миновали второй и третий этаж и поднялись в мансарду. Кондитер повернул в замке ключ и распахнул дверь.
– Прошу! – Карэле прошёл к столу, указав гостю на стоящее рядом кресло. – Располагайтесь!
Инспектор задержался на пороге – все, кто попадал в этот кабинет впервые, неизбежно приходили в замешательство. Этому немало способствовал скелет, подвешенный в лежачем положении на двух цепях почти под самой крышей. Сегодня он меланхолично глядел в тёмный скошенный потолок, скрестив руки на груди. Впрочем, Рорг не преминул отметить и другие детали обстановки: старинную мебель чёрного дерева, книжные шкафы за спиной хозяина, узкий стол, тянущийся вдоль левой стены. На нём в идеальном порядке лежали стопки бумаг и писем.
Послышались шаги по лестнице, и инспектор поспешно отошёл от двери, споткнувшись о край толстого тёмно-коричневого ковра. В кабинет заглянула женщина средних лет в скромном сером платье.
– Господин Карэле, вам что-нибудь нужно?
– А, Мона, – отозвался тот, собирая коробки конфет, загромождающие письменный стол. – Будь добра, переложи эти образцы куда-нибудь. И принеси нам чаю.
Экономка по широкой дуге обогнула скелет, который она недолюбливала из-за его странной привычки то и дело переворачиваться на цепях. Приняв из рук Карэле коробки, она сгрузила их на узкий стол у стены и отправилась вниз за чаем. Рорг наконец опустился в кресло, пристроив свою шляпу на колене. Кондитер безмятежно улыбнулся ему и опёрся локтями о стол, опустив подбородок на сплетённые пальцы.
– Значит, Бенефор Абеле, – протянул он. – Давненько я о нём не слышал…
– Как я понял, он жил затворником, не общаясь почти ни с кем, хотя был женат. Иногда брал случайные заказы, но в основном занимался своими исследованиями. Я расспрашивал соседей, которые его ещё помнят, – молодой человек пожал плечами, словно оправдываясь. – Говорят, он жил довольно бедно.
Карэле задумчиво кивнул.
– Да, его слишком многое интересовало. Поначалу Бенефор неплохо зарабатывал – он был талантливым алхимиком, и дел для него хватало. Но со временем он всё больше увлекался собственными исследованиями, а за наёмную работу брался только тогда, когда кончались деньги.
– Странно, что ни у него, ни у жены не было родственников.
– Ничего странного. Они с Тиндой сироты, выросли в одном приюте.
– Надо же, – качнул головой Рорг. – Я не знал. А вы часто с ним встречались?
– На протяжении нескольких лет мы виделись регулярно. Иногда чаще, иногда реже. Я обращался к нему, когда возникала необходимость.
– Он не рассказывал о своих последних исследованиях?
– Конечно, рассказывал, – рассмеялся Карэле, – но неужели вы думаете, что я способен понять эти алхимические термины?
– Я имею в виду его поиски в Шиме…
Молодого человека прервал стук в дверь – вошла Мона. Опустив на стол поднос с чайником и чашками и спросив, не нужно ли чего-то ещё, экономка вышла.
– Вы говорили про Шим, – напомнил кондитер, разливая чай в чашки.
Рорг прикрыл глаза, собираясь с мыслями.
– В горах Шима, неподалёку от единственной деревушки, которая там есть, находится одно странное место. Выглядит как провал идеально круглой формы, и если смотреть издали, кажется, что в этом провале всегда стоит туман. Местные жители избегают подходить к нему близко, но я там был. На самом деле никакого тумана нет. Просто земля и камень у краёв ямы прозрачны и как бы размыты. А если ощупать их, то понятно, что нет и провала. Всё та же земля, но невидимая. На ней можно стоять, хотя, конечно, от этого слегка не по себе.
Молодой человек отхлебнул чай. Карэле удивлённо покачал головой:
– Невероятно!
– Да, это надо видеть самому, – подтвердил Рорг. – Более того, на животных эта аномалия тоже распространяется. У меня есть доказательство – невидимая мышь… правда, не целая. Один умник из местных отобрал её у своего кота и заспиртовал, как диковинку. Наши ученые – я хочу сказать, мои знакомые из лаборатории – подкрасили спирт чем-то синим, так что её можно разглядеть. Такое пятно пустоты в синем растворе, очень впечатляюще.
– Не сомневаюсь. А Бенефор?..
– Он часто бывал в Шиме, причём именно тогда, когда заговорили о провале. Похоже, он откуда-то узнал о нём и долгое время исследовал. Собственно говоря, он бросил эти поездки только незадолго до своей смерти.
– Да, помню, – помрачнел Карэле, отставляя чашку. – Взрыв в лаборатории, дом полностью сгорел…
– От Абеле практически ничего не осталось, – молодой человек кивнул. – Обычная судьба многих алхимиков. К сожалению, все записи погибли в пожаре.
– Но ведь Тинда уцелела. Вы уже говорили с ней?
– Ещё нет, но я не жду от этой встречи многого. Соседи утверждают, что она слегка повредилась в уме. Так и не смогла поверить, что её муж умер.
– Я не знал этого, – пробормотал Карэле. – Какая трагедия…
– И знаете, что интересно? – Рорг подался вперед. – Вдова Абеле переехала в Шим! Купила маленький домик вдали от деревни, в холмах. Вряд ли её так тянуло бы в эти места, если бы она не знала об исследованиях мужа.
– На что она живет? Бедствует, наверное?
– Да нет, зарабатывает шитьём, растит овощи. В целом она почти нормальна – просто убеждена, что её муж вышел на минуту и вот-вот
