чтобы рядом с владыкой остались только мы с Зои.
— Он в нашем городе не первый раз, — сказал владыка. — Появляется только во время больших торгов и всегда приносит что-то уникальное. Этого белоглазого прозвали «Коллекционером». Каждый раз, когда проходит слух о его участии в аукционе, сюда стекаются влиятельные и могущественные демоны со всех ближайших миров. И в этот раз тоже не обошлось без важных гостей.
Он хитро улыбнулся, бросив на нас косой взгляд.
— Это из-за пробоины в ткани мира? — спросил я. — В том смысле, что сюда легко попасть и так же легко уйти.
— Дыра в этом мире огромна, — согласился он. При этом не сказал «в нашем» или «в моём», а использовал отстранённое слово, разделяя себя и этот мир. — Когда-нибудь она поглотит мир целиком, но пока помогает выжить, как бы странно это ни показалось.
— А ещё дами в этом мире появлялись? Может, они живут где-то поблизости?
— Пару раз приходили белоглазые женщины, с лицами, покрытыми татуировками. Даже кисти рук несли какие-то символы. Их приводил Коллекционер. Они ничего не купили, ничего не сказали. Молчаливые женщины. За всё время, что я за ними наблюдал, не произнесли ни слова. Прямо как госпожа Зои.
Владыка снова скосил на неё взгляд, но ничего не добавил. Мы дошли до площади и свернули на север, к большим трёхэтажным зданиям. Я обратил внимание на группу минотавров, топтавшихся рядом с местной гостиницей. Увидев лорда, они приветствовали его короткими поклонами.
— Никогда не видела демонов с головами быков и коров, — шепнула мне Зои.
— Будьте осторожны, — сказал владыка Танис, — их очень легко оскорбить подобным сравнением. Хотя по мне, в этом нет ничего зазорного — быть похожим на любое животное, будь то корова или собака. Эти быки — торговцы. Наши соседи, то есть те, к кому ведёт стабильный разлом. Главный источник золота и продовольствия. Если нужно продать энергетические кристаллы — они лучшие покупатели.
Чуть дальше можно было увидеть ещё несколько групп, спешащих к большому зданию. Были здесь и люди — самые слабые среди прочих, старавшиеся держаться обособленно. Чем ближе мы подходили, тем больше ярких фонарей освещали улицу. При этом их свет был серо-оранжевым, грязным и неприятным. Меня подмывало спросить, почему аукцион проводится ночью, но я промолчал. А ещё было интересно, нам просто повезло или кто-то специально выбрал этот день, чтобы мы отправились сюда за Рольфом. Может, он ждал встречи с Коллекционером ради странной штуки, что я нёс в сумке?
Как я понял, аукцион планировали провести в доме владыки. Сложно назвать это здание величественным, но внутри всё выглядело богато и даже вычурно. Много золота и серебра, гобелены на стенах, вазы, скульптуры. Несколько комнат, сквозь которые мы прошли, больше напоминали музейные залы. Я так увлёкся, разглядывая обстановку, что не заметил, как пропали наши товарищи из четвёртой группы.
— Не беспокойтесь, — ответил владыка на мой вопрос. — Они просто подождут в одной из гостевых комнат. Я бы советовал не доверять им. Чем меньше они узнают о том, что происходило в торговом зале, тем вам будет спокойней. Прошу сюда.
Он пропустил нас в комнату, напоминающую музейный склад. Всё свободное пространство было заставлено тумбами и витринами, в которых хранились драгоценные украшения, изысканное холодное оружие, книги и прочее, прочее, что хоть как-то связано с силой. Единственным свободным местом был стол, укрытый мягкой бледно-зелёной тканью. За столом работал ящер, очень похожий на старого Ква. Когда мы вошли, он вертел в руках небольшой диск, испещрённый множеством незнакомых рун, не относящихся к демоническому языку.
— Мой лучший оценщик, — представил его владыка Танис. — Мастер Кве.
⠀⠀
⠀⠀
— А старик Ква, случаем, не его родственник? — я едва сдержал улыбку.
— Мастер Ква — его отец, — понимающе кивнул владыка. — Будьте с ним осторожны. К его рукам липнет всё, что плохо лежит. После разговора с ним обязательно проверьте содержимое кошельков и наличие колец на пальцах. И не показывайте то, что не собираетесь оценивать или продавать. Мастер Кве, это мои личные гости, прояви к ним уважение и не вздумай ничего стащить.
Последнее Владыка добавил на местном языке демонов.
— Мастер Кве рад знакомству с гостями владыки, — сказал ящер, ловко пряча диск за пазухой.
— Держу его только из-за особого дара, — сказал владыка Танис. — Не знаю никого в этом мире, кто бы разбирался в артефактах лучше него. Оставлю вас ненадолго, надо подготовить всё к аукциону.
Владыка коротко кивнул и вышел из комнаты. Ящер же смотрел на нас пристально, словно мы ему сейчас подарки дарить будем. Поставив сумку на стол, я положил перед ним браслет светлоликого. Возможно, он принадлежал тому самому Рольфу, которого искала четвёртая группа. В любом случае от украшений лучше было избавиться здесь, обменяв на золото. Как я уже понял, в тёмном мире или в светлом, золото всегда ценилось, не важно в каком виде.
Синее недоразумение по имени Кве ловко сцапало его обеими руками, поднёсло к левому глазу, затем к правому. Я не чувствовал, чтобы от ящера тянуло силой, но он что-то делал, отчего вокруг амулета появилось едва заметное свечение.
— Безделушка создаёт огненную птицу, — сказал мастер Кве. — Маленькую, но очень горячую. Пятьсот монет.
Он попытался убрать браслет под стол, но в последний момент опомнился и неохотно положил его обратно.
— А эти? — я положил на стол два золотых перстня.
Мастер Кве проверял их так же смешно, как и браслет. Подцеплял пальцем, подносил к каждому глазу, пытаясь что-то разглядеть внутри. Первый был с большим тёмным камнем, грубо огранённым. На нём мастер снова использовал слово «безделушка» и оценил в сто монет, что, на мой взгляд, было очень мало. Перстень создавал магическую удавку, тихую и незаметную. В нашем тёмном мире за него могли заплатить гораздо больше.
— Кольцо со знаком тайны, — сказал мастер Кве, едва взяв второй перстень в руки. — Скрывает владельца от посторонних взглядов. Тысяча монет — хорошая начальная цена.
Он покосился на украшения, затем на меня, как бы спрашивая, будут ли ещё интересные предметы на оценку.
— Хорошо бы он сказал, как это делает, — улыбнулась Зои, забирая кольца и браслет со стола, пока я вытаскивал из сумки идола, завёрнутого в ткань. — Полезное умение, нам бы пригодилось.
Идол действительно был каменным, украшенный драгоценными камнями и золотыми пластинками. Божок-ящер, сидящей в странной позе и вытянувший перед собой руки. В них как раз помещался стержень, испещрённый древними символами. Как художественная работа — грубовата, но драгоценных камней
