осуществилось. С каждой минутой свечение башни всё нарастало, становясь всё более плотным и густым, а клубы тумана из окон уже не просто стекали к земле, а били фонтанами во все стороны, заполняя внутреннюю часть города. Когда сияние стало нестерпимым и каждый в городе почувствовал овеществлённый ужас, всё в один миг прекратилось, секунда — и величественная башня вновь приобрела свой привычный цвет.
Дав команду отбой готовым к самому худшему магам, я продолжил руководить постепенно налаживающимся порядком в квартале, обнаруженных раненых оттаскивали в госпиталь, трупы стаскивали в одну кучу, предварительно обыскав на предмет полезных вещей, а немногочисленных выживших мирных жителей вытаскивали из подвалов и канализации, и приставляли к полезному делу. Бои в других районах города ещё продолжались, но уже постепенно сходили на нет, единственным районом, о состоянии дел в котором было ничего не известно — был окружающий Башню Белого Золота квартал.
Через два часа, когда победа Империи стала окончательной, а остатки войск Доминиона добивали по углам, в Храмовом квартале отворились ворота, ведущие в центр столицы. В них стояла одинокая фигура в изорванных доспехах, и как только створки ворот открылись во всю ширь, неизвестный плашмя упал на мостовую.
При обследовании центрального района была обнаружена куча тел альтмеров, босмеров и каджитов с печатью непередаваемого ужаса на лице, все они были мертвы. Зашедшие внутрь легионеры аккуратно обследовали квартал, стараясь действовать максимально аккуратно и неспешно. Внутри Имперского дворца, зашедших туда ждала такая же картина, горы тел, умерших от ужаса, единственным помещением, где мертвецы умерли от вполне естественных причин, а именно колотых и резанных ран, оказался обширный зал на вершине башни. Там, весь пол и стены были изрисованы символами из даэдрического алфавита, вписанные в ритуальные круги. Единственным обнаруженным живым существом оказался Лорд Нефариан, командир войск вторжения. Некогда гордый и надменный эльф, почти уничтоживший Империю, сжался в комок и безостановочно дрожал, его некогда золотые волосы были полностью седы, а в глазах не осталось ничего кроме страха.
Прибытие Императора со свитой я пропустил, так как полученный заряд бодрости от зелий иссяк, и моё сознание покинуло меня, стоило мне только сесть на ровную поверхность.
Очнувшись только через три дня, похудевший на добрый десяток килограмм, всё же слишком много сил организм потратил на регенерацию и работу на износ, мне едва удалось встать. Лишь с помощью подоспевшего на помощь Тимисом, я смог принять сидячее положение.
— Спасибо, друг, — слегка поморщившись от боли в ранах, я попытался встать, но был остановлен уверенным жестом данмера.
— Тебе не стоит подниматься, твой организм ещё не успел восстановиться, а приём токсичного зелья будет напоминать о себе ещё несколько недель, — не обращая внимания на мой удивлённый вид, старый друг начал моё обследование.
— Какое ещё токсичное зелье, я пил только то, что было в моей сумке, ну и ещё прихватил кое-что из сумки одного из альтмеров, труп которого нашёл на земле.
— Об втором случае я и говорю, как выяснилось, зелья, используемые солдатами Доминиона, не подходят никому из представителей людской расы, и вызывают сильную интоксикацию даже в малой дозе.
— Но я же принял далеко не одно…
— Учитывая твой организм, не будь ты так истощён, ты бы не такую отраву переварил и не заметил. А сейчас ложись обратно, я скажу Изабелле, что ты очнулся, и она, наконец, перестанет меня донимать своими вопросами, — устало вздохнув, данмер подхватил со стула свою мантию и вышел из комнаты.
Лёжа на кровати, почти не в состоянии пошевелиться, я разглядывал потолок. Покрытый замысловатой мозаикой, изображающей бой между людьми и даэдра, на ней гуманоидные войны в сияющей броне противостояли мерзким порождениям Обливиона. Сам сюжет пусть и был незамысловат, но вот качество исполнения было выше всяких похвал. От дальнейшего созерцания потолка меня оторвала с грохотом распахнувшаяся дверь, в которую влетела фигура в зелёном платье, с целым шлейфом иссини чёрных волос за спиной. Увидев меня, Изабелла сначала готова была расплакаться, а потом бросилась на меня и заколотила кулачками по моей груди.
— Дурак, сволочь, скамп! — выплёскивая все накопившиеся эмоции, она продолжила свою тираду, — стоило мне на пару часов отлучиться, и ты уже лежишь на грани жизни и смерти! О чём ты только думал! Принимать чужие непроверенные зелья, твои мозги совсем отключились!?
— Всё, хватит, хватит, — преодолевая собственную слабость, я заключил Изабеллу в объятья и повалил на кровать, прижимая её к своей груди, — клятвенно заверяю, что больше такого не повторится и всё что я пью, я буду тщательно проверять, в том числе магией, если ты меня научишь.
— Дурак, — успокоившись, Изабелла поплотнее прижалась ко мне, — я действительно перепугалась за тебя, когда увидела после боя. Снежно белая кожа, чёрные вены, весь утыканный сломанными стрелами и со сквозной раной на животе, кожа на которой едва сдерживала твои внутренности.
— Ты же знаешь, я живучий, и такими пустяками меня не пронять, — погладив её по голове, тем самым окончательно успокоив, я решил сменить тему разговора, — лучше расскажи, что успело произойти, пока я был без сознания?
— Ничего особенного, в городе отловили остатки войск Доминиона, их командующего распяли на Башне Белого Золота и до сих пор поддерживают в нём жизнь, а не принявшие участие в штурме легионы отправились на юг, освобождать захваченные ранее территории.
— То есть война скоро кончится? — с облегчением спросил я.
— Думаю да, и пусть наши войска многое потеряли во время последнего боя, эльфы лишились самой боеспособной части армии. Кстати, всех пойманных членов Талмора сегодня утром прилюдно казнили.
— Туда им и дорога, а что с родственниками, с нашими, есть от них какие-нибудь вести?
— Есть, но не знаю, стоит ли тебе их слышать сейчас…
— Говори, — понимая, что ничего хорошего я не услышу, пришлось добавить в голос твёрдости, — лучше я услышу это сейчас, пока не могу нормально двигаться, чем, когда восстановлюсь и рвану лично завоёвывать Саммерсет.
— Не знаю с кого начать… Скажу сразу Лирис, Фрига и Бруни в порядке и сейчас замещают тебя на посту легата, с остальными сложнее, — выдержав небольшую паузу и облизнув губы, она продолжила, — Громаш потерял глаз, одна из стрел неудачно попала в прорезь его личины, как говорит Тимис, восстановить его не получится, во всяком случае без вмешательства высших сил. Но плохо другое, стрела не только выбила глаз, но достала до мозга, так что Громаш сейчас лежит без сознания, и непонятно, когда очнётся. Рядом с ним дежурит несколько выживших орков, моля Малаката об исцелении. Но пока безрезультатно.
— Плохо, но
