Рядом с широким окном возвышаясь над просторами комнат, красовалась хорошо знакомая Рилану картина, окутанная венками из засохших стеблей роз. Прекрасная беловолосая дева, сияющая сапфирами глаз, своим ликом столь схожая с ликом дочери Лорота. Ильсин — ушедшая в объятья Асхи жена Лорота, мать Лиары.
Рилан почтительно перевёл взгляд на росток янтарного древа, найденный старейшиной во время исхода «Иль-Вэн». За период почти в три сотни лет ветвь увеличилась в размерах всего на пару дюймов. Однако медленный темп роста имел и обратную сторону, ибо по поверьям эльфов, янтарные деревья растут на протяжении всей своей жизни куда более длительной, нежили жизни детей земли. Если верить легендам, то в стародавние времена до разделения Асхана на материальный мир и Мир Духов, кроны янтарных деревьев касались облаков и царства самого Илата — первородного дракона воздуха.
«Failriz» — «Лезвие Удачи» — легендарный меч, некогда служивший старейшине Лороту, ныне красовался на стене, скрывая зачарованную сталь клинка в изящных ножнах. Уже многие годы грозное оружие оставалось нетронутым рукой старейшины, служа ему памятью о прошедших днях и боевых заслугах.
— Помнишь его? — поставив перед следопытом кружку чая, произнёс Лорот. Взгляд изумрудных глаз пал на резную рукоять меча, что некогда сжималась его хватом. — Когда-нибудь, я найду ему более достойное применение. Негоже такому оружию висеть на стене. Рилан кивнул в знак солидарности, его ладони прильнули к тёплой деревянной кружке.
— Рилан, я могу задать тебе личный вопрос?
В глазах Лорота блеснула искра.
— Конечно, старейшина. Я слушаю.
Ненадолго, в помещении воцарилась тишина. Воспользовавшись моментом, Рилан сделал пару глубоких глотков, смочив пересохшее горло. Мятный аромат и вкус успокоили его сознание.
— Давай обойдёмся без титулов и поговорим как… старые добрые друзья. Однако, учти, я рассчитываю на твою откровенность, — на лице старейшины проступило смятение. В его обыкновенно ровной речи вдруг появились чуждые неловкие паузы. — Рилан, я бы хотел знать… что у вас с моей дочерью?
Только что ароматный напиток превратился в ком посреди горла. На мгновение, нутро эльфа превратилось в окаменевший бардак.
— Лиара — мой близкий друг, — промолвили его уста в достаточно сдержанной манере.
— А ты для Лиары?
— Думаю, она видит во мне что-то похожее.
Лорот припал губами к кружке и неспешно покачал головой. На его лице проступила нотка усмешки.
— Полагаю, ваши отношения уже давно вышли за пределы простой дружбы, Рилан. Лиара видит в тебе не только друга. Даже если она сама ещё не поняла этого.
Тело следопыта, что до сего момента удерживал себя в руках, дало лёгкую слабину, а пальцы свободной руки выдали предательскую чечётку по дубовому покрытию стола.
— Но Лиара… старейшина Лорот, я понимаю ваши опасения. Если Лиара и правда…
— Дело не в Лиаре, мальчик. Дело в тебе. Вопрос в том, что ты хочешь от Лиары? Что, ты видишь в ней?
Рилан вновь застыл. Его мысли заметались в голове подобно урагану. Лорот тем временем продолжал:
— Ты был ещё мал, когда судьба впервые свела нас. Но уже тогда я мог видеть совсем юного, но смелого и верного своим идеалам эльфа. Потом юный эльф повзрослел и не раз доказал мне о верности этих суждений. Я всегда доверял тебе, Рилан. Всегда знал, что могу на тебя положиться. — Лорот на мгновение замолчал, дабы своей следующей фразой отправить собеседника в беспамятство. — И теперь, я готов доверить тебе самое дорогое, что есть в моей жизни.
Глаза Рилана вспыхнули подобно двум зелёным лунам.
