Когда Гилберт погиб, Рейли взял себе его хартию на колонизацию Северной Америки. В отличие от брата Рейли не отправился в плавание лично (королева не позволила бы ему рисковать жизнью), но он снаряжал корабли и посылал их в океан. Более того, он нацелился южнее, надеясь на более мягкий климат. Фактически он метил так далеко на юг, как можно было продвинуться, не сталкиваясь с испанцами.
27 апреля 1584 года два корабля подняли паруса и достигли побережья нынешней Северной Каролины. Они его исследовали и вернулись с восторженным отчетом. Довольный Рейли назвал этот регион Виргинией в честь Елизаветы, «королевы-девственницы». (Она была так польщена, что сделала его за это рыцарем.) Это название в то время использовалось широко, и в этот регион вошло все нынешнее восточное побережье Соединенных Штатов к северу от Флориды.
По некоторым предположениям, исследователи привезли с собой образцы картофеля как типичной местной флоры. Рейли, стремясь увеличить ценность новых земель, поощрял выращивание картофеля в Европе, и нынешний пищевой продукт быстро завоевал огромную популярность, которая никогда не падала.
Первая группа настоящих поселенцев добралась до острова Роанок у берегов Северной Каролины, примерно в 650 километрах к северу от поселения Форт-Рояль, которое пытались основать гугеноты (и, следовательно, на 650 километров дальше от испанцев). Однако они быстро стали скучать по дому, и в июне 1586 года их забрал Френсис Дрейк, который только что снова нанес удар Испании, разграбив Сан-Аугустин во Флориде. Он доставил колонистов обратно и с ними немного растений табака. Рейли, все еще стремящийся доказать ценность американского побережья, преуспел в популяризации и этого растения, и на нем лежит большая ответственность за внедрение среди европейцев вредной привычки вдыхать дым горящих листьев.
В 1587 году группа из ста мужчин и двадцати пяти женщин и детей под предводительством Джона Уайта поселилась на острове Роанок, это была вторая и более серьезная попытка колонизации. Затем, 18 августа 1587 года, здесь родился ребенок. Эта девочка была внучкой Уайта, и ее назвали Виргинией Дар. Она стала первым ребенком английских родителей, родившимся на территории современных Соединенных Штатов.
Уайт вернулся в Англию за припасами. Там он задержался, потому что Англия воевала с Испанией. Когда он, наконец, вернулся на остров Роанок 15 августа 1591 года, колония исчезла. Не осталось ни одного живого человека. Никто не знает, что там произошло, но, предположительно, всех убили или увели с собой индейцы.
Конкуренты
В начале XVII века казалось, что Испания по-прежнему торжествует. Попытка французов колонизировать берега Северной Америки к северу от Флориды была сорвана прямым вмешательством испанцев. Более поздняя попытка англичан основать поселение дальше к северу также потерпела крах, хотя и не из-за испанцев.
Испанцы все еще были единственными европейцами, у которых были реальные поселения в Северной Америке, а их власть над Мексикой, Флоридой и Вест-Индией была сильна, как никогда[21].
Испанцам даже не приходилось теперь конкурировать с португальцами. В 1580 году королевский род Португалии прервался, а из различных претендентов на трон успеха добился король Испании Филипп II (при помощи военных действий). Испания контролировала Португалию и ее империю, и все американские земли либо принадлежали Испании, либо не были заселены.
Испанцы продолжали осваивать незаселенную территорию. Например, они неутомимо исследовали побережье Калифорнии. Затем, в 1598 году, испанский путешественник Хуан де Оньяте (который был женат на внучке Кортеса) проник на территорию к северу от Рио-Гранде. Как Мексика (местное название) стала Новой Испанией для испанских поселенцев, так и северная часть новой испанской территории за Рио-Гранде стала называться Нью-Мексико. В 1610 году был основан Санта-Фе (Святая Вера), он стал столицей Нью-Мексико.
