Иван Михайлович стал постоянным пользователем линз. При полном одобрении государя, разумеется. И так как сам он уже прошел однажды курс наномашин, я решил, что запас не повредит.
Официальный дар от нашей семьи включал в себя небольшое предприятие по ремонту и обслуживанию автоматизированного транспорта, который продвигал в Русском царстве Иван Михайлович. А шкатулка со встроенной фабрикой наноботов — это не для посторонних глаз.
Как законный наследник Михаила Викторовича Соколова, Иван Михайлович получил и связи бывшего министра иностранных дел. А вместе с ними и сторонников из разных политических партий. Об этом забывать не стоило, несмотря на все перипетии и деградацию клана Рюриковичей, что Царская, что Княжеская, что Свободная партии остались. Некоторые потеряли в количестве членов, кто-то переметнулся к бывшим соперникам. Но учитывать, что сегодня в особняке Выборгских князей не только мои естественные союзники, было необходимо.
Да что там говорить, стоит вспомнить свадьбу Ксении Алексеевны! Боярин союзника пошел против Романовых. А здесь контингент изначально куда менее дружелюбный к моему роду. И в большом количестве, ведь не пригласить партнеров княжества Иван Михайлович просто не мог. Они бы от него отвернулись.
Все-таки мой биологический брат еще не настолько крепко стоит на ногах, чтобы подобно официальному отцу иметь возможность одним словом заставлять окружающих исполнять его волю. А когда Иван Михайлович наберется достаточно влияния, еще не факт, что эти самые люди не переменят своих взглядов, перекрестившись в наших сторонников.
Все-таки мы постоянно над этим работаем. Клан Романовых уже немало сделал, чтобы переманить к себе больше благородных родов.
Проверив наличие шкатулки, я переложил ее в рабочий стол в гостиной.
Вот теперь можно и собой заняться.
Пока я перебирал привезенные с собой костюмы, решая, в чем, собственно идти на мероприятие, а Виктория, выйдя из ванной, легла на кровать, переводя дух, в дверь осторожно постучались.
— Войдите, — разрешил я, прикрыв дверь в спальню.
В открывшемся проеме показалась служанка в переднике, которая вкатила столик с несколькими закрытыми крышками тарелками на ней. На нижней полке разместился пузатый кофейник и набор чашек, среди которого нашлась одна большая кружка.
— Князь распорядился организовать вам легкий перекус, — мелодичным голосом пояснила служанка. — Прикажете накрывать?
— Да, — кивнул я.
Иван Михайлович прекрасно знал мои вкусы, потому и кружка появилась среди кофейного набора, к которому она ни по каким правилам не относилась. Проявленная забота говорила об уважении князя Соколова ко мне. Интересно, он сам до этого дошел, или ему все-таки подсказал специалист?
«Легкий перекус» состоял из целого ряда блюд на любой вкус. И легким его назвать язык не поворачивался. Здесь был и борщ с уткой, и бифштексы под соусом и несколько видов рыбы. В общем, отказываться от еды было глупо — до церемонии еще полно времени, а мы и так летели, а потом от аэропорта до особняка ехали не десять минут.
Служанка расставила все угощение на столе гостиной и, поклонившись, прикрыла за собой входную дверь. Я же направился в ванную, где быстро принял душ и, обмотавшись полотенцем, вышел в гостиную.
Предоставленные Иваном Михайловичем блюда оказалась не тронуты, так что я решил позвать Викторию поесть.
И замер на пороге, рассматривая свою супругу, стоящую посреди комнаты в полупрозрачном пеньюаре. Виктория смотрела на меня с легкой улыбкой, на ее щеках пылал румянец смущения.
— Надеюсь, тебе нравится, дорогой? — спросила она, опуская глаза в пол.
Этот ее образ смущенной девицы так воздействовал на меня, что я не мог оторвать взгляда от своей супруги. Сразу же подумалось, что времени впереди достаточно, покидать покои я не планировал. А перекусить мы могли и после.
— Ты прекрасна, моя принцесса, — произнес я, подходя ближе.
