Устроив Дану, он подложил ей под голову мягкий валик и укрыл исхудавшую девушку своей курткой.
– Надо бы ее покормить. – Клаус положил ИПК на стол. – Пойду, поищу, может найду неприкосновенный запас. В лабораториях должны быть аптечки.
– Постой. – Антон посмотрел на бледные, заострившиеся черты лица Даны. – Она на грани жизни и смерти. Аптечкой и нашими с тобой знаниями полевой медицины тут не обойдешься. Нужен специалист.
– Откуда ты его возьмешь?
– Есть кандидат. Думаю, он не откажется помочь. Тем более его все равно нужно предупредить, ведь я засветился…
– Ты о том докторе, что организовал твой побег из управления полиции?
– Да. Только он не врач.
– Антон, а тебе не кажется, что выручать его поздно?
– В смысле?
– СКАД реагирует на события достаточно быстро. Система свяжет причину со следствием в пару секунд.
– У меня есть чип.
– Это не выход – покачал головой Клаус. – Система отслеживает переговоры. Ты нас засветишь.
– Да, ты прав. Но я не могу оставлять Миллера в неведении.
– Антон, его уже взяли. Ты не погиб, фальсификация налицо.
– Клаус, я подставил человека, спасшего мне жизнь. К тому же он нам нужен.
– Из‑за нее? – Фриенбагер кивнул в сторону Даны.
– Не только. У тебя нет чувства, что вокруг происходит нечто противоестественное?
Клаус вернулся к столу, сел в кресло и угрюмо посмотрел на своего бывшего командира.
– Антон, ты должен был задать себе такой вопрос двадцать лет назад. Как задал себе его я.
– Понимаю. – Кивнул Светлов. – Но лучше поздно, чем никогда, верно?
– И чем нам поможет твой Миллер? – Фриенбагер спрашивал не из простого любопытства, он понимал, что в одиночку Светлову не справиться, и если он должен еще раз рисковать жизнью, то надо четко знать во имя какой цели?
– Миллер лучше нас разбирается в текущей обстановке. Он не приветствовал методов получения информации, к которым его заставил прибегнуть СКАД.
– СКАД? Ты же говорил, что всем заправлял офицер внутренней безопасности.
– Да Некто Зарезин, полковник отдела безопасности СКАДа. Но он действовал не по личной инициативе, а по прямому приказу системы. Понимаешь? СКАД диктует свою волю не только рядовым гражданам. Он подминает под себя всех, в том числе и высшее руководство, если такое еще сохранилось. Но с другой стороны, он только давит, не в состоянии действовать сам. Ему пока еще нужны специалисты из числа людей, потому что не все автоматизировано. Но дело идет именно к полной автоматизации.
– Почему ты считаешь, что Миллер еще не под арестом? – Выслушав Светлова, спросил Клаус.
– Док не показался мне наивным глупцом. Он отлично понимал, на какой шаг идет, спасая меня. Такой поступок, учитывая тотальный контроль сети, можно скрыть лишь на время. Зачем, спрашивается, он дал мне чип для связи? Одно из двух, Клаус, либо Миллер играет на стороне СКАДа, и это очередная ловушка, либо он предвидел развитие событий, и элементарно подстраховался.
– Почему он пошел на конфликт с системой? Из одних соображений гуманности? Он настолько принципиален, чтобы ради незнакомого человека взять и поломать свою жизнь?
– Он мог наблюдать меня изнутри . – Ответил Антон. – Не знаю, что особенного он там разглядел, но…
– Короче, ты настаиваешь?
– Да.
– Может, дождемся появления Энтони?
– Нужно действовать быстро. – Ответил Светлов. – Я не до конца понимаю, что происходило и происходит, но наш единственный козырь, – это скорость и неподвластная понимаю СКАДа логика принятия решений.
– Так уж и неподвластная? – С сомнением переспросил Клаус. – Кто как не СКАД является автором современного мироустройства, по крайней мере, здесь, в черте Цитадели. Он сумел сыграть на знании человеческой психологии, чтобы «разгружать» большинство граждан от эмоционального напряжения, используя «параллельность».
– Думаю, ты не прав. Возможно, Миллер знает ответ на вопрос: кто настоящий автор идеи виртуальных вселенных.
