невесомо прикоснулся к губам, пока завязывал мои руки к светильнику на стене.
— Что… — я сделала глубокий вдох, пытаясь совладать с дрожью, что сковала моё тело. — … ты делаешь?
— Демонстрирую игру нерадивого мальчишки, которым вы решили вертеть, госпожа!
С этими словами я наблюдала как он стянул с себя пиджак и начал расстёгивать рубашку, смотря прямо мне в глаза, и совершенно точно зная, какие эмоции во мне вызывают его действия. Ведь я не брыкалась, не кричала, не сопротивлялась, а наслаждалась этой игрой. Он снял рубашку и бросил её к моему платью.
— И что дальше? — осипшим от делания шепотом спросила я.
— Покажу разницу между мальчишкой с плато, и мужчиной… — он подошёл ко мне, и обжог губы новым поцелуем уже более глубоким и горячим, как и его тело напротив меня.
Движения стали плавными и тягучими, словно время остановилось. Он оторвался от моих губ и начал спускаться ниже, обогнул подбородок, спустился к шее, и на каждом участке кожи он оставлял обжигающую дорожку из поцелуев, которые горели огнём от его дыхания.
Дан вёл руками вдоль моего тела, а мне казалось что это раскалённые угли обнимают меня. Он медленно спускался передо мной на колени, а я уже изнывала от желания прикоснуться к его телу, но не могла… Ведь руки были крепко связаны. И когда он встал передо мной на колени я громко ахнула от того, как он закинул мою ногу на плечо и прикусил внутреннюю сторону бедра и начал двигаться вверх. Мне не хватало воздуха, и я ждала что сейчас просто взорвусь, когда его дыхание оказалось перед тонкой преградой. Но Дан резко поднялся, и подкинув меня под бедра впечатал в стену и заглушил мой стон своими губами, опять ворвавшись горячим языком между губ, и найдя мой.
— Развяжи… — простонала я когда услышала лязг ремня его брюк и обхватила его бёдра сильнее, хватаясь за галстук, что удерживал меня.
— Нет… — прохрипели у моего уха в ответ и стянули рукой ткань лифа под грудь, чтобы накрыть её вершину губами, и заставить меня закатить глаза от удовольствия, и болезненного спазма, который кричал о потребности разрядки.
Я открыла затуманенные глаза и посмотрела перед собой… Напротив меня были зеркальные двери шкафа, в которых отображались наши фигуры. И это заставило меня заворожено смотреть только туда. Я видела, как на его спине перекатываются мышцы в свете лампа, как полутона его фигуры играют со светом и я физически ощущала что эта картина меня доводит до края. Поэтому, когда его тело подалось вперёд и он заполнил меня собой, я заметила это… Свои глаза, которые блестели не меньше чем его, когда простонала в его губы, а он начал наращивать темп. Я чувствовала как растягиваюсь под его напором, как тело покрывается испариной, а дыхание становится осязаемым на ощупь.
— Развяжи… — прошептала я в его губы, когда он покрывал моё лицо поцелуями, и сжимал меня в руках всё сильнее вторгаясь в меня.
Даниэль застыл, и резко вошёл до конца, словив мой вздох и прихватил сильнее под ягодицы, сжав их и прикрыв глаза. Одной рукой он развязал узел, и я буквально упала в его объятия, а он выдохнул прислонив свой лоб к моему:
— Ты свела меня с ума…
Я схватилась наконец за его плечи и ощутила насколько горяча его кожа на ощупь, пока он пульсациями отдавал во мне, желая продолжить начатое. Я зарылась рукой в его волосы и мы опять посмотрели друг на друга, и я сама потянулась к его губам, притянула его за затылок к себе, и он издав стон, одной рукой сбросил всё со стола что был рядом и положил меня на него.
Движения стали резкими и на грани боли, но я хотела этого, как и он, пока смотрел мне в глаза и гладил с силой лицо.
За окном послышалась возня, но нам было плевать. В этом мире, в эту минуту существовали только мы. И когда он словил мой вскрик своими губами, мы растворились в дрожи друг друга.
— Хорошая люстра… — прошептал он у ложбинки моей груди, нависая надо мной.
— Крепкая… — сбивчиво ответила я, пока его рука нежно вела вверх по моей лодыжке, поглаживая и рождая мурашки.
— Он приехал… Я должен идти… — он поцеловал мою грудь, провёл губами к шее и, наконец приподнялся надо мной и погладил по щеке.
— Иди… — я зарылась опять в его волосы и поцеловала. Нежно, почти невесомо, и мне ласково ответили.
Дан помог мне подняться и протянул платье, пока надевал рубашку. Я наблюдала за ним, и тягучее ощущение опять скручивалось внизу моего живота. Но он лишь ухмыльнулся заметив как я покраснела и надев пиджак, притянул меня ща талию к себе.
— Иди сюда, — он пригладил мои волосы, и поправил шлейки платья, нежно проведя пальцами по коже.
— Галстук! — я обернулась и подняла чёрный лоскут что валялся на полу. — Будет странно если выйдешь отсюда без него!
Я отодвинула воротник его рубашки, и начала завязывать галстук на его шее, пока он лыбился к Чеширский кот.
— Чего это ты?…
— Тихо! — он приставил указательный палец к моим губам, и осмотрел моё лицо. — Дай запомнить…
— Что запомнить?
— Момент, когда мне пришлось доказывать что я мужчина… — хохотнул он и щёлкнув меня по носу, быстро вышел за дверь.
Я опять посмотрела в зеркало, и только сейчас до меня дошло, что произошло… Но уже было поздно… Я уже не вырву его из своего сердца, не оторву от тела… Не после того, как мне показали, как умеет любит мужчина.
Глава 6
Дан
Реальность осталась позади. Где то на задворках здравого смысла я понимал, что мне нужно сейчас же уходить из этого дома. Спасаться от женщины, что заставляет меня забыть кто я, и зачем всё это начал.
Я словно пришибленный шёл по коридору и пытался понять, что делать с этим дальше. Впервые я был настолько разрушен и цел одновременно. Как объяснить подобное состояние? Всё это она…
Всё, что стояло перед моими глазами, это картина того, как она стоит посреди комнаты, с широко открытыми глазами, и на ней только тонкое кружево… Ханна, убила во мне все мысли о том, что я вообще способен мыслить…
Верно и она мало чем думала в тот момент, но я уже не мог остановиться. Не после того, как увидел в её глазах себя! Не после того, как понял, что если не сделаю её своей в тот самый момент, другого
