поздравления — сказал я — Широкий спектр умений есть гарантия востребованности. О, снедь несут!
— Все так — дождавшись, пока официантка удалится, перед тем поставив перед нами еду — И что же выходит? Я выполняю серьезный заказ, почти добиваюсь успеха и тут вмешиваетесь вы, ломая выстроенную мной довольно сложную конструкцию.
— Проще говоря — поднимаю на ноги Носова? — терзая истекающую соком котлету, уточнил я — Верно?
— Именно — подтвердил Максим.
— И вот тут снова спрошу — к чему такие сложности? Я так прикинул, вы его где-то год мурыжите. Почему было просто не отправить его на тот свет за пару-тройку недель? Или даже быстрее. Не думаю, что для вас это серьезная проблема.
— Так захотел мой работодатель. Ему нужно, чтобы ваш наниматель умирал медленно и мучительно. Может, это вопросы личного характера, может, какие-то бизнес-соображения — я не знаю. Да мне это и не очень интересно. Была поставлена задача — человек должен каждой клеткой своего тела ощущать, как он переходит в мир иной. Я ее выполнил. Все шло к финалу, и тут я узнаю, что господин Носов дал пресс-конференцию, на которой выглядел веселым и бодрым. Чуть ли не сальто крутил на глазах журналистов. А после на банкете после мероприятия ещё виски глушил. Мало того — увез с собой какую-то молоденькую журналистку, причем явно не с целью дать ей эксклюзивное интервью.
— Ну, думаю, оно тоже состоялось — отхлебнув морса, предположил я — Просто, скажем так, после. Ну, или между.
Нет, точно Носов запланированный мной месяц не протянет, сгорит как спичка. Слишком уж активно он принялся жить.
— Возможно — Максим отколупнул кусочек пирожного ложечкой — Патрон, разумеется, тут же высказал мне свое «фи». И он, согласитесь, имел на это право. Я заверил его, что через две недели на одном из самых престижных кладбищ Москвы состоится пышная церемония, в процессе которой его главный конкурент переселится под землю, а вместо этого потенциальный покойник развязывает против моего нанимателя бизнес-войну.
Ну вот, теперь я знаю, кто твой хозяин. Это господин Белозеров Вадим Евгеньевич, серьезный бизнесмен, калибром чуть ниже Носова. Формально они давным-давно дружат, а по жизни соперничают. Вот только Илья Николаевич всегда, ещё с конца девяностых, всегда был на полкорпуса дальше Белозерова. Я все это выяснил ещё тогда, когда мне Анатоль рассказал про подслушанный в доме Носова разговор о том, что настало время атаковать бизнес заклятого друга.
Воистину — пауки в банке. Хотя — фиг знает. Может, Носов о чем-то таком догадывается? В смысле, предполагает, кто и как его неторопливо в могилу сводит? Хотя — нет, вряд ли. Не тот у него характер. Он бы действовал жестче.
Но опять же — куда жестче? Для людей бизнеса, таких, какими являются и он, и Белозеров, потеря дела жизни куда страшнее, чем смерть, к примеру, от пули. Пусть даже и мучительная, а не моментальная. Я ещё в свою банковскую бытность слышал жутковатые истории про то, что творилось с разорившимися бизнесменами. Один стрельбу в офисе конкурента устроил, другой в психушку уходил, третий вообще самосожжение в своем бывшем офисе устроил. Так что — кто знает, кто знает…
Но вот то, что я оказался между этих двух жерновов — это очень плохо.
— Может, все-таки закажете себе что-то посытнее десерта? — предложил собеседнику я — Котлеты дивно хороши, как и пюрешка. Натурально из картофеля, не порошковая. По нашим временам большая редкость.
— Что дело не в чудесах фармакологии и что это не последняя вспышка активности перед смертью я понял сразу — никак не отреагировал на мое предложение Максим — Ну, а дальше я начал собирать информацию — кто, что, когда.
— Выходит, посвистывает кто-то из прислуги Носова, да? А уж как он мне заливал про то, что чужих меж ними нет.
— Блажен, кто верует. Деньги и кое-какие мелкие услуги, связанные с личным здоровьем, могут поколебать любую верность. Да и вообще нет таких моральных устоев, которые не проломили пусть аморальные, но зато крайне выгодные предложения.
— И что дальше? — я зачерпнул из стоящей на столе розетки горчицы и намазал ей кусок котлеты, вздетый на вилку — Как быстро вы добрались до меня?
— Не стану врать, не сразу. Сначала грешил на какую-то особо глупую и алчную ведьму, по жадности своей влезшую не туда, куда следует. Мандрагыр… Вы же использовали мандрагыр, верно?
Я передернулся от остроты приправы, а после кивнул.
— Так вот — это их метода, они отлично умеют выжимать из упомянутого корня все соки. Но задачка с ответом не сошлась, я узнал, что в доме Носова несколько раз побывала не женщина, а молодой мужчина. Здесь я перестал злиться и принялся наводить справки о том, кто же это может быть такой. Вот тогда-то я и узнал, что в Москве несколько лет назад появился на молодой, да ранний ведьмак, который впутался в несколько нехороших историй, умудрился сцепиться с наследником Кащея и в результате того прикончил, после куда-то на время запропал, но недавно вернулся. Ну, а когда я услышал, что вы ещё и Ходящий близ Смерти, то все окончательно встало на свои места. Все, кроме одного — как Носов умудрился вас к себе привязать? Мне говорили, что пугать вас бессмысленно, вы от этого только злее становитесь, за деньгами не гонитесь и к власти над кем бы то ни было не стремитесь.
— Он забавный — ответил я — Плюс ко всему у него в активах значится пара этажей в Москва-Сити, а мне нужно помещение для офиса. Подумываю ИП открыть.
— Ну, не желаете — не говорите. Не так это и важно. Так вот — дальше я допустил ошибку, сказав своему нанимателю о том, кто именно влез в наши планы. Вернее, он случайно про это узнал и решил лично с вами разобраться, не поставив меня о том в известность. Дома вас его люди не отыскали, проведали, что вы сейчас за городом, в некоей Лозовке, и отправились туда. Правда, и тут не преуспели, просто-напросто до нее не добравшись.
А, так вот о ком дядя Ермолай говорил, вот кого он по лесу крутил. Теперь ясно. Жалко, конечно, что вовсе этих молодцев в болоте не утопил. Явно же они со мной не просто поговорить ехали.
— Я когда про это узнал, очень рассердился — виновато глянул на меня Максим. Прямо настолько искренне, что не поверить ему было очень сложно. Приблизительно так же, как в
