он был уверен в себе, его вдохновляла стоящая перед ним задача. К чему так спешить в Херьедален и в Норвегию? Почему бы не остановиться здесь и не воспользоваться тем, что само идет в руки?
У Кайсы голова пошла кругом при виде путников. Люди здесь, в этих лесах? Старуха, священник — она узнала его по воротнику и черной сутане, такой же, как и у священника в эльвдаленской церкви — и еще двое мужчин, совсем еще молодых. Один из них явно весельчак, глаза его так и сверкают, к тому же он статен, светловолос и светлобород. Другой, совсем еще молодой, почему-то вызвал в ней страх. Его непроницаемое лицо, казалось, скрывало какие-то тайные замыслы. Но внешне он был очень привлекательным — с темными волосами и светлыми глазами. Хотя взгляд его был совершенно отчужденным.
Старушка на вид была доброй. И все трое мужчин были на конях. Подумать только, какими богатыми могут быть люди!
Не повернуть ли ей и не побежать ли домой? Не увести ли отсюда остальных девушек? Ноги ее готовы уже были к бешеному бегу. Да, она чувствовала, что здесь оставаться опасно. Но что-то удерживало ее, хотя сердце и наполнялось новым, неведомым ей прежде страхом.
Нет, вовсе не новым и не неведомым. Тот же самый страх она испытывала еще утром. Ведь ей казалось, что лес заколдован, что все в нем стало иным, пугающе-незнакомым.
Ей казалось, что они стоят так и смотрят друг на друга уже несколько часов, тогда как в действительности прошла всего лишь минута с того момента, как Кьерстин побежала прочь, испуганно вскрикнув. Вид чужих людей перепугал девушку, которая не осмеливалась даже спускаться в долину, в эльвдаленскую церковь, и видела в своей жизни только Варгабю да окрестные леса. Выразительные взгляды, которые бросал на нее Дидерик, тоже напугали ее. Она не понимала, что означают его взгляды, зная только, что все это опасно.
Бегство Кьерстин побудило к действию и Кайсу: не задумываясь, она бросилась вслед за подругой. И обе помчались, слбвно перепуганные звери, вверх по склону холма.
— Эй, остановитесь! — услышали они властный мужской голос. Но в голосе этом им послышалась угроза, и они побежали еще быстрее.
Бритта стояла в нерешительности.
— Что вы натворили! — с упреком произнесла она, обращаясь к путникам. — Посмотрите-ка за скотиной, а я попробую привести назад девушек!
И она тоже исчезла в тумане, плотной пеленой покрывающем склон.
— Ну и диалект! — сказал Дидерик. — Однако мы его понимаем. Пойдемте, ребята, сейчас мы успокоим этих девчонок.
Он вскочил на коня, священник последовал его примеру. Хавгрим медлил.
— Ты тоже иди, — сказала Барбро. — Этим девушкам может понадобиться присутствие порядочного человека.
— Но ведь там будет господин Натан. А ты останешься одна со всеми этими животными.
— Все дикие звери уже разбежались по своим норам, — сказала она. — Иди, ты им пригодишься.
Он кивнул и сел на коня.
Барбро смотрела им вслед, но они быстро исчезали в тумане. Она с горечью покачала головой.
— Тебе следовало бы остаться дома, Барбро, — сказала она самой себе. — Ведь тебе хорошо известно это предание, известно, чем все это закончится. Тебе следовало бы быть умнее!
Выпрямив свою сгорбленную спину, она подумала: «Если я не ошибаюсь, кое-кто еще знает продолжение этой истории…»
Трое мужчин разошлись в разные стороны в густом тумане.
Дидерик Сверд направил своего коня вверх по склону холма, но так и не встретил девушек. Проклятие, они знали этот лес вдоль и поперек! Но он должен был найти их! Ему хотелось их увидеть. Эту красотку, убежавшую первой, застенчивую, как лань. И эту малютку с развевающимися на ветру косами…
Вскоре он остановил коня, увидев что-то впереди себя. Что-то двигалось в тумане.
Он спустился вниз по пологому скату в долину, покрытую оленьим мхом и заросшую стройными соснами. Туман — или низко опустившиеся облака — окутывал его со всех сторон, перемещаясь между сосен в виде странных, расплывчатых пятен.
Что-то там такое было… Там справа от него. Но туман мешал ему разглядеть, что именно там было. Животное? Девушки?
Нет, одежда девушек не была похожа на эти расплывчатые пятна. Платья у них были ярких расцветок, фартуки были вышитыми, на плечах лежали платки.
Но то, что маячило перед его взором, было одето в коричнево-серую шкуру и имело совершенно дикий вид из-за торчащих во все стороны волос…
Или все это ему просто померещилось? Он тряхнул головой, протер глаза. Теперь он ничего больше не видел. Должно быть, там просто было кряжистое дерево.
Закричала гагара. Разве он был рядом с озером? Нет, это невозможно, озеро совсем в другой стороне. И снова он услышал какое-то имя. Он вздохнул. Если это и была птица, то та же самая. Он мог побиться об заклад, что слышал женский голос, кричавший: «Врет Йо-о-оар!»
Внезапно лес наполнился какими-то булькающими звуками, так что и сам Дидерик, и его конь отпрянули назад. Это тоже был птичий крик, но он напоминал чем-то злорадный смех.
Потом опять все стало тихо.
Но в тумане опять что-то задвигалось. А жалобные крики доносились теперь откуда-то издалека, словно эхо.
Если бы рядом с ним был теперь господин Натан!
Дидерик резко повернул коня и поскакал напрямик к условленному месту встречи.
Господин Натан был уже там. Он был бледен, рот его был плотно сжат, у него явно не было желания разговаривать.
Девушек нашел Хавгрим. Двое из них пытались успокоить Кьерстин, которая сидела, скорчившись, на земле и плакала. Когда Хавгрим подъехал, она опять хотела убежать, но девушки удержали ее.
Соскочив с коня, он сказал:
— Не бойтесь, мы не причиним вам зла.
Во взгляде его не было никакой враждебности, да ее и раньше не было, просто он прятал от людей взгляд, не желая, чтобы каждый заглядывал ему в душу.
— Пойдемте со мной обратно, там остались ваши овцы и коровы, — продолжал он. — Девушка, у которой такой усталый вид, может сесть на моего коня, а я поведу его.
Взглянув на него заплаканными глазами, Кьерстин сразу уверилась в его честности. Он помог ей сесть на коня, и они направились обратно. При этом Кайса и Бритта старались держаться поближе к нему, окончательно проникшись к нему доверием.
— Собственно говоря, не такие уж мы дуры, какими могли показаться, — непринужденно заявила Бритта. — Но сегодня все кажется таким странным. Я и сама-то напугалась!
Кто бы мог подумать, что Бритта не боится ни темноты, ни нечистой силы!
— Я понимаю, что ты
