– А ты откуда знаешь?
– Да мне Юра и рассказал!
– Ну, ты-то такого не делала!
– Никогда причем!
– Ха-ха-ха!
Зайдя в туалет, она взглянула на себя в зеркало, слегка поправила помаду, и осталась собой довольной. Она ничем не хуже этих дур, которые называют других «вафлушками». Да сами они вафлушки! На обратном пути она тоже замедлила шаг, вся превратившись в большое ухо.
– Юлька со своим в Москву поехала. Вчера звонила: в пятизвездочном отеле живет, по лучшим ресторанам ходит, он ей новый телефон купил…
– «Верту»?
– Не говорила. Наверное, обычный. Но хороший, он все хорошее покупает.
– Да он же старик! Он ей должен дом в Майами купить! Даже два!
– А кому два дома купили? Или один хотя бы?
– Ну, не знаю, кому-то купили! Вон, Рома своей Дашке замок купил в Лондоне! А кто она такая? Обычная вафлушка!
– Какой Рома?
– Какой, какой… Абрамович!
«Жабы» (так они называют друг друга) запросто называют фамилии известных в городе, стране и мире людей, как будто это их хорошие знакомые. Если с кем-то побывали на одной выставке, презентации, концерте, особенно свадьбе или дне рождения, то говорят: «Да я депутата Ермолаева знаю, мы вместе на свадьбе гуляли!» Хотя сам депутат может и не подозревать о ее существовании.
В «тусняке» все ждут женихов – молодых, красивых и сверхбогатых.
– Мне нужны не принцы, а короли! – высокомерно говорит Люси смуглому молодому человеку, который представился «дагестанским принцем».
Тот улыбнулся.
– А я смотрю, на целый квартал стоит очередь королей! В мантиях, коронах, со скипетрами… Думаю – куда они выстроились? А оказывается – к тебе, на кастинг!
Подруги хохочут, чуть не падают со стульев, а «принц» уходит к другой женской компании. Кроме женихов, постоянная тема – покупки. Кто что купил, каких фирм. Какие фирмы лучше, какие не очень продвинутые. И т. д., и т. п… Политика или события Большого мира не интересуют совершенно: «Это нас не касается!»
В чем состоит важность этих рассуждений, Цифра не понимает. Чем она плохо одета – тоже. Ей казалось, что она покупает дорогие вещи, но на самом деле оказывается, что в этом кругу ценились ещё более дорогие, более того, баснословно дорогие, причем определённых фирм, модельеров и производителей. Цифра мало разбиралась в этих тонкостях, но услышала, как Миледи жаловалась, что купила в каком-то бутике за год на два миллиона шмоток, а те должны были сделать ей дисконт на четверть суммы, но кинули… От таких сумм у нее даже голова закружилась: какой надо быть дурой, чтобы такие бабки палить?! Нет, вступать в такую гонку она не собиралась!
Она сделала себе эпиляцию по всему телу и, часто рассматривая себя в зеркале, пришла к выводу, что в главный момент одежда никакой роли не играет.
– Не хотите со мной дружить – и чёрт с вами, – решила она про центровую тусовку. – Я и без вас обойдусь!
Тем временем в «Аквариуме», как говорят «жабы» – «пошла движуха». Джентльмены в костюмах увели Башмачка и Рок-н-ролл, куда-то пропали Челюсть с Лошадью. Артур принес пачку сигарет:
– Это от мужчины вон с того столика. Он торопился, но сказал, что еще увидится с вами.
«Молодец, слов на ветер не бросает! – отметила Света. – Сейчас Башмачка увел, а в следующий раз меня подхватит…»
«Движуха» продолжалась. К ресторану подъезжали машины, оттуда выходили мужчины, по-хозяйски осматриваясь, проходили по залу, в поисках знакомых или свободных красавиц. Вот из «туарега» вышли два парня, подошли, поговорили с двумя блондинками в «тусняке», отошли, поговорили с теми, кто сидел за соседним столиком. Очевидно, о чём-то договорились, присели, угостили девчонок коктейлями, а потом все вместе уехали. Такие картины, с некоторыми вариациями повторялись.
Веранда почти опустела, только какой-то немолодой седоватый мужчина в одежде защитного цвета, с грубым каменным лицом и с нелепым здесь рюкзачком сел неподалеку за угловой столик спиной к стене, заказал графинчик хорошей водки, салат из осьминога и стейк по-флорентийски средней прожарки. Света заметила, что его внешний вид и заказ не совпадают, да и поведение необычное: держится уверенно, в меню разбирается, с официантом обходится, как важный гость… Мужчина с аппетитом выпил рюмку водки и с удовольствием занялся осьминогом, а Света переключилась на окружающую обстановку.
