с вами в этом нет надобности. Вы сказали нам, что ищете только убийцу и что драгоценности вас не интересуют. Я вам верю. Вы были правы, догадавшись, что мы в Ницце из-за рубинов. Их передали здесь согласно плану. Сейчас они у отца. Он подал вам намек насчет нашего таинственного клиента.
– Маркиза? – негромко уточнил Пуаро.
– Да, Маркиза.
– А вы когда-нибудь видели Маркиза, мадемуазель Зия?
– Один раз, – ответила она. – Но не слишком хорошо – только через замочную скважину.
– Это всегда затруднительно, – посочувствовал детектив, – но тем не менее вы его видели. Вы бы узнали его при встрече?
Зия покачала головой:
– Он был в маске.
– Молод или стар?
– У него седые волосы. Возможно, это парик. Но я не думаю, что он стар. У него молодые и голос, и походка.
– Голос? – задумчиво переспросил Пуаро. – А его голос вы бы узнали, мадемуазель Зия?
– Возможно, – ответила девушка.
– Он вас интересовал, если вы подсматривали за ним в замочную скважину?
Зия кивнула:
– Мне было любопытно. О нем много говорили – ведь он не обычный вор, а скорее романтическая фигура.
– Пожалуй, – согласился детектив.
– Но я не об этом хотела вам рассказать, – добавила Зия. – Просто я подумала об одном маленьком факте, который... ну, может оказаться для вас полезным.
– Да? – подбодрил ее Пуаро.
– Как я говорила, рубины передали отцу в Ницце. Я не видела того, кто их передавал, но...
– Да?
– Но знаю, что это была женщина.
Глава 29
ПИСЬМО ИЗ ДОМА
«Дорогая Кэтрин!
Живя среди друзей из высшего света, вы едва ли заинтересуетесь нашими новостями, но так как я всегда считала вас разумной девушкой, то, возможно, богатство не так уж вскружило вам голову. Здесь в общем-то все по-прежнему. Были неприятности из-за второго священника, который скандально пьянствует. На мой взгляд, он ничем не отличается от католика. Все жаловались на него викарию, но вы ведь знаете нашего викария – сплошное христианское милосердие и ни капли твердости. В последнее время у меня была масса огорчений с прислугой. Эта девчонка Энни никуда не годится – юбки до колена и при этом не носит шерстяных чулок. К тому же никто из них не желает слушать, что им говорят. Меня сильно мучил ревматизм, и доктор Харрис посоветовал мне съездить в Лондон, обратиться к тамошнему специалисту. Как я ему и говорила, пришлось потратить три гинеи плюс железнодорожные расходы, хотя, дождавшись среды, я смогла купить дешевый обратный билет. У лондонского доктора вытянулось лицо, и он стал бродить вокруг да около, пока я ему не сказала: «Я простая женщина, доктор, и люблю, когда со мной говорят прямо. Это рак или нет?» Конечно, ему пришлось ответить, что это рак, но что при должном уходе я могу протянуть год и не очень страдать от боли. Впрочем, я уверена, что сумею терпеть боль не хуже любой другой христианки. Порой жизнь кажется мне очень одинокой, так как большинство моих друзей умерли или уехали. Я бы очень хотела, дорогая, чтобы вы оказались в Сент-Мэри-Мид. Если бы вы не унаследовали целое состояние и не попали в высшее общество, я бы предложила вам жалованье вдвое больше того, которое платила вам бедная Эмма, чтобы вы приехали и ухаживали за мной, но что толку желать невозможного. Однако, если ваши дела сложатся скверно, а такое ведь тоже может быть... Я наслушалась историй о фальшивых аристократах, которые женятся на богатых девушках, завладевают их деньгами, а потом бросают их бедными как церковные крысы. Конечно, вы слишком благоразумны, чтобы с вами произошло нечто подобное, но кто знает. Вы ведь до сих пор не были избалованы вниманием мужчин, так что теперь у вас легко может закружиться голова. В таком случае помните, дорогая, что здесь для вас всегда найдется дом, а я хоть женщина прямая, но сердце у меня доброе.
Искренне ваша
Амелия Вайнер.
P.S. Я нашла в газете упоминание о вас и вашей кузине, виконтессе Тэмплин, вырезала заметку и спрятала ее. В воскресенье я молилась о том, чтобы Господь уберег вас от гордости и тщеславия».
Кэтрин дважды прочитала послание, потом отложила его и устремила взгляд в окно своей спальни на голубые воды Средиземного моря. Она ощущала странный комок в горле. На нее внезапно нахлынула тоска по Сент-Мэри-Мид. Все эти повседневные глупые мелочи казались до боли знакомыми и родными. Ей захотелось уронить голову на руки и как следует выплакаться.
Вошедшая в этот момент Ленокс удержала ее от этого.
– Привет, Кэтрин, – поздоровалась она. – Что это с тобой?
– Ничего, – ответила Кэтрин, спешно убирая в сумочку письмо мисс Вайнер.
– Ты выглядишь как-то странно, – заметила Ленокс. – Надеюсь, ты ничего не имеешь против того, что я позвонила твоему приятелю мосье Пуаро и пригласила его с нами на ланч в Ницце. Я сказала, что ты хочешь его видеть, так как подумала, что ради меня он не придет.
– Значит, на самом деле тебе хочется увидеть его? – уточнила Кэтрин.
– Да, – кивнула Ленокс. – Я от него без ума. Никогда еще не встречала мужчину, чьи глаза были бы зелеными, как у кота.
– Ладно, – рассеянно отозвалась Кэтрин. Последние несколько дней были весьма утомительными. Арест