Полотенце соскользнуло с моих бедер, и Виктория улыбнулась, разглядывая меня. Впрочем, она тут же сделала шаг навстречу.
К еде мы приступили только через час, когда, наконец, смогли насытиться друг другом.
* * *
Москва, Кремль, зал совещаний.
Игорь I смотрел прямо пред собой, выслушивая доклад министров о происходящем в Поднебесной империи. И несмотря на то, что дела вооруженных сил шли хорошо и мятежников постепенно давили, государя не покидало ощущение, что все происходящее — лишь начало.
Принц устроил мятеж, провернул все так, чтобы ни у кого не возникло желания задавать вопросы и вставлять палки в колеса. А когда начались активные боевые действия, остальные члены императорской семьи за исключением самого монарха отошли в сторону. Будто давая брату возможность вцепиться в трон отца.
Но так не бывает. Китайские принцы и принцессы не могли добровольно отказаться от власти. Особенно официальный наследник, который самоустранился и вместо того, чтобы утихомирить члена семьи, отправился со своими людьми на юг, а не на север.
— Так что там такое творится, кто может мне объяснить? — задал вопрос Игорь I, когда военный министр закончил свой доклад. — Почему император остался в полном одиночестве?
Заговорил министр иностранных дел. Кашлянув в кулак, он произнес:
— До нас дошли слухи, что появилась некая сила, у которой нашелся компромат на каждого члена императорского рода, — подняв глаза на государя, сказал он. — Если кто-то из них попытается остановить принца Иньлина, этот компромат будет опубликован, и такого правителя не примет Поднебесная. К сожалению, ни содержания компрометирующих материалов, ни тем более у кого они на руках, мы не знаем.
Игорь I кивнул, переводя взгляд на сидящего рядом главу военной разведки.
— Что у вас, Василий Павлович? — спросил царь.
Марков покачал головой, прежде чем заговорить.
— Известно лишь, что к делу подключилась триада, государь, — произнес он. — Мы пока что не вмешиваемся в дела правящего дома. Однако мои люди уже установили, что как минимум двух сыновей контролируют люди этой преступной организации. И они не шутят — когда принц Вей попытался отправить гонца, использовав личного слугу, его казнили прямо на выходе из резиденции его высочества.
Игорь I приподнял бровь.
— Он что же, не мог отправить сообщение? — уточнил государь.
— Никак нет, государь. Все резиденции закрыты от сети. Работают глушилки последнего поколения, — пояснил Василий Павлович. — Чтобы заглянуть внутрь резиденции, нам пришлось использовать дронов. Но особо развернуться мы не смогли — территория охраняется куда серьезнее императорского дворца. Его высочество Вей под профессиональным контролем.
— Мы можем помочь их высочествам? — задал новый вопрос Игорь I. — Скажем, пробраться под невидимостью и вытащить их из мест заключения?
— Никак нет, государь. Китайцы хорошо защитили свои резиденции, туда муха не пролетит незамеченной, — ответил глава военной разведки. — В случае же если мы попытаемся, а нас обнаружат, я лично за сохранность их высочеств не ручаюсь. Судя по всему, мятеж готовился давно и тщательно. У нас нет ни единого шанса помочь императорской семье.
Монарх Русского царства кивнул.
— Что ж, тогда это многое объясняет. Многое, но не все. Я хочу знать, кто стоит за этим мятежом на самом деле, — обведя сидящих перед ним людей, произнес он. — Кто это, где он находится, чего ради устроил этот мятеж. И главное — почему из всех принцев он выбрал Иньлина. Неспроста же из всех детей императора выбор пал на наместника провинции Хэйлунцзян, граничащей с Русским царством. Враг не мог не знать, что мы будем действовать согласно союзному договору. А значит, понимал, что войска Русского царства придут на помощь и окажутся втянуты в конфликт. Это понятно?
— Понятно, государь, — вразнобой ответили министры.
— Тогда работайте, господа, — распорядился Игорь I Милославский. — И я жду от вас результатов в самое скорое время.
Они кланялись и уходили, покидая зал, а царь оставался на своем месте, глядя перед собой, но при этом блуждая в своих мыслях.
