочек Лан-Лур. Мужчины, женщины, дети — все они были поглощены своими повседневными делами. Музыка лилась над лесом, сочетаясь с его собственной симфонией звуков.
Следопыт проснулся немного позже чем обычно, позволив себе задержаться в постельном плену, ибо то был его первый сон за пару минувших суток. Сидя в своём жилище, возведённом меж двух дубовых стволов, Рилан наблюдал из окна за тренировочной площадкой и подготовкой воинов, попивая тёплый травяной чай. Годами он наблюдал за тем, как будущие мечники шаг за шагом, изо дня в день затачивают одни и те же движения с каждым разом, становясь лучшей версией себя.
Рилан всегда восхищался терпением и спокойствием с коим Арис подходил к процессу тренировок, восхищался плавностью сего представления и сталью клинков, отражающей солнечные лучи.
— Если повезёт, составлю вам компанию вечером, — тихо промолвил следопыт.
Несмотря на дивное утро свободное от забот, мысли эльфа уносили его в совершенно иную степь, не позволяя полноценно предаться отдыху, ибо сегодня, самым главным делом Рилана оставалась встреча со старейшиной Лоротом.
Рилан как никто другой уважал этого эльфа. Следопыт был обязан ему очень многим, как и большинство семей «Иль-Вэн». Именно Лорот организовал поход на восток и по его инициативе был заложен первый камень в основании Лан-Лур. В давно минувшие годы именно Лорот приютил юного осиротевшего эльфа, занявшись его воспитанием и обучением, фактически заменив тому отца.
С годами Рилан возмужал, нашёл любимое дело и сумел организовать собственную жизнь, но даже теперь, минуя три сотни лет с тех событий, Лорот оставался героем в глазах следопыта и образцом для всеобщего подражания.
— Ну что ж, храни меня Силанна, — облачившись в повседневной наряд, выдохнул эльф и сделал шаг навстречу неизвестности.
— Войдите, — вопреки желаниям следопыта, послышался уже хорошо знакомый голос, после троекратного стука дверным молоточком в форме совы.
Дверь отворилась чуть легче нежели он того ожидал, полы издали глухой скрип, а взгляду Рилана стал доступен образ старейшины Лорота, что вёл обыкновенные домашние хлопоты.
— А, это ты, Рилан? Я ожидал твоего визита несколько позже, — старейшина поприветствовал гостя взглядом и сосредоточил внимание на пыхтящем арашале. — Ну, да ничего. Проходи, присаживайся, чай почти готов.
Рилан безмолвно кивну и сел за старый стол, где некогда вместе с Лиарой и Лоротом устраивал утренние чаепития. Старейшина скрылся в просторах кухонного зала, выбирая травы для заварки. Его поведение казалось Рилану слегка необычным, ибо Лорот предпочитал не тянуть с делами, особенно если это касалось чего-то важного и особенно его дочери.
В доме стоял лёгкий аромат мяты, на стенах, как и ранее, висело множество трофеев и произведений эльфийских мастеров. Десятки глиняных и резных статуэток единорогов украшали навесные полки и углы тумб. Магические жеребцы — создания, чьё великолепие заставляло восторгаться художников остались далеко на родине «Иль-Вэн», но их образы и по сей день согревали души восточных эльфов. Одна из статуэток, явно уступающая в качестве прочим работам, являлась первой подделкой, созданной руками Лиары и занимала особое место среди всех прочих работ, как дань памяти светлым дням её далёкого детства.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