Испания никогда не была так близка к мировому господству, как тогда, когда ее флаг реял над всем Новым Светом и над широкими просторами Дальнего Востока. Даже в самой Европе Германской империей и большей частью Италии правили члены семьи Филиппа II. В Западной Европе только Франция и Англия остались вне сферы влияния Испании — но надолго ли?
И все же сила Испании была в большой степени иллюзорной. Ее экономика был слабой, военные силы рассеяны, население обнищало, а удушающая рука догматизма гасила ее энергию. В начале XVII века некоторым могло показаться, что Испания не сможет долго сохранять свою монополию в Америке. На сцену выходили нетерпеливые конкуренты.
Одним из них была, разумеется, Англия, и именно в борьбе против Англии стали ясно видны пределы могущества Испании.
В 1587 году королева Елизавета I, устав от заговоров, нехотя согласилась удовлетворить требования своих советников и приказала казнить Марию Шотландскую. Для испанского короля Филиппа II это стало последней соломинкой. Английских моряков, грабивших его американские владения и захватывавших его корабли в открытом море, он мог терпеть только потому, что постоянно надеялся на свержение Елизаветы в результате внутренней революции. Когда не стало Марии Шотландской, сосредоточия надежд на свержение Елизаветы, Филипп II решил, что революцию нужно поддержать военной помощью из-за границы.
Он послал в Англию огромный флот, который должен был переправить испанскую армию из континентальных владений Испании через Ла-Манш в саму Англию. Эта армия должна была поддержать католическое восстание на острове, создать дружественное Испании правительство и покончить с пиратскими набегами англичан.
Однако испанский флот (так называемую «Непобедимую Армаду») преследовали неудачи с самого начала, и задачу он не выполнил. Против него сражались корабли под предводительством английских просоленных морем, покрытых шрамами ветеранов Хокинса, Дрейка, Фробишера и остальных. Штормы тоже потрепали Армаду, и в конце концов она была почти полностью уничтожена. Испанцам так и не удалось после этого поднять свой престиж, а самоуверенность англичан взлетела до небес.
В 1598 году умер Филипп II, и хотя испанская империя на карте выглядела такой же обширной и богатой, как и раньше, теоретически его неудачная политика была для Испании слишком большим испытанием. Испания была истощена, и с каждым годом после его смерти она становилась все слабее и опускалась все ниже.
Франция, другой возможный конкурент Испании, также вступала в период роста уверенности и могущества. Гражданские религиозные войны закончились. Лидер гугенотов, Генрих Наваррский, стал законным королем Франции Генрихом IV. В 1593 году он согласился перейти в католическую веру. Это примирило его с большей частью французов. Он позволил гугенотам молиться богу так, как им нравится, и во время его царствования Франция начала быстро набирать силу.
В Европе был еще третий регион, который интересовался заморскими путешествиями, и сейчас он давал о себе знать впервые. Это были Нидерланды, названные так потому, что их территория представляет собой очень низко лежащую равнину вокруг устья реки Рейн прямо на восток от юга Англии, на противоположном берегу Северного моря.
В период Средневековья Нидерланды (в состав которых входили не только нынешние Нидерланды, но и Бельгия, и крайние северные районы Франции) были очень развитой страной, культурной и богатой. Это была самая урбанизированная область Европы за пределами Италии, и ее города, полные искусных ремесленников и удачливых купцов, постоянно сопротивлялись иностранному господству.
В начале периода Средневековья Нидерланды входили в состав Римской империи и поэтому были частью доминиона императора Карла V (который также правил Испанией под именем Карла I). Когда Карл V отрекся от престола в 1556 году, его сын Филипп II получил Испанию, а младший сын, Фердинанд I, стал императором.
Однако Карл всю жизнь сражался с Францией и не хотел, чтобы Франция выиграла от этого деления. Поэтому он отдал те части Италии и Германии, которые граничили с Францией, испанскому королю Филиппу II. Он надеялся таким образом держать Францию в окружении сил, управляемых единой волей. Одной из областей, отданных Филиппу II, были Нидерланды.