— Старейшина Лорот, я…
— Подожди, Рилан. Я хочу закончить мысль. Ты должен знать — грядут перемены. Не знаю когда и какие, но они грядут. Вы с Лиарой всегда были вместе и к тому же, здорово сблизились в последнее время. Никогда нельзя предсказать события завтрашнего дня и если случиться что-то серьёзное или вдруг не станет меня, прошу не оставляй мою дочь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Старейшина, о чём вы? Что за перемены? Что должно произойти? — дуги бровей нахмурились над зелёными глазами, но в тот же миг к Рилану пришло осознание. — Значит, видение Лиары… грядёт затмение, верно?
— Затмение, не затмение, — Лорот лишь покачал головой, а его лицо сохраняло привычный стальной вид, будто весть о приходе кровавой луны не имела никакого значения. — Существуют вещи страшнее кровавой луны, Рилан и всё это не важно. В крайнем случае, пока. Я лишь хочу убедиться, что несмотря ни на что, ты не оставишь Лиару.
— Конечно же, нет! — возмутился охотник. — Лиара очень дорога мне и я не оставлю её ни за что на свете.
— Ты можешь дать клятву?
Рилан был поражён. Он шёл на разговор со старейшиной, готовясь быть отчитанным за проступок. Но на деле — Лорот обращался к нему с просьбой. Следопыт понял, о чём говорил старейшина. Его опасения подтвердились. Затмение не было просто сном и поведение Лорота было тому прямым доказательством. Будущее клана оказалось под угрозой, но Рилан точно знал, что сдержит своё слово, и дело тут было совсем не в просьбе Лорота.
— Sirlay-sal! — уверенно ответил охотник, скрепив данную клятву.
— Спасибо, Рилан, — Старейшина кивнул и сделал глоток чая. — Теперь, вернёмся к моему вопросу. Что для тебя значит Лиара?
— Лиара? Я…
— Подожди. Не нужно спешки. Пусть ответ и будет известен лишь тебе. Просто знай, если ты… всё же придёшь к мысли, что Лиара для тебя нечто большее, чем просто друг, — в комнате повисла тяжёлая тишина. — Моё благословение будет с вами.
Все барьеры рухнули в одночасье. Вновь воцарилась тишина и мысли эльфа, бесновавшиеся в шальном вихре, затихли, и даже взволнованное сердце перестало барабанить в груди.
— Ступай с миром, — положив руку на плечо следопыта, произнёс Лорот. — Пусть все детали этого разговора останутся между нами. И Рилан, каким бы не было твоё решение… спасибо.
Пьянящий аромат лесного ветерка коснулся обоняния эльфа. Рилан оглянулся, в очередной раз, встретившись взглядом с Лоротом, что провожал следопыта в дверях. Лицо старейшины, такое же твёрдое и невозмутимое сохраняло былой вид, но в глубине изумрудных глаз показались едва различимые искры радости. Впервые за долгие годы жизни, Рилан вновь почувствовал себя одиноким. Подобно оголённым мышцам тела его восприятие столкнулось с правдой внешнего мира. И эта правда была пугающей… и в то же время, настал момент тишины и честности. Честности по отношению к самому себе. Честности, на которую ранее он не имел права.
Взгляд Лорота скрылся за дверью. В воздухе повис немой вопрос, но Рилан уже знал все ответы, как знал и направление, в котором совершит свой следующий шаг.
6
— И всё равно, я ничего не понимаю, — покачала беловолосой головой Лиара. — Как мы собираемся противостоять демонам, если когда-то они смогли одолеть объединённые армии народов Асхана?
— Видишь ли, Лиара, — пустив в воздух дымное кольцо, промолвил Шеймус. — Затмения, как правило, имеют ярко выраженный локальный характер. Демоны попытаются нанести максимальный ущерб миру на тех территориях, где будут открываться врата, и не думаю, что им будет дело до затерянного в лесах поселения эльфов. Особенно учитывая бурный нрав ваших ближайших соседей.
Стояло ранее утро, солнце только поднималось ввысь, отражаясь в каплях росы на густых еловых иголках, а соловьи уже молвили свою мелодичную песнь. В компании двух эльфийских друидов пожилой человек продвигался сквозь лесную тропу в направлении северной части леса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Наших соседей? — удивилась Лиара. — Вы имеете в виду орков?
— Да. Эти дикари никогда не отличались манерами, но демоны их боятся. И прошу заметить — не без причин, — Шеймус сделал короткую задумчивую паузу. — Хм. Порой мне кажется, старейшина Лорот неспроста выбрал это место…
