непригодность, в театральные капельдинеры переведут, - отчитал Ивлева, Григошин,
- Где работает жена академика? – неожиданно спокойно спросил он.
-Заведует кафедрой иностранных языков в университете, - уверенно доложил Ивлев.
-Хоть это знаете, - язвил Григошин, - А где работает теща Торшина?
-Не знаю, - растерялся Ивлев.
-Не знаете? – деланно изумился Григошин, и рявкнул, – Торшин, где работает ваша теща?
-Преподает английский язык в университете, - угрюмо ответил Торшин.
-О, черт! – к ночи помянул нечистого Ивлев.
-Вам надо объяснять про важность учета параллельных связей, при осуществлении контрразведывательных операций, или все-таки вспомните, чему вас учили? – жалил собравшихся «мудрый змий» Григошин, - Что будет, если супруга академика, узнает что рыцарь – спаситель ее доченьки, зятек, ее знакомой, а?
-Это только предположение, - заметил, оправдываясь Всеволодов, - мы же не знаем, о чем они говорят, у себя на кафедре.
-Предположение! – добавил льда в интонации Григошин, - Вы полковник уже четвертый десяток разменяли, и до сих пор не знаете о чем бабы имеющие взрослых дочерей, или как в старину говорили девиц на выданье, в своем кругу говорят? А вот я в свои семьдесят с гаком, точно знаю о чем, о том, как своих ненаглядных уберечь, от ловеласов и выдать замуж за надежных, перспективных и обеспеченных молодых людей. О том, как трудно подходящих женихов найти, а еще труднее убедить чадо в важности именно такого замужества, особенно если доченьке из хорошей обеспеченной семьи, приспичит выйти замуж за голодранца, но по любви.
-А Леша со своей в разводе, - наябедничал бердянский старичок.
-Вы, почему об этом не доложили, - прошипел Всеволодов, решил сорвать злость от полученной нотации, на Торшине.
-Это мое личное дело, оно никого не касается, - разозлился Торшин, и покосился на бердянского дедулю. «И откуда только узнал? Стукач старый» – обозлено думал он.
-Ваши личные дела никого не будут касаться, если вы будете работать ассенизатором, - снова взялся за Торшина, Григошин, - а пока вы служите у нас, ваши личные дела, очень даже нас касаются. Я не спрашиваю почему, я спрашиваю, где сейчас находится ваша жена?
-У тещи,
-Полковник, время разыгрывать, новые оперативные сюиты, нет. Ефимов обязательно придет на юбилей к академику, нам нужен там свой сотрудник. Нам надо огорошить Ефимова появлением друга детства из Бердянска, надо вывести его из равновесия, заставить паниковать, другой такой случай представится не известно когда, – начал ставить задачу, Григошин, и распорядился, - обеспечьте отъезд тещи и жены Торшина в командировку. Необходимо на время операции, расчистить оперативное поле. Торшина, во избежание семейных скандалов и огласки, из его квартиры убрать, переселить на время вместе Осипом Макаровичем в конспиративную квартиру.
Жестко приказал:
- Исполняйте, - и вероятно вспомнив, что он присутствует только в качестве консультанта, уточнил, - если хотите.
Перед уходом подсластил пилюлю:
-Пока все нормально идет, но работать надо как ювелирам при огранке редкого камня, а Ефимов редкий камень, бриллиант от разведки. У такого как он, точности и вниманию к мельчайшим деталям и поучится не грех.
Уже в дверях внимательно посмотрев на мрачного, недовольного Торшина, попросил:
-Лейтенант сопроводите меня, - вопросительно посмотрел на Всеволодова, - если полковник вас отпустит.
Всеволодов разрешающе кивнул.
После ухода Григошина, бердянский старичок вздохнул:
-Эх, постарел, наш генерал, постарел, в войну за такие проколы, он бы вас от ведения операции отстранил, как говорится со всеми вытекающими последствиями.
-Если вы такие мастера были, что ж вы Ефимова тогда и не разоблачили? – огрызнулся Всеволодов, - хватит воспоминаний, лучше давайте, решим как вместе с Торшиным и вас на юбилей к академику, сунуть.
-Суют, один орган, в другой, а в контрразведке, подводят к объекту разработки, - ехидно заметил старичок.
А славно вот так просто вечером прогуляться, дневные заботы можно отложить на завтра. Здорово чувствовать, упругую силу в мышцах, вдыхать воздух и просто радоваться тому, что жив.
Торшин и Григошин прогулочным шагом шли по вечерней улице, ни дать не взять, заботливый внучок с любимым дедушкой.
-Что с вами Леша? – мягко поинтересовался Григошин, - чем вы недовольны, не замечаниями же?
Заботливый ветеран-наставник учит и поддерживает, начинающего работника, вызывает его на откровенность, именно так, называется этот прием. Торшин хорошо помнил как на семинаре в Высшей школе КГБ, Григошин сам обучал, их этому методу, въедливо объяснял психологический и физиологический механизм воздействия, заставлял работать с каждой интонацией, часами отрабатывать мимику лица и модуляции голоса. На следующем семинаре обучал, как противостоять, психологической атаке собеседника, такого доброго, участливого, перед которым так и тянет раскрыться, поговорить по душам.
-Да ничего особенного, расстроился из-за ссоры с женой, а тут и вы еще соли на рану подсыпали, -с легкой грустью, задушевным тоном ответил Торшин.
Это их так учили, якобы раскрывать свои чувства в ответ на участие, ставить психологическую дымовую завесу, защитить себя, от вторжения, указать ложные причины.
-Да задатки дельного работника у вас есть, - негромко засмеялся Григошин, - всегда начеку, и помните, чему вас обучали. Вот только я догадываюсь, что дело то в другом. В чем?
-В этом все дело, только в этом, - не сдавался Торшин, и неожиданно со злобой подумал: «Ну что тебе надо? Что ты ко мне в душу лезешь! Сам всю жизнь врал, нас врать выучил, а теперь подай тебе душеньку мою, на удостоверении с красной обложечкой. А вот хрен тебе!»
-Мы все Леша через это проходим, я уже в конце пути, вы только на него встали, - Григошин, уже не смотрел на собеседника, шел себе неспешным прогулочным шагом немолодого человека, которому врачи рекомендовали пешеходные прогулки перед сном.
- Не вы первый, не вы последний перед нравственной дилеммой встаете, когда надо лгать и использовать в темную симпатичного вам человека, человека который вам верит, который не ждет от вас удара в спину. Неприятно. Подло. Противно. Но надо. Ложь, обман, лицемерие, не только по отношению к врагу, но и по отношению к близким или просто симпатичным вам людям, это просто прием, который использует в своей работе разведка, любая разведка и советская в том числе. И контрразведчики, используют те же приемы, только в своей стране у них возможностей больше, а разведчик всегда один, один, даже если действует в составе группы. Вы должны принять правила этой жизни, или уйти, выбрать себе другую судьбу. Только в ней вы столкнетесь с тем же нравственным выбором, только обстоятельства
