не помню его имени.
— Филир. Его звали Филир. Боги, как такое может быть?
— Это долгая история, — произнес архан, снимая с рук перчатки. Взгляд эльфа немедленно прикипел к руническому заклинанию, которое наносилось исключительно королевским теням. — Как видишь, я принес в новую жизнь не только память и статус тени, но и эту дрянь.
— Ты переродился, но все еще хочешь быть королевской тенью? Парень, ты обезумел? Забыл, как ненавидел все это?
— Мало ли, что я когда-то ненавидел. Сейчас мне нужно восстановить свои навыки, поэтому я и пришел к тебе. Ты мне поможешь?
— А у меня есть выбор? Ты же можешь мне просто приказать, воспользовавшись статусом.
— Но я не сделаю этого.
— И именно поэтому я согласен. К счастью, у тебя уже есть пять полосок, так что тебе не придется снова проходить отборочный бой и служить в очередной раз чьей-то тенью. Но взамен я хочу услышать от тебя всю твою историю, каждую крупицу правды о том, как именно ты вдруг после смерти оказался передо мной в теле ребенка.
— Без проблем, — кивнул Зиргрин. Ему больше не было смысла что-то скрывать.
— В прошлый раз ты отправился на отбор всего в пятнадцать лет, — недовольно проворчал Советник. — Если бы ты провел в «зверинце» еще три-пять лет, то я даже не представляю, каких высот достигли бы твои навыки. На этот раз я тебя так легко не отпущу.
— Я полностью в вашей власти, куратор.
Лицо молодого архана осветила довольно пугающая улыбка.
* * *
В одном из множества миров.
Маленькая лачуга, которую язык не поворачивался назвать домом, тускло освещалась вымоченной в рыбьем жире лучиной. В этой деревне только так и могли освещать свои дома бедные рыбаки. Разделывая пойманную рыбу на продажу, они вытапливали не годившиеся для рынка внутренности рыбы, делая такой вот чрезвычайно вонючий жир. Однако все в деревне давно привыкли к смраду и не обращали на него внимания.
Внутри лачуги в полном одиночестве рожала усталая хрупкая женщина. Ее крики разносились над рыбацкой деревней, однако никто не торопился отодвинуть закрывавшую вход соломенную циновку, чтобы спросить, не нужна ли помощь. И причиной было то, что эта женщина слыла в деревне как опозоренная. Несколько месяцев назад проезжавший мимо знатный лорд положил взгляд на хорошенькую девушку, насильно взяв ее прямо на глазах у собственной охраны. После того дня девушка оказалась презираема всеми в деревне. Родители изгнали ее из дома, она перебивалась с хлеба на воду, не имея возможности заработать себе на жизнь, и хуже всего, что в какой-то момент девушка осознала, что носит под сердцем дитя. Учитывая ее обстоятельства, она никак не могла позволить себе родить и воспитать ребенка, так что на протяжении всей беременности пробовала всевозможные средства избавления от плода. Если бы в деревне узнали, что кроме позора эта женщина еще и пыталась убить свое нерожденное дитя, ее бы связали и бросили в какой-нибудь подвал до родов, а после забили бы камнями до смерти. Увы, но все попытки избавиться от плода не увенчались успехом. В конце концов, она была вынуждена родить ребенка в грязи и полном одиночестве.
Несмотря на антисанитарию и одиночество, женщина смогла родить свое греховное дитя, после чего потеряла сознание. Очнувшись через несколько часов, она с трудом поднялась, взглянув на лежащего все еще окровавленного младенца. На удивление, ребенок не плакал. Женщина обрадовалась, посчитав, что младенец родился мертвым, однако присмотревшись, она натолкнулась на странный осмысленный взгляд алых, как кровь, глаз.
— Грех, — выдавила из себя женщина, с ужасом осознавая, что жиденькие волосенки на голове ребенка не были окрашены кровью, они просто имели такой цвет. — Демон! Я родила демона!
Это было не нормально, невозможно! Не существовало людей с такими глазами и волосами!
В ужасе закричав, женщина подняла младенца, намереваясь с силой бросить его о землю, тем самым убив. Однако в тот момент, когда она с неизвестно откуда взявшиейся силой подняла ребенка над головой, ее сердце неожиданно остановилось. Женщина закашлялась кровью, после чего с непониманием умерла. Поднятый над ее головой младенец так и не упал на грязный пол хижины. Словно что-то мистическое удержало ребенка в воздухе, после чего бережно опустило на загадочным образом оторвавшуюся от платья мертвой матери часть пышной юбки.
— Едва успел, — выдохнул Шагар, с ненавистью посмотрев на уже погибшую мать. Это он убил ее, разовав когтями связь души и тела.
Балорг находился в духовной форме, так что его невозможно было увидеть. То же самое относилось и к сопровождавшему его человеку с ярко-рыжими волосами и огненными глазами.
— Как думаешь, госпожа вспомнит нас? — спросил человек с полыхавшими огнем глазами.
— Если не вспомнит, я просто расскажу ей обо всем, — отрезал Шагар, с нежностью глядя на младенца. — Твоя духовная печать привела нас к ней — это уже говорит о многом. Если бы ее душа лишилась всех воспосминаний, то и ваша связь бы нарушилась. Как бы мы тогда нашли ее среди бесчисленных миров?
— Ты прав, она должна все помнить. Посмотри на ее глаза, в них явно виден разум. К тому же, кажется, она нас видит?
Муга был несколько ошарашен. Они находились в духовных слоях, так что были невидимы для смертных.
— Плевать, помнит она, или нет. Какая разница? Раз уж нам удалось ее найти, я умру, защищая ее!
— Как и я, — тихо ответил Муга.
Как только смерть Иллит была подтверждена, Повелитель демонов освободил их, позволив уйти. Не желая тратить силы на того, кто не позволил им помочь Иллит в опасный момент, оба духа немедленно покинули его мир, отправившись блуждать по Вселенной. И в один прекрасный момент давший вассальную клятву Муга вдруг ощутил восстановившуюся духовную связь. Обрадованные демон с огненным элементалем немедленно ринулись к миру, из которого исходила связь, едва успев спасти жизнь новорожденного младенца. Какое-то время оба духа не могли справиться с удивлением. Ранее они отчетливо ощущали Наргота, скрывавшегося внутри души Иллит. Но теперь его не было. Более того, откуда появилась Суть внутри души девушки? Все это было странным, но у обоих не оставалось сомнений — перед ними была перерожденная Иллит.
— Давай заберем ее отсюда, — тихо предложил Муга. — В этой деревне живут недалекие люди. Если они увидят ее необычные волосы и глаза — то легко могут попытаться сжечь ребенка.
— Ты прав. Мы сами позаботимся о ней, — согласился Шагар. Он проявился в материальной форме. Сейчас он выглядел, как очень крепкий и высокий мужчина со свирепым взглядом.
Бережно подобрав младенца, он
