обладали лишь номинальной властью. Часто считается, что наивысшая точка была достигнута Брайаном Бораимхе – Брайаном Бору (пр. 1002–1014 гг.), который описан в средневековой Книге Армага как Imperator Scottorum, «император ирландцев». Он сражался с викингами, ненадолго установил гегемонию над всем островом и погиб в битве при Клонтарфе, «Воловьем луге», недалеко от Дублина. Маэл Сехнейлл мак Домнайлл, король Мита (пр. 980–1002, 1014–1022 гг.), известный как Малахи Мор, был свергнут Брайаном Бору, но восстановил высшую королевскую власть после Клонтарфа.
Эпоха иностранного господства, которая длилась более 700 лет, условно делится на три подпериода. В первый, под названием «Господство над Ирландией (1171–1541)», короли Англии правили как сюзерены, но не аннексировали страну. Второй, известный как «Королевство Ирландия (1541–1801)», начался Актом Генриха VIII о короне Ирландии и завершился Наполеоновскими войнами. В это время английские монархи (с 1707 г. – британские монархи) правили параллельно обоими королевствами, объединенными личной унией. Во время третьего подпериода, который назывался «Британская Ирландия» (с 1801 г.), страна представляла собой «Другой остров Джона Буля», интегрированный в расширенное Соединенное Королевство Великобритании и Ирландии. Предполагая, что британское правление в Ирландии может быть признано законным – чего пуристы не принимают, – республиканская версия утверждает, что оно закончилось в 1916–1918 годах. В глазах непримиримых юнионистов оно никогда не заканчивалось.
Официальные описания иногда обходят стороной ряд эпизодов, которые большинство ирландцев предпочли бы исключить. В одном из них фигурирует Плантация Ольстера – протестантская колония, в основном состоявшая из шотландских пресвитерианцев, основанная в Северной Ирландии в начале XVII века (точно в ту же эпоху, когда отцы-пилигримы основали похожие колонии в Северной Америке). Другие прискорбные эпизоды, произошедшие из-за религиозных конфликтов, включают повторное завоевание Ирландии Оливером Кромвелем в 1649–1652 годах и победу протестантских сил под началом Вильгельма Оранского в битве на реке Бойн в 1689 году. Тем не менее ирландцы не проявляют особых признаков того, что они забыли о страданиях своих предков. Так, живо вспоминаются зверства Кромвеля, осада Дрохеды или дискриминационные антикатолические уголовные законы, введенные после 1691 года.
Однако последние десятилетия Королевства Ирландия обычно воспринимаются благосклонно. В эпоху американской Войны за независимость на передний план вышла Ирландская патриотическая партия, требовавшая отмены уголовных законов, стремившаяся разделить равные с англичанами традиции свободы и установить конституционную автономию. Ее лидером был Генри Граттан (1746–1820), член англо-ирландской протестантской элиты, который работал над эмансипацией католического большинства. «Патриоты Ирландии, – заявил Джордж Вашингтон в 1788 году, – ваше дело идентично моему». В 1782 году Граттан убедил британское правительство предоставить самоуправление ирландскому парламенту в Дублине – отныне «парламенту Граттана» – и отказаться от многих механизмов британского контроля, за исключением короны и представителя короны, вице-короля. Его политика, которую подражатели называли Гомрулем, можно в целом определить лозунгом «[Ирландский] канал запрещает союз, океан запрещает разделение». Она потерпела крах из-за страхов Лондона, вызванных Французской революцией и восстанием «Объединенных ирландцев» в 1798 году. Но ее долго помнили как эксперимент, опередивший свое время.
Таким образом, XIX век часто рассматривается ирландцами как время, когда иностранное угнетение вернулось с новой силой. Первая фаза жизни в Соединенном Королевстве была ознаменована кампанией О'Коннелла за свободу вероисповедания и права Римско-католической церкви, вторая – великим национальным пробуждением, которое произошло во многих европейских странах. Корни движения лежали в осознании того, что в течение десятилетий после Великого голода 1846–1849 годов жизненная сила традиционной ирландской культуры истекала кровью на протяжении поколений и что только согласованные усилия могут предотвратить превращение страны в «Западную Британию», как это пропагандировало британское чиновничество. Результатом стал взрыв интереса к национальной истории, гэльскому языку, кельтским мифам, ирландской литературе и народной музыке. Героями были не мятежники или солдаты, а поэты, такие как Брайан Мерриман (1749–1805), ученые, такие как Джеймс Хардиман (1782–1855) или Сэмюэль Фергюсон (1810–1855), и писатели, такие как Уильям Карлтон (1794–1869). Их работа нашла свое воплощение в гэльском возрождении конца века.
Наиболее типичным видом деятельности для этого движения был сбор, распространение и написание популярных песен. И самым влиятельным его членом был великий поэт-песенник Томас Мур (1779–1852), друг Байрона и Шелли и автор «Мальчика-менестреля», «Встречи вод», «Последней розы лета» и многих других. Вдохновленный примером Мура, хлынул настоящий поток текстов и мелодий. Почти все песни, которые должны были появиться в истории Ирландии XX века, были написаны до Первой мировой войны. Среди них были «A Nation Once Again» (1854), «The Wearing of the Green» (1864), «God Save Ireland» (1867), «The Soldier's Song» (1907), «Danny Boy» (1913) и «Let Erin Remember» Томаса Мура.
Пусть Эрин помнит дни былые,
Когда ее предали неверные сыновья,
Когда Малахия носил золотой ошейник,
Который он отвоевал у гордого захватчика,
Когда ее короли, развернув зеленые знамена,
Вели рыцарей Красной Ветви в опасность,
Когда изумрудная жемчужина западного мира
Была вправлена в корону чужеземца.
Лишенные музыкального слуха историки могут отвергнуть эти песни и их тексты, как жалкие вирши. Если так, то они, вероятно, игнорируют реальную точку входа в настроение и дух некоторых важных исторических моментов. Ирландские интеллектуалы тоже имели тенденцию выказывать пренебрежение, хотя, возможно, они просто завидовали непреходящей популярности Тома Мура. Однако все согласились бы, что «этот чужак» был королем Англии.
Таким образом, в ирландской истории монархия фигурировала в разные периоды и в разных обличьях. Исконные высшие короли древней Ирландии были исторической реальностью, которой современные ирландцы чрезвычайно гордятся. Средневековые хозяева Ирландии были для практических целей английскими королями под другим названием. Королевство Ирландия, которое Генрих VIII навечно завещал своим наследникам и преемникам, являлось развивающейся политикой, и отдельные части ее наследия сохраняются до сих пор. Британские монархи XIX века правили скорбящей Ирландией, измученной смертью и отъездом миллионов. Королева Виктория с 1864 по 1900 год посетила Дублин четыре раза, Эдуард VII и Георг V в 1904 и 1911 годах только по одному разу соответственно. При таких обстоятельствах желание жителей угодить гостям, не поступаясь своими принципами, могло оказаться забавным. Когда Эдуард VII посетил католическую семинарию в Мейнуте, то обнаружил, что здания украшены не красным, белым и синим – цветами королевских скачек. Когда он въехал в юго-западную деревню Тулли со своим кортежем открытых Panhards и Cadillac, его встретила группа всадников на пони, державших баннер «ДРУГ НАШЕГО ПАПЫ».
По мере приближения XIX века основной упор ирландской политики был сделан на борьбу за самоуправление, то есть за автономное самоуправление под властью британской короны. Задачей минимум являлось восстановление институтов, подобных тем, что существовали в досоюзном королевстве. Этот период навсегда
