так извинялся, созывая Генеральные Штаты. "Собирайте все деньги, которые вы можете извлечь для поддержки наших войн. Берите их у всех и каждого, у кого сможете, и следите за тем, чтобы каждый
денье был передан непосредственно нашему казначею". Немногие документы более наглядно показывают, что правительство XIV века существовало по принципу "с мира по нитке"[808].
* * *
Какими бы серьезными ни были финансовые проблемы французского правительства, в 1346 году они привели к полному поражению не из-за отсутствия денег. Армия, которой Иоанн Нормандский командовал на юго-западе, была самой большой, которую когда-либо там размещали. Со времен кампании 1339 года в Гаскони не сражалось столько северных дворян. Среди них были герцог Бургундский и его сын, а также граф Булонский, Готье де Бриенн, герцог Афинский, множество рыцарей с севера и центра и все главные офицеры королевского двора: коннетабль, Рауль II, граф д'Э, оба маршала и магистр королевских арбалетчиков. Эти люди выступили в поход на юг из долины Луары в феврале. Герцог Бурбонский и епископ Бове сформировали в Тулузе вторую армию из всех южных сенешальств. Они собрали обоз с осадной техникой, включавший пять пушек. Обе армии соединились в Керси в марте 1346 года и начали медленно продвигаться вниз по долине Гаронны. В течение весны и лета к ним присоединялись новые группы людей. Сравнивая известную численность предыдущих армий с тем, что известно о наборе этой армии, можно предположить, что в разгар кампании под командованием Иоанна Нормандского было от 15.000 до 20.000 человек, включая 1.400 генуэзских наемников. Первым удерживаемым англичанами городом на марше этой армии был Эгийон. Колонна французской армии прибыла к его стенам около 1 апреля 1346 года. В середине апреля прибыл сам герцог с арьергардом, знатными дворянами и главными офицерами армии[809].
Эгийон, который в считанные часы пал перед Ральфом Стаффордом, был осаждаем герцогом Нормандским в течение всего лета 1346 года[810]. Более того, в один из моментов, когда герцог был удручен своей судьбой, он дал клятву, что никогда не отступит оттуда, пока город не падет. Герцога много критиковали за его упрямство. Настоящей целью его кампании, как он публично объявил, было возвращение Ла-Реоля, потеря которого в предыдущем году стала серьезной потерей для французских позиций в долине Гаронны[811]. Но Иоанн Нормандский, хотя и был плохим полководцем со своей стороны, не испытывал недостатка в советах экспертов. Правда заключалась в том, что Эгийон был жизненно важен. Он располагался над слиянием рек Ло и Гаронны выше по течению от Ла-Реоля, и обладание им англичанами лишало французов возможности пользоваться обеими реками. Эти реки были путями, по которым должна была снабжаться любая французская армия, расположившаяся вокруг Ла-Реоля. Практически другой альтернативы не было. Состояние дорог на юго-западе было ужасающим, они проходили через страну, которая находилась в состоянии анархии и местами была оккупирована англичанами и их союзниками. Иоанн Нормандский имел личный опыт в этих вопросах. Его первая кампания на Шельде в 1340 году провалилась главным образом потому, что он пытался захватить города, не обеспечив безопасность речных коммуникаций в своем тылу. Однако были и соображения более неосязаемого характера. Герцог Нормандский был первым человеком в королевстве после короля. Как только он предъявил официальное требование о сдаче города, его достоинство стало залогом успешного исхода. Одним из тех, кто присутствовал при осаде, был знаменитый паладин и авторитет в вопросах рыцарства Жоффруа де Шарни. "Что является для человека, претендовавшего на город, более бесчестным, уйти сняв осаду, не завоевав его или отказаться от вызова на бой со стороны армии спасения?" ― спрашивал он несколько лет спустя[812].
Одним из первых дел французской армии было рытье окопов и земляных сооружений позади своих позиций, чтобы защититься от неожиданности с тыла и уберечь себя от участи, постигшей армию при Обероше. Но граф Ланкастер не собирался ввязываться в сражение с силами, настолько превосходящими его собственные. За несколько дней до начала осады он удалился в Бордо, чтобы восстановить свои силы и собрать войска гасконской знати. Подкрепления, в основном лучники, были также обещаны ему из Англии. Некоторые из них прибыли в мае и июне[813].
Эгийон оставался под защитой Ральфа Стаффорда и капитана города, рыцаря из Лестершира по имени Хью Менил. Они командовали сильным гарнизоном, который, по правдоподобной оценке Жана Лебеля, насчитывал 600 лучников и 300 латников, включая двух самых известных капитанов с английской стороны, уроженца Эно, Уолтера Мэнни и гасконца Александра де Комона. Им пришлось компенсировать храбростью и численностью недостаток оборонительных сооружений. Эгийон был небольшим городом, состоявшим из двух бургов, которые постепенно объединились. Лунак д'Эгийон был древним галло-римским городом квадратной формы с разрушающимися кирпичными стенами, остатками небольшого замка в западной части и замком его сеньоров, возвышающимся над рекой в северо-восточном углу. Ле Фосса д'Эгийон был замком другой местной семьи, расположенным к югу от Лунака, вокруг которого выросла небольшая деревня. Вокруг обоих бургов было начато, но так и не закончено строительство прямоугольного обвода стен размером 270 на 170 ярдов. Промежутки в ней пришлось заполнить винными бочками, набитыми камнями. На северной стороне был полуразрушенный укрепленный мост через Ло, заканчивающийся барбаканом на противоположном берегу[814].
Французам потребовалось очень много времени, чтобы полностью окружить Эгийон. Сначала они расположились лагерем на равнине к востоку от слияния двух рек, оставив свободный доступ между городом и Ла-Реолем по реке и по мосту через Ло на открытую местность к северу от него. Ланкастер оставил сильные гарнизоны в Дамазане и Тоннене для удержания территории к западу и северу от Эгийона. Чтобы занять эту территорию, не разделяя осаждающую армию на три отряда и не подвергая ее опасности разгрома по частям, французам необходимо было завладеть ближайшим мостом через Ло в Клейраке, в 5 милях выше по течению, что было сделано без труда; и построить деревянный мост через Гаронну на небольшом расстоянии вниз по течению от города — более трудоемкое мероприятие, которое осуществляли около 300 плотников и подмастерьев, работавших в течение нескольких недель под защитой огромного эскорта генуэзских арбалетчиков. В первые недели осады гарнизон совершал по две-три вылазки в день, пытаясь разрушить эти сооружения. В конце концов, они перешли к атакам с барок. Мост через Гаронну был дважды разрушен осажденными, прежде чем его строительство было завершено в конце мая 1346 года. Заняв земли за реками, французы протянули цепь через Гаронну, чтобы не допустить поставок продовольствия или подкреплений к гарнизону с запада[815].
23. Оборона Эгийона
16 июня 1346 года французы попытались провести две огромные баржи с припасами из
