– Травница у него уже была, – продолжала между тем Вивьен. – Но толку от лекарств никакого. Как у тебя получилось?! – воскликнула она, ощупывая небольшой клубок.
Вера, выдернутая из размышлений, непонимающе глянула на мать, а потом посмотрела на пряжу в ее руках. Улыбнувшись, она пожала плечами. Способ, с помощью которого она смогла сделать то, что сделала, не подходил для Вивьен. А все потому, что весь секрет крылся в магии.
Оказалось, что во время бездумной работы Вера по какой-то причине выпускала из кончиков пальцев тонкий поток энергии. Эта сила впитывалась в паутину, а потом будто меняла свойства материала, делая его более мягким и совершенно нелипким. Идеальную форму создавала уже сама Вера – все-таки ее предшественница умела прясть как настоящий мастер.
Вивьен еще какое-то время расспрашивала ее, а потом, поняв, что внятного ответа ждать ей не стоит, отступила. Когда дочь снова принялась прясть, женщина села неподалеку, внимательно наблюдая за работой. К ее удивлению, ничего необычного она не увидела, а нить получилась не очень хорошей.
Пряжа не получалась идеальной. Просто у Веры пока не выходило осознанно направлять энергию только в пальцы. Если она делала это, то всем телом сразу.
Вскоре стало понятно, что ей не стоило прибегать к этому при матери. Просто пауки, почувствовав разлитую в воздухе силу, выползли на свет. Вивьен, увидев их нашествие, дико перепугалась и едва не упала в обморок.
Вере пришлось в срочном порядке останавливаться, а потом выводить мать из дома. Давить паучков Вивьен даже не пыталась. И дело не только в нежелании потерять источник необычного материала, но и в банальном страхе и брезгливости.
Когда они вышли из дома, то первое, что увидели, это несколько стражей, идущих по улице. Вера не обратила на них особого внимания. Служители порядка, как им и положено, время от времени ходили везде.
Вот только на этот раз они явно не стремились пройти мимо. Один из них подошел к Вере с матерью и произнес:
– Именем закона вы арестованы! Вы обвиняетесь в краже и мошенничестве!
– Что?.. – непонимающе спросила Вивьен, а потом перевела вопросительный взгляд на дочь.
Вера качнула головой, давая понять, что не знает, о чем тот говорит. Хотя кое-какие мысли у нее уже были.
– Пройдемте с нами. И лучше бы вам не препятствовать правосудию, иначе нам придется применить силу.
С каждым новым словом, настроение Веры падало все сильнее. Происходящее ей не нравилось совершенно. Она понимала, что их может ждать дальше. В том, что никто из них ничего не крал и тем более никого не обманывал, она была полностью уверена. А значит, их сейчас арестовывают вовсе не по этой причине. Ждать справедливого суда в таком случае – бесполезно. Вероятнее всего, их просто закроют где-нибудь и забудут об этом. Дом переоформят на кого надо, отчеты напишут правильные, не докопаешься.
Вот только что тогда делать? Убежать? Двум женщинам, которые никогда особо не занимались физическими нагрузками, убежать от двух мужчин будет просто нереально. Привлечь к ним внимание? Как и сказал страж, их, скорее всего, просто лишат сознания, оформив это потом, как противостояние стражам порядка.
– Но… – Вивьен явно была растерянна.
– Это ткач, – сказала Вера ей жестами. – Он натравил их на нас.
Других идей у Веры попросту не было. Мужчина явно решил действовать быстро. Раз здесь стражники, значит, у него есть среди них знакомые. Возможно, даже родственники.
– Но почему? – возмутилась Вивьен.
Вера качнула головой и вздохнула. Женщина была неглупой, но слегка наивной. Вера давно избавилась от этого недостатка. Хотя, стоит признать, что порой и ее можно было легко обмануть.
– Вы тянете время? – угрожающе спросил стражник и сделал шаг в их сторону. – Ждете подельников?
Вивьен посмотрела на него, как на сумасшедшего, а потом обратилась ко второму служителю закона.
– Мы соберем вещи?
– Они вам не понадобятся, – резко ответил тот.
