— Полчаса прошли, мисс Торрел, — констатировал коммутатор самым что ни на есть деловым тоном.
Джемма безмолвно нажала на кнопку сброса и поднялась из-за стола. В руках она держала исписанный лист, на котором, сливаясь в одно слово, было сто раз воспроизведено проклятое имя.
Марк.
Сначала Джемма не собиралась выполнять садистский приказ босса. Хотела порвать лист на сотню кусочков и швырнуть в Девитта. Потом одумалась. Ее месть — это не клочки бумаги, кинутые в лицо. Ее месть — высокохудожественный продукт, который периодически появляется в мерзкой газетенке «Утечка». Зря она клялась, что не будет больше рисовать карикатуры на босса. Поэтому она послушно начертала имя Девитта, твердя как заведенная: «Четыре месяца… Четыре месяца».
… Через минуту старательно исписанный лист лежал у Девитта на столе.
— Присаживайтесь, пока я буду считать, — кивнул Девитт, захлопывая большую голубую папку.
Джемма села на краешек стула и уставилась в противоположную стену. От ее пристального взгляда там должна была бы образоваться приличная дыра.
В параллельный мир.
— Девяносто девять, — откинулся в кресле босс спустя пару мгновений.
Джемма подпрыгнула, возвращаясь из параллельного мира, где светило солнышко.
— Что?
— Вы написали имя своего босса девяносто девять раз вместо ста.
— Не может быть! — возмутилась Джемма и вскинула руки. — Там ровно сто слов. Я считала.
— Пересчитайте снова, — сдержанно отозвался Девитт.
— И пересчитаю.
Джемма дернула подбородком и принялась пересчитывать. Раз, два, три… Девяносто девять. Она пересчитала еще раз. Девяносто девять…
— Сколько вы насчитали, мисс Торрел? — ласково осведомился Девитт, наблюдая за ее хмурым сосредоточенным личиком с видом голодного волка — эстета.
— Девяносто девять, — скрипнув зубами, признала Джемма, чувствуя, что краснеет. — Дайте ручку, я допишу сотое.
— Не дам, — ухмыльнулся Девитт и встал. Он обогнул стол и остановился над Джеммой. — Один поцелуй заменит это недостающее слово.
Джемма глянула на него как на вурдалака. С той же жуткой паникой во взоре.
— Лучше я все-таки допишу, — заикнулась она снизу вверх.
— Лучше я вас все-таки поцелую, — в тон ей отозвался возвышающийся Девитт.
Джемма не стала продолжать опасную дискуссию, ловко нырнула под руку потянувшегося к ней босса и понеслась к дверям. В двух шагах от дверей она попалась. Дернулась как безумная в сжавших ее жадных руках, понимая, что спастись не сможет. Губы Девитта отыскали ее губы, и Джемма лишилась возможности соображать и дышать.
…Фрэнк Маршалл никогда не стучался, появляясь в кабинете президента «Меандра». Он просто открывал дверь и входил. И в этот раз он тоже просто открыл дверь и вошел.
И сразу вышел.
Кажется, его не заметили.
Он в некотором замешательстве почесал в затылке, пытаясь опомниться от увиденного, а после его физиономия сделалась такой блаженной, что Девитт увидь его с этой многозначительно лучившейся физией, стал бы сразу искать пистолет.
В конце коридора появилась стенографистка Девитта Софи, спешащая к президенту с расшифрованной записью последнего заседания.
Маршалл широко развел руки и преградил Софи путь в кабинет босса.
— Ни в коем случае, мисс Фергюсон, — зловещим шепотом проговорил Фрэнк. — Президент в данную минуту разговаривает по телефону. Разговор настолько важен, что он и меня попросил выйти вон. Зайдите-ка к нему минут через пятнадцать, а лучше — через полчаса. — Фрэнк таинственно оглянулся на закрытую дверь кабинета. — Полчаса им… э-э, то есть ему, наверное, хватит. Хотя, насколько я знаю Девитта…
Софи едва не выронила папку, когда услышала, какой бред несет вице-президент. Потрясение оказалось настолько велико, что исполнительная Софи вместо того, чтобы с боем прорваться в кабинет к Девитту с долгожданной расшифровкой, без возражений отправилась восвояси, лишь недоуменно пожимая плечами.
И ни она, ни Фрэнк не услышали, как женский голос за дверью то ли выдохнул, то ли простонал единственное слово:
— Марк.
7
А на следующий день опять случилась карикатура в «Утечке», изображавшая президента «Меандра» среди кактусов с лицами членов правления издательского союза. Мистер Марк Девитт уверял перепуганные кактусы, что их акции никак не пострадают.
Девитт возник в кабинете Джеммы под вечер и швырнул на ее стол развернутую газетенку.
— Почему, Джемма? Почему ты продолжаешь делать это?
Джемма посмотрела на разъяренного босса, у которого так горели глаза, что из них с минуту на минуту могли посыпаться белые дьявольские искры прямо ей на волосы.
— Потому что война с мистером Троллем не закончилась, — обронила она негромко и пальцем осторожно отодвинула мерзкую газетенку, о которую легко было запачкаться, подальше от себя.
Девитт издал нечленораздельный звук, похожий на приглушенное рычание рассерженной пантеры. Он оперся руками о столешницу, его злое лицо оказалась вровень с ее лицом, бледным.
— Что я должен сделать, чтобы война с этим дурным мистером закончилась? — прошипел он совсем по-кошачьи, обнажая клыки.
Синие глаза на секунду спрятались за густыми ресницами.
— Позволить Джемме Торрел уволиться по собственному желанию.
По лицу Девитта прошла сильная судорога, исказившая черты самым нечеловеческим образом. До Джеммы долетело его дыхание, теплое, будоражащее. Ей захотелось закрыть глаза.
— Такого счастья мисс Джемма Торрел не дождется. — Эти слова упали как чугунные капли, едва ее не расплющив.
Джемма с трудом вздернула голову, и в устремленных на нее драгоценных: глазах прочитала свой приговор. На войне как на войне… И пленных не берут.
А ей очень хотелось сдаться… Сотрудники офиса «Меандра» не могли не заметить, как резко изменилось отношение президента Девитта к одной из сотрудниц. И гадали, за что же он ее так возненавидел. Бедняжка Торрел выглядела очень подавленной. Девитт теперь придирался к ней по малейшему поводу, делая это с видимым циничным наслаждением. На Джемму Торрел обрушились чужие обязанности, она день-деньской трудилась, вертелась и крутилась, чтобы в конце концов получить очередной выговор.
Но еще больше вопросов вызывал тот факт, что внезапная загадочная ненависть босса не привела к логическому в таких случаях увольнению секретарши. Казалось, наоборот, Девитт делает все, чтобы привязать Джемму Торрел к «Меандру». Намертво.
— Мисс Торрел, готова ли смета предстоящих затрат пятничного благотворительного обеда с участием мэра города? — мягко осведомился коммутатор, заставив сердце биться в миллион раз сильнее.
