него вся моя работа над блогом остановилась бы. Позвонив Сакине, попросила ее привезти его мне вечером, но она ответила, что как раз собирается в центр и предложила выпить по чашечке кофе. Вчера я, сославшись на усталость, уже отказалась от такой встречи, так что отказываться снова было неудобно.
— Мансур запретил мне брать что-либо из моей прошлой жизни, — объяснила я ей тот факт, что не прошу ничего, кроме ноутбука, когда мы встретились в кафе и сделали заказ.
— Мужчины! — Фыркнула она. — Их логику нам не понять. Они — те еще собственники!
Я невольно в который раз начала сравнивать нас. Если говорить объективно, я была красивее ее. Но, видимо, настоящие чувства не зависят от внешности человека. Камал любил эту девушку, а меня — нет. Моя красота не помогла мне добиться его любви. Как и моя покорность. Сакина, в отличие от меня, не была ни покорной, ни покладистой женой. Она не стеснялась высказывать свое мнение и требовать полного равноправия в отношениях. Казалось, ее строптивость только еще больше заводила моего бывшего мужа, вызывая к ней не раздражение, а интерес.
— Решила прекратить споры, тем более он отправил меня на шопинг, — пытаясь казаться непринужденной, сказала я.
Мне было неловко в обществе Сакины, я не хотела показаться ей несчастной, переживала о том, что она может подумать, будто я несчастна из-за развода, к которому привело ее появление в жизни Камала. С того момента, как он привез ее в наш дом, я знала, что развод неминуем — рано или поздно. Если муж, и раньше не проявлявший ко мне интереса, женился вторично и отказывается делить со мной постель, было понятным, что меня своей супругой он уже не считает.
— Мансур — довольно привлекательный мужчина. Несмотря на свой возраст, он выглядит очень горячим, — поделилась Сакина своим мнением.
Меня неожиданно укололо чувство собственничества. Даже узнав, чем она занимается в спальне с моим мужем, я не испытывала его.
— Восемнадцать лет — это огромная разница, но вы так хорошо смотритесь вместе, что никто и не скажет, что между вами она есть! — Продолжала тем временем Сакина.
Я даже не задумывалась об этом, пока она не затронула эту тему. В прошлом месяце Мансуру исполнилось сорок два года. А мне сейчас — всего лишь двадцать четыре.
Возможно, я не задумывалась об его возрасте потому, что раньше никогда не думала о возможности каких-либо отношений между нами. Теперь же было глупостью думать или переживать об этом.
Тем более, Сакина была права. Мансур выглядел лучше многих тридцатилетних мужчин. Он следил за собой и регулярно занимался спортом. При мысли об этом я вспомнила, каким твердым было его тело под моими руками, и невольно вздрогнула от вспыхнувшего во мне жара.
— Ты в порядке? — Странно взглянув на меня, спросила Сакина.
— Да. Просто волнуюсь перед предстоящей церемонией, — отмахнулась я в надежде, что она не догадалась о бушующих во мне страстях.
— Шехназ… — Она накрыла своей рукой мою. — Не будучи виноватой, я все равно несу ответственность за твое положение. Возможно, не будь меня, Камал не пошел бы на развод. — Увидев, что я хочу возразить, она сжала мою ладонь. — Дай мне договорить. Я в курсе твоего положения. Знаю о том, какая у тебя семья. Если ты не хочешь этого брака, но соглашаешься, опасаясь позора, и боишься остаться без поддержки близких, я помогу тебе. Камал — против, но он согласится с моим решением. Мы поможем тебе перебраться в Питер. Я не хочу, чтобы у тебя снова не осталось выбора, касающегося твоей жизни.
Я была шокирована ее предложением. В том, что она способна уговорить мужа на этот шаг, сомнений не было — я знала, каким сильным было ее влияние на Камала. Но я не хотела этого. Осознание этого удивило меня, но я поняла, что не хочу сбегать. Будь у меня выбор, я бы отказалась от брака с Мансуром, но я не хотела выглядеть слабой и нуждающейся в глазах женщины, которая увела у меня мужа.
Я устала быть «бедной Шехназ», вызывавшей у всех жалость! Сначала — из-за отца алкоголика, потом — из-за приходящего мужа, и, наконец, — из-за «статуса» второй жены.
— Спасибо, Сакина, но я вполне довольна и счастлива предстоящим замужеством, — Я высвободила свою руку. — Мансур — хороший человек, и я очень привязана к Асе. Уверена, что буду счастлива в этом браке. Тебе не из-за чего переживать.
Не знаю, чего она хотела, но подругами мы не станем. У меня тоже есть самоуважение. Я не испытывала ненависти к этой девушке, но и встречаться с ней не хотела. Неужели она не понимала, что своим присутствием напоминает мне о моей несостоятельности? Пусть я и не любила мужа, но терпеть его новую беременную жену было нелегко. Со мной он и слышать не хотел о детях, а теперь летал от счастья!
— Прости, мне уже пора. Нужно подготовиться и ехать загород. Спасибо за поддержку, я оценила это, — попыталась смягчить свой отказ улыбкой.
Выглядеть неблагодарной дрянью мне не хотелось. Сакина должна была понять, что наши дороги разошлись. Я больше не желала возвращаться в свое жалкое прошлое. Пора было начать новую главу жизни с Мансуром…
15 глава
Я не нервничала так даже в свою первую брачную ночь с Камалом. Тогда меня больше волновали роскошное убранство моей комнаты и приданое, приобретенное для меня его матерью. Моя мать не смогла бы себе позволить даже одного платья из моего нового гардероба.
Какой же глупой и легкомысленной я тогда была! Думала, что самое главное — возможность, наконец, вылезти из нищеты и гнета родительского дома. Но иногда безразличие может ранить не хуже ударов отцовского ремня. Шоры с глаз упали не сразу, первые несколько лет я искренне наслаждалась своим положением, пока не осознала, что лишена женского счастья. Рядом с Камалом оно было для меня невозможным. Он никогда не испытывал ко мне привязанности. На смотринах, когда мы остались наедине, сразу же дал понять, что, если бы не просьбы матери, не стал бы жениться. Спросил, понимаю ли я, на какой
