Лазер пронзил тело Хранителя раньше, чем тот успел до конца сформировать свою технику. Голова Людвига рухнула на пол и покатилась прочь, пока оставшееся тело медленно оседало на колени и, наклонившись вбок, прислонилось к стене камеры виртуальной реальности.
— Что же, свой выбор ты сделал, — произнес я, силовым полем подхватывая мертвого Хранителя и вытаскивая его из лаборатории.
Марево открылось, соединяя Архив и воздушное пространство над Тихим океаном. Голова и тело Людвига вылетели в портал и понеслись к водной глади. Лазер не пролил ни капли крови бывшего Хранителя. А океан — не самое плохое место погребения.
Жаль, конечно, что он сделал именно такой выбор. Но нужно отдать ему должное — Людвиг не смог переступить через себя, разрушить привычную картину мира. Но и сдаваться на волю победителя, играя роль моей комнатной собачки, не согласился.
В моем прошлом мире никто бы не решился обменять самое ценное, что у него есть — свою жизнь, на достоинство и честь. Не было там таких понятий, атрофировались, как рудименты прошлых эпох. А здесь умереть, защищая свои ценности, веру и идеалы — достойный поступок.
И, честно говоря, мне это нравится гораздо больше.
У местных людей есть не только свое «я», но и понимание общности, как своей семьи, так и объединений в виде целых стран. Здесь с молоком матери впитывают, что ты навсегда становишься не просто отдельным человеком, а частью огромного общества. А значит, им легче будет перейти от сословного общества к радению обо всем человечестве.
— Создатель, регламент общества Януса Двуликого предусматривает появление новых членов общества в случае смерти или добровольного ухода действующих членов, — заговорила Анна. — Сейчас свободно две личности Основателей.
— Распечатай мне новый артефакт Людвига, — велел я. — И заблокируй на нем смену личности. Установи этого требование как стандартное.
Так не придется каждый раз об этом напоминать.
— Будет исполнено, Создатель.
Я тем временем прошел к носителю с перезаписанным и улучшенным «Оракулом» и, отключив его от лаборатории, открыл портал в свой кабинет.
Нужно ли мне подарить вторые дары кому-то из своих знакомых? Что ж, почему бы и нет? Тем более что кандидаты в новое поколение у меня имеются. И в них я уверен, как в самом себе.
Закрыв за собой портал, я вручил Марине Кирилловне сервер с «Оракулом», который плыл по воздуху на силовом поле вместе со мной.
— Подключить к системе как можно скорее, — велел я искусственной помощнице, и та с готовностью кивнула, легко принимая вес оборудования на ладони.
— Немедленно займусь, Дмитрий Алексеевич, — ответила Марина Кирилловна, после чего тут же покинула помещение.
А я прошел к своему креслу и, усевшись на него, открыл виртуальное окно. Выбрав нужный контакт, я снял артефакт с молниями и, подбросив его в руке, стал ждать ответа.
— Князь Пермский слушает, Дмитрий Алексеевич, — раздался в моих ушах голос моего школьного друга.
— Здравствуй, Семен Константинович, — поздоровался я, в очередной раз поймав подброшенный артефакт. — Скажи, тебе не помешала бы прибавка к личной силе?
Князь Ефремов усмехнулся.
— Ты теперь раздаешь земли, Дмитрий Алексеевич? — спросил он. — Или решил подыскать нового князя для Красноярска?
— Вовсе нет, — ответил я. — Ваш родовой дар годится для ведения ближнего боя. Я же хочу предложить тебе вдобавок к нему возможность поиграть в Перуна.
На несколько секунд Семен Константинович замолчал, обдумывая мои слова.
— Мне же не послышалось, и ты действительно сказал «вдобавок»? — уточнил он после паузы.
— Именно так я и сказал, — подтвердил я. — Впрочем, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, верно?
С помощью «Оракула» я выбрал обнаруженное войском Демидовых скопление мятежников в Поднебесной империи.
— Сейчас смотри на телевизор, Семен, — сказал я.
«Оракул» показал мне, что князь Пермский поднял глаза к экрану, на котором уже шла трансляция из лагеря сторонников мятежного его высочество Иньлина.
