Так и закончилась встреча. Люди отодвинули стулья, проскрипевшие по деревянному полу, и вышли из-за стола, разминая уставшие мышцы. Было мало разговоров, наши гости попрощались и вышли в прохладную темноту последней весенней ночи. Провожая их, я искала в темноте Корину, но её нигде не было.
Айс подошла ко мне сзади и положила руку мне на плечо.
– Иди, поищи её. Вероятно, она у воды. Я останусь здесь и приберусь.
– Ты уверена? Я могла бы…
– Угу. Иди. Я думаю, ей нужно с кем-нибудь поговорить, и ты лучше справишься с этим, чем я.
Усмехнувшись, я сжала её руку, лежащую на моём плече.
– Уж и не знаю. Ты, кажется, с возрастом становишься мягче.
Я вздрогнула, почувствовав, как сжалась её рука на моём плече, её пальцы позволили мне ощутить ту поразительную силу, которая в них была, о существовании которой я знала, но не всегда её замечала.
– Больно! – вскрикнула я, хотя мне не было больно.
Она ослабила захват, а затем я почувствовала, как она повернула меня к себе, крепко обняла и поцеловала так глубоко, что комната, в которой я стояла, просто перевернулась.
Затем я осталась одна, потому что Айс ушла в глубину дома.
Айс – смягчилась?
Да не в жизнь!
***
Корина была там, где и сказала Айс. Сидя на доке, она облокотилась об один из деревянных столбов, глядя на вечернюю тёмную воду. Сейчас было несколько рано для хорового пения лягушек, поэтому единственными звуками здесь было лёгкое шуршание волн, бьющихся о док, и нежное, но жалобное, завывание ветра, дующего сквозь сосны и сотрясающего верёвки, ударяющиеся об алюминиевые мачты лодки.
Небольшая луна освещала серебро её волос. Она слегка повернулась, услышав мои шаги, и подарила мне бледную улыбку, сделавшую её гораздо старше, чем она была на самом деле. Моё сердце сжалось от этого зрелища. Мне было больно видеть такой бессильный взгляд этой сильной женщины, которую я так любила.
– Айс послала тебя за мной?
Улыбнувшись, я взошла на док и села, скрестив ноги, рядом с ней.
– Неа. Она просто подсказала мне, с чего начать искать. Я пришла сюда по собственной инициативе, – я положила свою руку ей на руку. -Ну как, помог свежий воздух?
– Не так, как хотелось бы.
– Мне жаль, Корина.
– Здесь не о чем жалеть, Ангел. Ты хорошо знаешь, обычно я не теряю самообладания, – она отвернулась, чтобы снова посмотреть на воду. – Я слишком много времени провела в тюрьме и мне кажется, что я уже забыла, как надо бороться за справедливость на свободе, – её голос был мягким и в то же время грустным. – В тюрьме навести порядок было проще простого. Делай что хочешь. И если у тебя получалось, тебя на время оставляли в покое, это было, в общем, в порядке вещей. Но здесь, – она провела рукой по воздуху, обводя округу, – здесь всё не так просто. Собрания. Демократия. Сессии. Выбор стратегии, – она тихо засмеялась. – Иногда я думаю, а не была ли я счастливее в Болоте?
Должно быть, она почувствовала мою реакцию на эти слова, потому что повернулась ко мне и погладила меня по лицу руками.
– Я не подумала о том, как это может для тебя звучать, Ангел. Я люблю тебя. Я люблю Айс. И я люблю ту жизнь, в которой я вместе с вами обеими, – она улыбнулась. – Не нужно беспокоиться из-за очередных бредней сумасшедшей старухи. Мы, женщины, вообще часто чепуху говорим.
Улыбнувшись ей в ответ, я положила свои руки поверх её рук.
– Я люблю тебя, Корина. Мы обе тебя любим. Ты так много значишь в наших жизнях, что я просто не представляю, что бы мы делали без тебя. Поэтому, пожалуйста, не принижай себя и не называй себя старой и сумасшедшей. Для меня ты всегда будешь самой замечательной женщиной из всех, кого я когда-либо знала. Это просто плохое настроение, вот и всё.
Наклонившись, она легонько поцеловала меня в губы, затем, отстранившись, улыбнулась.
– Если бы твоё сердце не принадлежало Айс, Ангел…
Не дав ей договорить, я притянула её к себе и поцеловала в гладкую щёку. Затем, отпустив её, я встала.
– Ты собираешься идти домой?
– Я недолго. Сегодня хорошая ночь. Я думаю, что ещё понаблюдаю за водой и поразмышляю кое о чём.
– Хорошо. Спокойной ночи, Корина.
– Спокойной ночи, сладкий Ангел. Приятных снов.
– Тебе того же.
***
По пути домой, я услышала лёгкую, успокаивающую музыку вылетающую из проигрывателя, колонки которого Айс выставила в окно. В противовес этой музыке странно звучали звуки плоти, бьющейся о парусину, и натужно скрипящей цепи.
Выглянув из-за угла, я увидела Айс, вымещающую весь негатив на тяжёлом мешке, который висел под крышей. На ней были серые шорты, болтающиеся на её теле как вторая кожа у змеи, и такая же трикотажная рубашка, обрезанная на животе и плечах, открывая её совершенное тело моему благодарному взору.
Её движения были напряжёнными, точными, правильными, к тому же она почти танцевала, дико и свободно летая; она была немного похожа на большую кошку, преследующую потенциальную жертву.
Она молниеносно дважды ударила ногой мешок, сначала внизу, затем на невероятной высоте, после чего быстро нанесла удар кулаком, затем локтем ударила в середину мешка, от чего он с дикой силой закачался на цепи.
Снова удар ногой, а далее последовал целый ряд ударов, слишком быстрых и слишком многочисленных, чтобы их можно было посчитать, и в конце нанесла решительный удар ногой, который чуть не снёс каюту, после чего стала абсолютно неподвижна, её прекрасное тело блестело от пота, но её лёгкие нисколько не ускорили свою работу. Открыв глаза, она увидела меня и улыбнулась, затем наклонилась и схватила полотенце, которое валялось у моих ног, и вытерла им лицо и шею.
– Корина в порядке?
– Да, – ответила я, подходя ближе и чувствуя энергию, исходящую от неё. – Она всё ещё немного расстроена и, возможно, даже смущена, но она намного спокойнее, чем раньше. Она почти в порядке.
– Приятно слышать, – она бросила полотенце, опустилась на землю и отвернулась от дома, закрыв свои глаза и наклонив голову, позволяя нежному бризу высушить её тело от пота.
Я села рядом с ней, так близко, что наши плечи касались друг друга, и стала наслаждаться тихим весенним вечером.
– Айс?
– Ммм?
– Я могу задать тебе вопрос?
– Конечно.
– Ты действительно счастлива?
Голубые глаза открылись, и она повернула ко мне голову с удивлением, написанном на всём её лице.
– С чего такой вопрос?
– Я не знаю, правда. Я давно собиралась спросить, но столько всего происходило, и это постоянно отходило на второй план. Но я хочу знать. Ты… – я сглотнула, – я хочу сказать, ты счастлива?