– Ладно. – Клаус встал – Решили действовать, – давай. С помощью чипа можно локализовать место, где сейчас находиться Миллер. Но для этого мы должны как‑то покинуть уровень гидропоники, чтобы не привлекать внимания к единственному убежищу.
– Есть варианты?
– Есть. – Клаус достал мобильный коммуникатор. – Я уже давно не в ладу с системой. – Скупо пояснил он. – Жизнь научила думать на несколько ходов вперед, – усмехнулся он, набирая длинный цифровой код. – Не напрягайся, место передачи СКАД не вычислит. Для связи со своими «абонентами» я использую частоту, которая не сканируется. Слишком мал радиус действия устойчивого сигнала.
– И как ты выходишь из положения?
– Несколько ретрансляторов, расположенных в зоне «жизненных интересов» решают проблему. СКАД на них не реагирует, а мне удобно.
– Клаус, почему ты ушел из «нормальной жизни»? Ведь битие морды вышестоящему начальству только предлог, верно?
Фриенбагер искоса посмотрел на Светлова, но все же ответил:
– Мне не понравилось, как обошлись с нами, Антон. – Клаус сделал еще несколько переключений на панели коммуникатора и застыл в ожидании ответного сигнала от таинственного абонента. – Я поссорился с собой, со всем миром, а потом… потом, Антон, я однажды оглянулся вокруг и понял, что мир действительно против меня. Я не клялся себе что выживу, узнаю правду или еще что‑то в этом роде. Просто мне после того боя, было страшно. Страшно, что кто‑то вновь начнет мной рулить, опять заставит действовать в угоду чьим‑то, совершенно чуждым и непонятным интересам. Я не хотел погибать во второй раз. И сделал все от меня зависящее, чтобы никто не смог помыкать мной, ни люди, ни СКАД, – никто.
– Значит Энтони только ширма? На самом деле не он босс?
– Хоук нормальный парень. Он хотел стать лидером, почему я должен был ему мешать?
Их разговор был прерван странным шелестящим звуком, который проник в здание через приоткрытую дверь.
Так могут шуршать колеса по гравию, но Антон не слышал шума подъезжающей машины.
– Пошли. – Клаус встал, – Это за нами.
* * *
Выйдя в серый сумрак заброшенного уровня, Светлов убедился, что интуиция не подвела, – у офиса древней гидропонической фермы стоял флайкар необычной конструкции. В его очертаниях изящество аэродинамических форм, сочетаясь с габаритами, в несколько раз превышающими размер обычной машины, создавало ощущение эстетики и мощи. Ничего подобного промышленность города не выпускала, но Антон не стал задавать лишних вопросов, и так понятно, что перед ним «ручная работа», выполненная умельцами в мастерских неподвластного СКАДу квартала.
– Нравиться? – Антон заметил, как по лицу Клауса скользнула тень гордости. Он явно питал к необычному флайкару особые, понятные только ему чувства. – Собрано на основе шасси планетарной машины. Кузов изготовлен вручную. В нем использован особый металлокерамический сплав, от древних конструкций установленных только в основании города. Легкий и одновременно прочный, кинетические удары держит лучше, чем реально существующая броня. Сверху особы слой – антилазерное покрытие. Помогает избежать внимания со стороны многих датчиков контроля, особенно на трассах. Прошу. – Он коснулся сенсора коммуникатора, и овальный люк в средней части корпуса машины скользнул в сторону, открывая доступ в тесный переходной тамбур.
– Шлюз?
– Да кузов полностью герметичен.
Антон перешагнул порог, окаймленный двумя уплотнителями, ощущая, как из шлюза идет встречный поток воздуха.
– Избыточное давление, не обращай внимания. – Спокойно пояснил Клаус.
– Для чего?
– Не знаю.
– Интересно получается. Значит, машину проектировал не ты?
– У меня нет таланта конструктора. – Фриенбагер коснулся сенсора и через несколько секунд внешний люк закрылся, напор избыточного давления иссяк. – Прошу. – Клаус первым шагнул внутрь открывшего за вторым люком отсека. – Чертежи и технические описания я нашел в архивах старой сети. Если бы не СКАД и постоянная угроза внешних атак, подобную технику производили бы в серии.
