Но это создало неприятности не для Франции, а для Испании. Северные части Нидерландов приняли протестантство и были анафемой для фанатичного католика Филиппа II. Филипп пытался силой навязать католичество населению Нидерландов, но лишь вызвал открытое восстание. Почти все время своего правления Филипп упрямо сражался в Нидерландах, но ему так и не удалось подавить это восстание.
В отчаянии мятежники построили флот, который позволил им контролировать побережье Нидерландов. Благодаря этому и иногда помощи Англии, мятежники продолжали бороться. В момент смерти Филиппа II Испания все еще сражалась; но северные провинции Нидерландов были практически независимыми и такими остались.
Сегодня название «Нидерланды» относится к тем северным провинциям, которые завоевали свою независимость. Главные из этих провинций, самые могучие и богатые, со столицей в крупном торговом городе Амстердаме, называются Голландией, и это название иногда неправильно применяют ко всей стране. Жителей Нидерландов называют голландцами.
Южные провинции, которые оставались в руках испанцев на протяжении XVII века, назывались Испанскими Нидерландами.
Под давлением долгой и мучительной войны с Испанией Нидерланды создали торговый флот, лучший в мире. Голландские корабли плавали во всех океанах; голландские предприятия были повсюду; голландская промышленность процветала. Пока Испания приходила в упадок, Нидерланды становились великой державой.
В 1600 году каждая из трех держав, Англия, Франция и Нидерланды, была готова заселить восточное побережье Северной Америки в тех районах к северу от Флориды, где Испания уже была недостаточно сильна, чтобы им помешать. Каждая страна в этом преуспела, и мы рассмотрим каждую по очереди, начиная с Англии.
Виргиния
Королева Елизавета I умерла в 1603 году. Ее преемник, Джеймс I из рода Стюартов, раньше был королем Шотландии и назывался Джеймсом VI (он был сыном казненной Марии Шотландской), так что теперь Англия и Шотландия объединились под властью одного монарха[22].
Джеймс I был человеком миролюбивым, и он отошел от довольно агрессивной внешней политики Елизаветы. После поражения испанской армады Испанию не приходилось слишком опасаться, но Джеймс все равно искал с ней дружбы. Так как Испания продолжала предъявлять права на все американские континенты, истинная дружба означала бы, что Англия оставит попытки колонизировать Северную Америку. Но этого не произошло.
На деле стремление к колонизации при Джеймсе усилилось, так как жизнь на родине становилась все сложнее. Стоимость жизни росла, и переход от земледелия к выращиванию овец, хоть и более выгодный для крупных землевладельцев, сделал многих мелких фермеров нищими. Все большее количество англичан было готово игнорировать печальную судьбу колонии Роанока, бросить вызов океану и дикой природе и надеяться на возможность построить новую, лучшую жизнь в Новом Свете.
Стремление к колонизации вызвало создание частных компаний, целью которых стало контролировать и эксплуатировать движение за получение прибыли (как они надеялись). Такие частные компании в прошлом имели успех. В 1553 году группа лондонских торговцев основала Московскую компанию с намерением организовать торговлю мехами с Россией через арктический порт Архангельск. В 1600 году появилась Ост-Индская компания для эксплуатации возможностей торговли с Дальним Востоком. Они приносили прибыль. Так почему не основать компании для колонизации Северной Америки?
10 апреля 1606 года две группы англичан, одна из Лондона, а другая из порта на юге Англии, Плимута (поэтому названные «Лондонской компанией» и «Плимутской компанией»), получили официальное разрешение колонизировать восточное побережье Северной Америки между 34 и 45-м градусами северной широты (то есть от нынешней Северной Каролины до Мэна).
Сначала эти компании были связаны друг с другом, хотя ожидалось, что Лондонская компания сосредоточится на южной половине этого региона, а Плимутская — на его северной части. Акционеры должны были предоставить поселенцев и капитал, а в обмен им давалось право определять политику в будущих колониях, назначать губернатора и оставлять себе значительную долю любых доходов, полученных от колонии.
Лондонская компания послала первый корабль с колонистами 19 декабря 1606 года. 26 апреля 1607 года они достигли входа в Чесапикский залив. Землю к северу от залива они назвали Кейп-Чарльз (Мыс Чарльза), а к югу — Кейп-Генри (Мыс Генри), в честь сыновей короля Джеймса. Двигаясь в заливе на запад, они наткнулись на широкое устье реки, которую назвали рекой Джеймс, в честь самого короля.
Они провели разведку этой реки и наконец, 13 мая, выбрали место для поселения на северном берегу, примерно в сорока километрах выше по течению. Это поселение они назвали Джеймстаун, снова в честь короля. Он стал ядром колонии Виргиния (название Рейли прижилось) и первым постоянным английским поселением в Северной Америке.
В первый год своего существования, однако, Джеймстаун не выглядел постоянным поселением. Казалось, ему суждено потерпеть такую же неудачу, как колонии на Роаноке, и это неудивительно, так как трудностей было много.
В конце концов, англичане в Северной Америке пытались создать для себя родину в такой глуши, к которой не привыкли и даже вообразить себе не могли. Более того, между ними и домом простиралась водная гладь, которую с точки зрения современности можно сравнить только с космическим пространством между Луной и Землей. На деле же астронавты на Луне поддерживали постоянную связь с Землей и могли вернуться за три дня, они были менее изолированы и ближе к дому, чем первые колонисты в Виргинии.
Вдобавок достоинства Америки были сильно преувеличены. Первые колонисты были убеждены, что едут на плодородные земли, где еда растет на деревьях и где человек может расслабиться в современном Эдеме. Англичане в 1607 году представляли себе Виргинию примерно так же, как американцы, насмотревшиеся голливудских фильмов, снятых до Второй мировой войны, представляли себе Океанию.
Поэтому неудивительно, что в числе первых колонистов было много людей благородного происхождения, у которых не было никакого опыта ручного труда и которые считали его ниже собственного достоинства. Они не ожидали, что такой труд будет необходим.
Когда выяснилось, что для процветания Джеймстауна необходимо много трудиться, строить дома и сеять хлеб, наступило большое разочарование. Конечно, колонисты могли бы избежать сельскохозяйственных работ, если бы удовольствовались охотой и рыбалкой, как индейцы, но этого они тоже не умели или не хотели.
Несколько месяцев они просто сидели и ничего не делали, и из сотни поселенцев половина умерла от голода и болезней за полгода. То, что остальные не сдались и что Джеймстаун не стал просто еще одним провалом, заслуга одного человека с заурядным именем Джон Смит (вероятно, это самый значительный Джон Смит в истории).
Ему было двадцать восемь лет во время существования поселения Джеймстаун, и он уже двенадцать лет мотался по свету. Он участвовал в войнах против турок, по его собственным словам, и (также по его собственным словам) участвовал в разнообразных рискованных предприятиях и авантюрах.
Он был самоуверенным человеком, не отличался большим тактом и, кроме того, будучи низкого происхождения, не ладил с людьми высокого происхождения из числа колонистов Джеймстауна. Однако когда провизии стало мало и все джентльмены Джеймстауна оказались не пригодными ни к каким делам, кроме еды, Джону Смиту выпал жребий найти пищу.
Для этого требовалась помощь индейцев, и Смит взялся уговорить индейцев поставлять необходимую пищу. Он сделал это, заключив сделку с Похатаном, который правил конфедерацией, состоящей из 9000 индейцев в 128 деревнях, разбросанных по территории нынешних штатов Виргиния и Мэриленд. Похатан поставлял пищу, которая позволила выжить колонии[23].