Я создал портал в нескольких десятках метров над землей.
— Вот, что я тебе предлагаю, Семен.
В марево ударили молнии, сорвавшиеся с моей руки. А на Дальнем Востоке в провинции Хэйлунцзян появились яркие белые вспышки. Ветвясь, они перескакивали с одного врага на другого, ничуть не теряя в силе.
Люди кричали, но грохот хлопков электрических разрядов им было не под силу перекричать. И они падали дымящимися фигурками на землю, уже не способные не только защищаться, но и дышать.
Не прошло и десяти секунд, а все, кто оказался снаружи многочисленных палаток, оказались уничтожены.
Я убрал марево, отметив про себя, что артефакт израсходовал около половины заряда.
— Ну как тебе, князь, достаточно наглядно? — спросил я с усмешкой. — Скажу честно, для меня такой дар бесполезен. Но тебе может сильно помочь. Впрочем, если ты не хочешь, я предложу кому-нибудь другому…
— Я согласен, — сдавленно ответил Семен Константинович. — Но что ты захочешь взамен?
Я вновь усмехнулся.
— Какие могут быть счеты между друзьями? — ответил я. — Я сейчас зайду в гости и все объясню.
И, поднявшись со своего кресла, я шагнул в новый портал.
Глава 10
Пермск, резиденция княжеской семьи. Князь Романов Дмитрий Алексеевич.
Семен Константинович развел руки в стороны, и из костяшек сжатых кулаков проступили силовые когти. Я наблюдал за своим школьным другом с легкой улыбкой — уж слишком явно читался азарт в глазах князя Пермского.
Когти плавно перетекали в лезвие катара на каждой руке, а вслед за этим полыхнула молния, на мгновение соединяя клинки яркой вспышкой. Семен Константинович чуть дернул веками, в воздухе запахло озоном, и на голове князя Ефремова приподнялись волосы.
— Очень, — выдохнул он, — странное чувство. Я как будто точно знаю, как пользоваться этой молнией.
— Конечно, знаешь, — подтвердил я, делая глоток горячего кофе. — Система устроена так, чтобы даже неодаренный, надев артефакт, смог его использовать по назначению без долгой подготовки.
Князь Пермский кивнул, убирая свой родовой дар, и раскрыл ладони. Между его пальцев засверкали новые разряды. Повинуясь воле своего владельца, они слились в два больших белых столба, от которого отходили на мгновение дергающиеся ветви.
— Ух, — донеслось до меня восторженный выдох сквозь треск разрядов. — Кажется, так.
Я не переживал, что Семен не удержит свой дар — артефакт предусматривал прерывание использование, когда оператор не справлялся. По все той же причине применения неодаренными — у них ведь нет опыта, им такая защита необходима.
А князь Ефремов тем временем развел руки чуть шире, и оба электрических разряда рванули навстречу друг другу, соединяясь в единую дугу. А уже через миг она расширилась, расползаясь на отдельные разряды, пока не окутала всего Семена с ног до головы.
Я сформировал небольшое силовое поле в виде иглы и направил его в этот светящийся кокон. Электрическая защита ударила по моей технике, развеивая ее. Но и в щите Семена Константиновича возникла обширная прореха. И хотя князь Ефремов залатал ее через пару секунд, мы оба понимали, что эта вынужденная задержка может стоить жизни.
Резко погасив дар Хранителя, мой школьный друг тряхнул головой. А потом еще и пригладил волосы рукой. Сузившиеся зрачки Семена Константиновича как нельзя лучше говорили, что вся эта иллюминация мешает ему видеть ничуть не меньше, чем потенциальному сопернику.
— Мощно, — произнес князь Пермский, после чего снова призвал свои когти.
На этот раз родовой дар сразу же явился в мир с разрядами тока между лезвиями. Любоваться ими Семен Константинович не стал, и тут же погасил технику. Встряхнувшись, он прошел к свободному креслу напротив меня и опустился на сидение.
Несколько минут мы молча пили кофе, не произнося ни слова. О чем думал князь Ефремов, я не знал. А вот меня занимало, примет ли Ростислав Владимирович дар управления временем. С учетом физических параметров моего биологического брата это должно стать хорошим усилением эффективности боярина Иващенко.
