- Жду всех завтра. На свадьбе.
Глава 7
- И как там поживает наш малолетний эксперимент? – спросил Первый, входя в кабинет Харта и занимая посетительский стул. Он с некоторым удивлением узрел царящий на столе хаос, оценил потрепанный вид младшего брата и с сочувствием поинтересовался:
- Все так плохо?
Харт скрипнул зубами. Пальцы сжались, комкая лист бумаги, и тот был отправлен в уже заполненную корзину для мусора. Щелкнуло, бумкнуло, алой вспышкой осветилась корзина, наполняясь пламенем и сжигая выброшенное.
Третий с удовлетворением полюбовался на бушующий огонь, отвернулся, возвращаясь к столу и посетителю.
- Но каникулы-то они провели нормально? – нервно поинтересовался Лиестр, заинтригованный кровожадным выражением лица брата.
Тот молча достал из ящика стола пару исписанных листов, передал Первому.
Лиестр вчитался в доклад Альгара. Он знал, что родители ассары пару лет назад купили дом за городом, куда благополучно переехали, занявшись малопонятными для аристократии, но явно любимыми на Земле делами: огородом, разведением птицы и мелкой живности.
Почти как тапуны, - подумал Первый, пропуская восторженный рассказ о черно-алом петухе, белых козах и здоровенной, умной собаке, которую дядя Сережа подарил бабушке с дедушкой. Потом шли описания рыбалки на местном озере – «Майра научилась сама насаживать червяка на крючок и даже поймала пару рыбешек»; похода на пасеку к соседу, где они угощались вкуснейшим медом; прогулок в лесу – на Земле заканчивался первый месяц лета; купания в озере и катания на лодке. Словом, совершенно ненормальные для высочества каникулы.
А когда повествование пошло про развлечения с дядей Сережей, Лиестр вдруг ощутил острый приступ зависти. Сергей устроил детям тир со стрельбой из местного оружия по банкам «у Майры талант, это все отметили», какую-то игру под названием «страйкбол» и катание с ветерком на мотоцикле.
Лиестр вспомнил свадьбу ассары, баранов и черных рычащих зверей на двух колесах. Дернул ворот рубашки. Подумал, что давно не брал отпуск. Жена вряд ли оценит такой отдых… с насекомыми и червяками, а ему вдруг захотелось… Может, спросить у Четвертого? Взять в компанию Пятого, Второго и рвануть дней на пять? Сергей точно будет рад, да и родители ассары гостеприимные люди.
Из пустоты, отвлекая Лиестра от приятных размышлений, вынырнул знакомый конверт и шлепнулся на правый угол стола. Стопка точно таких же конвертов чуть накренилась, но не упала, зависнув в угрожающей позиции.
Харт поправил. Поймал вопросительный взгляд брата. Махнул рукой с видом обреченного терпеть страдания человека.
- Это ведь из академии? – осторожно уточнил, признав конверт, Лиестр.
- Тридцать восьмой. Восьмая. Жалоба, - кивнул Харт, и Первый заметил, как нервно дернулся правый глаз у младшего брата.
Доклад Лиестр вернул на стол. Что ж… как и ожидалось, каникулы у Майры прошли без сбоев. Озеро, река, дядя Сережа с новыми увлечениями, а главное – милейшая Татьяна Федоровна с ее вкуснейшими пирогами. На взгляд Лиестра – идеальный рецепт успокоительного для малолетнего менталиста.
Но вот академия могла стать проблемой. Он выдержал четыре недели отсутствия новостей с момента начала учебного года и пришел лично. Фильярг разговаривать не стал, только вздохнул многозначительно и отправил к Харту.
И вот Лиестр здесь с растущим внутри чувством тревоги.
- С ней что-то не так? – не выдержал он.
- С ней? – удивленно переспросил Харт. Помрачнел и поправил: - Не с ней, а с ним. С ним явно что-то не так. Я начинаю думать, что вся менталистика не стоит подобных жертв.
Достал записывающий кристалл, стукнул, включая, об поверхность стола и кабинет наполнил дрожащий от ярости голос, а над кристаллом вознеслась фигура ректора в ладонь высотой.
- … переходит все границы! Академия превратилась в пламя знает что! Эти твари.
