Я выглянул наружу, увидел яркое небо, испещренное черными точками.
«Ну?» — спросил я после недолгого молчания.
«Если не ошибаюсь, скоро утро.»
«Перед рассветом небо всегда ярче, да?»
«Что-то в этом духе.»
Кровь возвращалась в затекшие члены, все тело кололо словно иголками. Я с трудом выпрямился, прислонился к стене.
«Есть какие-нибудь новые указания?»
«Пока нет. Думаю, к утру появятся.»
Я доковылял до ближайшей скамьи и рухнул на нее.
«Если сейчас кто-нибудь войдет, мне придется отбиваться какими ни на есть чарами. Спать на доспехах — извращение. Почти как спать в них.»
«Брось меня во врага, я, по крайней мере, выиграю тебе время.»
«Спасибо.»
«Давно ты себя помнишь?»
«Да, наверное, с раннего детства. А что?»
«Я помню свое первое пробуждение к жизни, тогда, в Логрусе. Но до вчерашнего дня все было как во сне. Я плыла по течению.»
«Что ж, многие так живут.»
«Правда? Я не могла ни думать, ни общаться.»
«Верно.»
«Как по-твоему, это теперь навсегда?»
«Что именно?»
«Может, эти способности даны мне только на время? Только для этой страны, а потом пропадут?»
«Не знаю, Фракир, — сказал я, растирая левую икру. — Думаю, не исключено. А ты уже вошла во вкус?»
«Да. Глупо, конечно. Зачем переживать о том, о чем не смогу пожалеть, когда утрачу?»
«Хороший вопрос, и я не знаю ответа. Может, ты бы так и так до этого дошла.»
«Не уверена. Но точно не знаю.»
«А ты боишься стать прежней?»
«Да.»
«Знаешь что? Когда мы поймем, как отсюда выбраться, ты останешься здесь.»
«Не могу.»
«А почему бы нет? Конечно, ты была мне большим подспорьем, но я и сам способен за себя постоять. Заживешь своей жизнью, сознательной.»
«Но я урод.»
«Да мы все такие. Я просто хочу сказать, что понимаю тебя, и по мне, ты очень даже хороша.»
Она дернулась и замолкла.
Я пожалел, что боюсь выпить воды.
С час я сидел, мысленно перебирая недавние события и пытаясь отыскать хоть какие-нибудь зацепки или намеки.
«Я вроде как подслушала твои мысли, — произнесла вдруг Фракир. — И могу кое-что подсказать.»
«Да? Что именно?»
«Тот, кто доставил тебя сюда...»
«Похожий на моего отца?»
«Да.»
«И что он?»
«Он был не такой, как первые два. Он — человек, они — нет.»
«То есть это и вправду был Корвин?»
«Мы прежде не встречались, так что наверняка не скажу. Но одно точно — он не такой, как эти, геометрические.»
«Ты знаешь, кто они?»
«Нет. Я только знаю за ними одну странность, и она ставит меня в тупик.»
Я наклонился, сжал руками виски. Несколько раз глубоко вздохнул. В горле у меня пересохло, все мышцы болели.
«Говори, я жду.»
«Я не знаю, как объяснить, — сказала Фракир. — Однако давно, в мои бессознательные дни, ты необдуманно пронес меня на себе через Образ.»
«Помню. Тебе это так не понравилось, что у меня долго не проходил рубец.»
«Порождения Хаоса плохо уживаются с порождениями Порядка. Однако я осталась жива. И событие записано в моей памяти. Так вот. Дворкин и Оберон, которые приходили к тебе в пещеру...»
«Да?»
«Под их человеческим обличьем пульсировали энергетические поля, заключенные в геометрические контуры.»
«Что-то вроде компьютерной анимации?»
«Может, и так. Не знаю.»
«А мой отец — он был не такой?»
«Ничего общего. Но я подвожу к другому. Я распознала источник.»
Я внезапно встрепенулся:
«То есть?»
«Завихрения — геометрические линии внутри фигур — воспроизводят участки Образа в Амбере.»
«Ты что-то путаешь!»
«Нет. У меня не было сознания, зато фотографическая память. Обе фигуры — трехмерное отображение сегментов Образа.»
«А зачем Образу подсылать мне свои подобия?»
«Я всего лишь удавка и пока не научилась рассуждать.»
«Раз тут замешаны Единорог и Змей, то почти наверняка и Образ.»
«Логрус уж точно.»
«И сдается, Образ действительно показал себя разумным в тот день, когда Корал его прошла. Если так и если он и впрямь способен создавать свои подобия — сюда ли он намеревался меня отправить? Или Корвин перенес меня в какое-то иное место? И чего Образ от меня хочет? И чего хочет отец?»
«Везучий — ты можешь пожать плечами, — сказала Фракир. — Кажется, это называется «риторические вопросы»?»
«Наверное.»
«Мне начали поступать новые указания, из чего я заключаю, что ночь на исходе.»
Я вскочил.
«Значит, можно есть и пить?»
«Думаю, да.»
Я не заставил себя упрашивать.
«Знаешь, я еще не совсем освоилась в новой роли и потому не знаю, уважительно ли вот так прыгать через алтарь,» — заметила Фракир.
(Черное пламя моргнуло, когда я перемахнул между свечами.)
«Черт, я даже не знаю; чей он, — сказал я, хватая кувшин, — а неуважение, по-моему, должно быть адресным.»
Земля легонько вздрогнула, я поперхнулся водой.
«И опять-таки ты права,» — заметил я.
Я пронес кувшин и хлеб в обход алтаря, мимо закоченевшего карлика, и пристроил на скамье у задней стены. Уселся и уже без спешки принялся за еду.
«Что дальше? Ты сказала, поступили новые указания.»
«Ты выдержал искушение, — ответила Фракир. — Теперь надо выбрать себе оружие и латы и пройти сквозь один из выходов в этой стене.»
«В который?»
«Один принадлежит Порядку, другой — Хаосу, про третий я ничего не знаю.»
«И как в таком случае принимать взвешенное решение?»
«Думаю, для тебя будет открыт лишь один путь — назначенный.»
«Значит, выбора у меня нет?»
«Вопрос, полагаю, решится выбором снаряжения.»
Я доел хлеб, запил последними глотками воды. Встал.
«Ладно. Посмотрим, что будет, если я не возьму ничего. Карлика жалко.»
«Он знал, на что идет.»
«В отличие от меня.»
Я подошел к правой арке, потому что до нее было ближе. За ней открывался светлый коридор, чем дальше, тем ярче освещенный, так что в нескольких шагах я уже ничего разобрать не мог, настолько слепило глаза. Я продолжал идти и чуть не расшиб себе нос. Как об стеклянную стену. Здорово, ничего не скажешь. Вот и иди после этого к свету.
«Ты становишься циником прямо на глазах, — заметила Фракир. — Это я про твою последнюю мысль.»
«Ладно тебе.»
К следующей арке я приблизился осторожнее. За ней было серо. Здесь тоже начинался коридор, причем видеть я мог чуть дальше, чем в первом. Впрочем, разглядывать было особенно нечего — пол, стены, потолок. Я протянул руку и не нащупал преграды.
«Похоже, нам сюда,» — заметила Фракир.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