«Развод» был в разгаре. Некоторые, правда, ждали своих парней, а может быть, даже мужей. Их было немного, вели они себя сдержанней, и, как правило, к ним нечасто подходили. Свету побаловали вниманием несколько раз. Но почему-то явно не те, кого она хотела бы видеть. Вначале подошли двойники Берца и Гвоздика, приехавшие на опущенной «Приоре», которая почти цеплялась брюхом об асфальт. Они косноязычно звали ее «выпить и развлечься». Света живо представила бутылку теплой водки без закуски и последующие «развлечения» в загородной лесополосе. Едва она отделалась от первых кавалеров, как на тонированной обшарпанной «девятке» подкатили копии Лопуха и покойного Ниндзи, с теми же самыми заманчивыми предложениями. Почему она притягивала именно этот сорт парней, Света понять не могла, но они были настойчивы, пришлось сказать, что сейчас приедет Берц с пацанами. Неизвестно, знали ли они Берца, скорей всего – нет, но им нужна была телка, а не проблемы с неизвестной кодлой, поэтому они быстро освободили веранду.
Когда часы показали без четверти двенадцать, стало ясно, что ничего она сегодня не найдёт: ни для души, ни для сердца, ни для тела, ни для кошелька. И тут возле входа затормозил квадратный «Range Rover Sport». Она уже достаточно научилась разбираться в машинах, чтобы понимать, что лохи на таких не ездят. Из джипа вышли два накачанных парня с развязными манерами хозяев жизни и наглыми лицами, которые являются бесплатным приложением к ощущению себя таковыми. Это были такие же босяки, как и Берц с его компанией, только выше уровнем – более взрослые, дерзкие и опасные.
В обтягивающих легких рубашках, джинсах, и туфлях из змеиной кожи (Света видела такие в модном журнале и знала, что они стоят бешеных денег), они пошли по залу, как покупатели по базарным рядам. Но особые деликатесы уже закончились: Миледи уехала, уехали Рыба и Серебрянка, Башмачок сегодня не думала возвращаться… Те, которые остались, сидели с парнями, и у них было уже всё договорено. Безрезультатно обследовав зал, «качки» вышли на веранду и подошли к Светлане, которая этого ждала и потому грациозно выпрямилась и даже чуть-чуть улыбнулась. Они по-свойски сели к ней за стол, бесцеремонно осмотрели с ног до головы.
– Ну, чего, коза, попила, поела, а сняться не получилось. Хорошо, что мы подъехали. Давай, собирайся. Счёт за тебя оплатить?
Светлана думала, что она начала новую жизнь: не материлась, старалась не грубить даже тем, кто ей не нравился, сдерживала порывы, которые рвались из самой глубины души, где разлагались трупы убитых мужчин, женщин и детей, где ломали кости Ниндзе и заживо горел Ящик. Но оказалось, что никакой новой жизни она не начинала, а старая мгновенно вырвалась наружу, как всегда бывало в прошлые времена.
– Да пошли вы в жопу с этим счётом! – оскалилась Цифра и схватила вилку. – Я вас звала? Чего вы ко мне подвалили? Чего за мой столик сели? А ну, собрались и на раз-два сдернули отсюда!
– Ты что, коза, оборзела?! – вытаращил глаза тот, что пониже – светловолосый, симпатичный, с маленькими остроконечными ушами, как у хорька. – Кому хамишь?! Жить надоело?!
– А тебе не надоело?! – зловеще сверкнув, вилка оказалась у лица «хорька». – Хочешь, глаз выколю и съем?!
Тот отпрянул – выглядела Цифра очень убедительно.
– Да ладно, Борис, не хочет, как хочет, – сказал более высокий брюнет. – Других найдем!
– Не-ет, Вадик, подожди, – возразил Борис. – Так не бывает. Что значит «хочет, не хочет»? Главное, что я хочу…
– Собирайся, говорю тебе, поехали! – огляделся вокруг Вадик. – Нам неприятности не нужны! Если Фома узнает, такой кипеж поднимется! Скажут: второй раз город просрать хотите?! А она чокнутая – глянь на нее!
Цифра разъярилась настолько, что у неё даже подбородок дрожал. Вилка сама рвалась в сузившийся глаз Бориса, и она с трудом ее удерживала.
– Да, или еб…, или на наркоте сидит, – кивнул Борис. И недобро процедил:
– Ладно пойдем… Никуда она не денется. Встретимся еще…
«Качки» вышли с веранды, причем Вадим тащил товарища за руку, а он оглядывался и с ненавистью рассматривал Цифру. Она пригрозила ему вилкой и со звоном бросила ее на пол. Хлопнули дверцы, включился двигатель. «Range Rover» постоял немного, очевидно, парни думали, куда ехать, и медленно двинулся с места.
– Хлоп-хлоп-хлоп! – раздались раздельные, вроде даже демонстративные хлопки. Человек в защитного цвета костюме и с дурацким рюкзаком улыбался. Как будто перегретый пустынным солнцем камень холодной ночью треснул от перепада температур.