Изображение дрогнуло. Дернулось. Вернулось обратно с ректором, держащим в руке какого-то зверька. Лиестр наклонился, вглядываясь. У зверька были совершенно непропорционально длинные уши и белый мех. И он точно не являлся обитателем Асмаса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Они не просто бегают везде, портят лужайки в парке и пугают своими красными глазами детей по вечерам, - надрывал голос ректор. Лиестр вскинул брови. Такого отчаяния он не слышал, даже когда под горным обвалом в полевом лагере оказались погребены около двадцати курсантов.
- … грызут все подряд. Уничтожены ценные виды лекарственных трав в целительской оранжерее. Попорчены припасы на кухне. Взрыты норами огороды. Но главное, вчера одна из них родила ДЕСЯТЬ! новых. Я срочно требую принять меры, иначе, - голос ректора стал вкрадчиво опасным, - мы отправим всех, кого удастся изловить, в королевский дворец.
- Это что? – моргнул, переваривая услышанное, Лиестр. – Точнее кто?
- Кролики, - с пугающим спокойствием пояснил Харт – белые, милые и очень симпатичные создания. Любимые питомцы у девочек.
Лицо у Лиестра вытянулось. Из сказанного лишь «белые» не противоречило истеричной тираде ректора.
- Наш многоуважаемый декан, - со зловещим сарказмом пояснил Харт, - в обход правил и запретов под видом учебного материала завез зверюшек с Земли. Якобы те обладают идеальным восприятием ментальных волн, чтобы тренировать, - он процитировал: - «ментальные способности студенток на живых созданиях, не привлекая к процессу обучения людей».
- Я правильно понимаю, выбор пал на, гм, кроликов из-за их внешности? – уточнил Первый, мало веря в «идеальное восприятие».
Харт с кислым видом кивнул.
- Девочки же, - пояснил он, - одинаковы в любых мирах, а симпатичная внешность служит гарантией, что они станут стараться не убить зверушку, а выполнить задание.
- Вижу, милым видом прельстились не только они, - ехидно усмехнулся Лиестр и спросил: - Ректор сам дал разрешение?
- А ты думаешь, почему он так злится? – дернул уголком губ Харт. – Сам разрешил, а теперь требует, чтобы мы вмешались, еще и угрожает по три раза на дню… Говорит, что его обманули, и это заговор против репутации академии. У него, видите ли, серьезное заведение, а не зоопарк. А согласился он, потому что у нас и самих есть нечто подобное в программе обучения.
- Ты про тренировку к созданию духа огня? – понимающе кивнул Лиестр. Помолчал, погружаясь в воспоминания о колбе, замотанной в серую тряпку с кривой ухмылкой, которой мог позавидовать любой убийца, нарисованной на вставленном в оплетку куске дерева.
- Столько лет прошло, - качнул он головой, - а я еще помню, как звал его Драх. Он был уродлив точно кошмар, но мне было жаль расставаться с ним. Шестому в этом году ведь предстоит финальное испытание? Перед созданием духа пламени?
- В этом, - подтвердил Харт, - если академия выдержит нашествие белых кроликов.
- В чем сложность их изловить? – удивился Лиестр.
- Сложность есть, - нервно побарабанил пальцами по столу Харт, - не знаю, что там с ними делают на факультете, но у них развилось поразительное чутье на магию, а еще, подозреваю, твари стали умны, хитры и изворотливы. Вдобавок некоторые из студенток и даже курсантов, - Третий скривился, - им потакают.
- Справа заходи. Он за камень нырнул. Сеть бросай. Давай, ну!
Белый комочек меха метнулся в сторону за секунду до того, как на землю упала, сверкая, золотая магическая сеть. Махнул пушистым хвостиком, в пару прыжков скрываясь из вида под густыми кустами.
- Жыргхва, ушел!
- Ну все, - горестно воскликнул курсант, отряхивая снег со штанов, - не видать нам зачета по медицинской помощи. Целители совсем озверели. К пересдаче требуют по красноглазу.
Почему-то земное слово «кролики» в академии прожило недолго, ровно до первого, выскочившего из темноты под ноги перепугавшимся первокурсникам зверька.
Теперь их все, кроме менталисток, звали «красноглазами».
Лежащий на земле белый снег помогал зверькам скрываться от преследователей. Кролики быстро научились маскироваться, зарываясь в сугроб и обнаружить их можно было лишь по сверкнувшим из-под снега глазам.