– Не волнуйся, – прошептала она, когда они уже были в пути. – Я уверена, что все обойдется. Они разберутся, что это простая ошибка и отпустят нас. Ох, вот только соседи еще несколько месяцев будут судачить. Вряд ли после такого у нас будут заказы, – совсем расстроилась она.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Саму Веру заказы и сплетни волновали в последнюю очередь. Конечно, им в какой-то мере повезло, что знакомые у ткача были среди стражи, а не среди, например, матерых преступников. Так у них хотя бы существовал шанс выжить. Хотя и тут все неоднозначно. Их вполне могли просто заморить голодом или приписать больше преступлений, за которые назначалась смертная казнь. Да их банально могли сослать куда-нибудь на рудники. В таких местах люди долго не живут. Женщин, может быть, будут беречь, вот только их судьбе нельзя будет позавидовать.
Она вздохнула. И ведь думала, что опасно без сильного покровителя влезать во все это, но в ней жила надежда, что люди не станут обращать внимание на мелочи.
Все-таки наивности в ней тоже было слишком много. А ведь ей казалось, что она почти избавилась от этого.
Никто не стал с ними сильно церемониться или о чем-то спрашивать. Их привели к большому каменному зданию. Внутри мужчина скрупулезно записал их имена, не слушая причитания Вивьен о том, что все это какая-то ошибка.
– Все вы так говорите, милочка, – безразлично буркнул он и поставил на бумагах размашистую подпись. – А эта чего молчит? – заинтересованно спросил он, окинув Веру пристальным, неприятным взглядом. – Немая, что ли? – он хохотнул, явно оценив собственную шутку на высший балл.
– Именно так, немая, – произнес один из стражей, тоже слегка засмеявшись. Видимо, шутка и ему пришлась по вкусу.
– О, как, – мужчина слегка удивился, но довольно быстро снова вернул на лицо скучающую маску. – Идите.
Они шли мимо многочисленных камер. В одних сидели люди, почти все какие-то бродяги, в других никого не было. Их конвоиры не остановились, провели их до самого конца. Там обнаружилась дверь, ведущая на подземный уровень.
Внизу очень сильно воняло, а еще там стояла давящая тишина, нарушаемая лишь звуком их шагов и редким клацаньем металла. Видимо, в этом месте сидели особо опасные преступники, которых заковывали в кандалы.
– Стоять, – приказал стражник. Отыскав в связке ключей, которую ему дал мужчина на входе, нужную отмычку, он открыл дверь и подтолкнул Веру в спину. – Заходи, – бросил он. – А ты стой, – новый приказ, на этот раз адресованный Вивьен. Она хотела войти в камеру вместе с дочерью. – Будешь сидеть отдельно.
Вивьен, находящаяся все еще под большим впечатлением от происходящего, попыталась возмутиться, но стражники быстро скрутили ее и увели дальше по коридору. Перед этим они, конечно, заперли дверь в камеру Веру.
Когда тяжелая, окованная металлом дверь закрылась, Вера приникла к небольшому зарешеченному окошку, прислушиваясь при этом. Как она поняла, Вивьен посадили через пару камер от нее. Спустя время оба стражника прошли мимо. Воцарилась тишина.
Вера прислонилась лбом к проржавевшему местами металлу и прикрыла глаза. Теперь оставалось только ждать дальнейших событий и думать, как выбраться из не самой приятно ситуации.
Глава 16
Просьба короля взять с собой младшего принца не вызвала в Риноне никаких эмоций. Конечно, обстановка в четвертой зоне была сейчас напряженной, но маг понимал, что для Кириота везде… неспокойно. Он знал, что правитель только за последние годы тайно казнил около двенадцати человек, которые пытались каким-либо способом убить его ребенка. Так что угроза поджидала второго принца за каждым поворотом. Возможно, что рядом с ним среди порождений мальчику будет даже более безопасно, чем в королевском замке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Впрочем, возиться с ним Ринон не собирался. Не сказать, что он не любил детей, просто воспринимал их как обычных людей, которые не успели пока стать взрослыми. А так как люди Эйбрасона, в принципе, волновали очень и очень мало, то можно было сделать выводы, что и к детям он относился с обычной для него отстраненностью.
