Прошло уже четыре дня, семь часов, шесть минут и тридцать две, нет, уже тридцать три секунды. Вы скажете, совсем сошла с ума? А вы бы на моем месте не сошли?
Верная своему слову, Айс звонила мне каждый вечер, как раз перед тем, как я отправлялась спать. Полагаю, похороны прошли так, как и положено проходить похоронам, то есть ничего хорошего, но, по крайней мере, все присутствующие благополучно их пережили, чего не скажешь о покойной, мнение которой, правда, никто и не спрашивал.
Хорошей новостью было то, что Поп неплохо держался. Плохая же новость состояла в том, что чтение завещания задерживалось, по крайней мере, на один день, и поэтому возвращение Айс откладывалось. Из-за тупого адвоката, который должен был зачитывать волю покойной, она не могла точно сказать, когда вернется, но была убеждена, что это произойдет не ранее, чем к концу недели.
А это было еще целых два дня.
Со своей стороны, Корина всеми силами старалась подбодрить меня в этот грустный период. Она даже предложила мне свои услуги по, как она выразилась, "согреванию моей постельки". Я, конечно же, сразу отмела это великодушное предложение. Но во всем остальном она была превосходна, занимая меня разными делами и помогая мне хоть немного отвлечься от тоски по Айс.
И вот, сижу я на диване, с раскрытой книгой на коленях, совсем не смотря на часы, чьи стрелки внезапно обнаружили странную способность двигаться назад, если они вообще могли двигаться.
Наконец, осознав тщетность своих попыток, я решила прислушаться к древней мудрости, которая гласит, что вода никогда не закипит, если на нее пристально смотреть. Я надумала сделать одну вещь, наподобие той, когда в ресторане зажигают сигарету, и сразу прибегает официантка. Только сейчас в роли официантки выступит телефонный звонок. А вместо сигареты…
"Пойду, приму ванну", – огласила я, решительно опустив газету и поднявшись на ноги. О, это будет не простая ванна. Нееет, я соблазню бога Телефонуса-Прерыватуса не какой-то там "только запрыгну, чтобы смыть грязь" ванной.
Если кто-то хочет привлечь его внимание, этот кто-то должен приложить усилия, чтобы сделать особую ванну. Со свечками. С солью. С ароматической пенкой.
И, конечно же, с мыльными пузырями.
Много-много мыльных пузырей!
Только так вы сможете оказаться в коридоре дома, стоя обнаженной, все тело в пене, вода стекает на пол, пытаясь убедить человека в телефонной трубке, что вам не нужен фен для волос с пятнадцатью скоростями и дюжиной насадок. И бог будет смеяться над вами, видя, как вода в ванне постепенно остывает, а пена медленно оседает.
Похоже, что я провела кое-какие исследования по этому предмету?
А что вы хотите? После того, как я пять лет была вынуждена отказываться от ванны, сейчас я могу считать себя знатоком в этом вопросе.
И вот, вооружившись всеми необходимыми принадлежностями, я направилась в ванную, надеясь, что буквально через пять минут Айс почувствует острое желание услышать мой голос в трубке.
Я осторожно опустилась в горячую, благоухающую воду и погрузилась до
самого подбородка. Только голова и коленки торчали из воды.
Ааа, блаженство!
Я прикрыла глаза, но устояла от желания сделать то, что обычно делают в жаркой ванне, когда любимый человек где-то далеко и ты по нему очень скучаешь, так как потом мне было бы трудно дать ответ на вопрос "И что же ты делала с собой сегодня, Ангел?"
Тем более, если бы я поддалась искушению, то по закону подлости Айс позвонила бы как раз в тот момент, когда я бы приступила к самой интересной части, расстроив меня от этого еще больше.
Так что я просто расслабилась и позволила мыслям пуститься в вольное плавание. В ванну не проникало ни одного звука, но я не боялась пропустить звонок. Корина постучит мне, если что.
Проходили минуты, отмеряемые капельками, падающими из крана.
Пузырьки лопались, вода становилась прохладнее, и я поняла, что мое приношение оказалось не слишком щедрым.
Сдерживая разочарование, я вылезла из ванны, вытерлась и надела чистую одежду, которую захватила с собой. Кинув последний критический взгляд в зеркало, висящее над раковиной, я открыла дверь, откуда на мою разгоряченную кожу сразу же повеяло холодным воздухом.
И тут же застыла на месте, сердце замерло в груди.
В гостиной стояло шесть мужчин, одетых в темные костюмы. Они все были одинаково огромны, широкоплечи, чисто выбриты, у них были простые галстуки и вычищенные ботинки.
Сперва я подумала, что это ФБР. Но когда я увидела застывшую форму Корины, эта мысль сразу же вылетела в окно. Потому что агенты ФБР обычно не приставляют автоматы к виску старой, безоружной женщины.
Остальные были вроде без оружия, но, разглядев предательскую выпуклость кармана пиджака одного из них, я поняла, что это может измениться в одну секунду. Мои руки бессознательно поползли вверх, а мысли в это время пытались освободиться от того тумана, который внезапно окутал мой мозг.
– Что…что тут происходит? – услышала я себя со стороны.
– Где Морган? – спросил меня рядом стоящий мужчина. Его голос был по-отечески теплым.
– А кто вы такие?
Он улыбнулся. Улыбка не было холодной или жестокой, но в то же время ее нельзя было назвать дружелюбной. – Пожалуйста, ответь на мой вопрос. Где Морган Стил?
– Она…
Я хотела было сочинить что-то, но эта мысль сразу же вылетела у меня из головы, когда я услышала вскрик Корины. Тот, кто держал ее, сдавил ей шею и сильнее прижал автомат к виску. Полагаю, чтобы стимулировать меня дать честный ответ.
Я умоляюще посмотрела на говорящего: "Пожалуйста. Она старая женщина. Скажите ему убрать оружие. Я скажу все, что вы захотите, только уберите пистолет".
Подумав немного, он кивнул: "Фрэнк, опусти пушку".
– Но…
– Выполняй.
Поворчав, Фрэнк сделал, что ему приказали, и убрал пистолет в кобуру.
Мужчина опять обернулся ко мне: "Так, где Морган?" – его лицо окаменело: "Я жду ответа".
Отчаянно пытаясь придумать что-то убедительное, боковым зрением я увидела, как Корина медленно потянулась к инструментам для камина, стоящим неподалеку от нее. Сердце мое остановилось, когда ее рука обхватила кочергу и она с силой ударила Фрэнка по лицу.
Кровь хлынула из раны, и Фрэнк, закричав от боли, упал на пол, прижав руки к лицу.
Дико оскалившись, она держала кочергу в одной рук как меч, а другой поманила остальных.
О, Корина… Нет…
Заметив, что внимание допрашивающего меня было отвлечено, я сжала руку в кулак и заехала ему в живот. Это было как удар в стену. Боль пронзила мою руку, но я не обратила на нее внимания, так как мужчина развернулся ко мне, вся его притворная любезность слетела с лица.
