– Над нашей страной нависла смертельная угроза, – говорит он. Все, у кого есть радио, слушают. – Вероломное нападение на наши любимые Соединенные Штаты Америки, начатое 7 декабря 1941 года, продолжается. Не может быть и тени сомнения в том, что этот кратковременный военный успех Японской империи – всего лишь эпизод. Войну с Японией нельзя рассматривать как войну ординарную. Это не просто война между двумя армиями и флотами, это также великая война всего американского народа против японских имперских вооруженных сил.
В этой войне за свободу мы будем не едины. Наши силы бесчисленны. Это очень скоро поймет зарвавшийся враг, который заплатит за свою ошибку дорогую цену. Тысячи рабочих, фермеров и ученых поднимаются бок о бок с армией и флотом США на бой с вражескими агрессорами. Миллионы наших людей поднимутся и сольются в непобедимую народную массу.
Чтобы отразить удар врага, вероломно напавшего на нашу страну, сформирован Государственный комитет обороны, в чьих руках сосредоточена вся государственная власть. Комитет призывает весь наш народ сплотиться вокруг партии Джефферсона129, Джексона130 и Вильсона131, вокруг американского правительства, чтобы самоотверженно поддержать американские армию и флот, разгромить врага и обеспечить победу. Вперед!
Конгресс объявляет Японии войну. Гитлер объявляет войну США. Джо Стил приказывает организовать два новых военных трибунала. Адмирал Киммель. Генерал Шорт. Были ответственны за Гавайи. Опростоволосились на Гавайях. Виновны. Расстреляны. Pour encourager les autres – чтоб другим неповадно было.
Падение Филиппин. Генерал Макартур сбегает в Австралию. Трибунал. Бомбардировщики уничтожены на взлетной полосе? Да. Виновен. Расстрелян. Макартуру нравилось, когда его прославляли в газетах. Такой генерал нам не нужен. В газетах прославляют только одного человека.
Джо Стила.
А вот с Джорджем Маршаллом132 Джо Стил поладит славно. Маршаллу нравится побеждать. Фанфары ему ни к чему. Такой человек Джо Стилу по душе. Как и Нимиц133. Как и Эйзенхауэр134. А Холси135? Если Холси хоть раз проиграет сражение, он труп. О чем он прекрасно знает. Продолжает выигрывать.
Мы отбрасываем япошек назад. В пустыне буксует Африканский корпус. Немцы и русские ведут величайшее в мире сражение под Троцкоградом. Обе стороны бросают людей в эту мясорубку без всякой жалости. Похоже, что людей для мясорубки у красных больше. Нацисты теряют целую армию. Русские рвутся на запад. Какое-то время кажется, что вот-вот у немцев развалится весь Восточный фронт. Нет, не валится. Вонючие нацисты – сволочи, но настоящие профессионалы, особенно если им не мешает Гитлер. Но все же видно, что им придет конец. Это займет какое-то время, но он придет.
Джо Стил встречается с Черчиллем и Троцким. Начинают строить планы на будущее. Троцкий продолжает требовать настоящего открытия второго фронта. Италия? К черту Италию! Джо Стил… улыбается. Что такое рай? Это когда каждый нацист перед смертью убивает двух красных. Что, так не останется в живых ни немцев, ни русских? Ах, какая жалость.
Однако становится похоже, что для такого расклада достаточно фрицев не наберется. И оставлять за Россией все пространство от Владивостока до Бреста никто не хочет. Второй фронт открыт. Командует Эйзенхауэр. Эйзенхауэр за славой не гонится, она принадлежит Джо Стилу. Хорошо соображает этот Эйзенхауэр. Джо Стил идет на четвертый срок и побеждает. На этот раз республиканцы не выдвигают никого.
Освобождены Филиппины. Иводзима. Окинава. Бомбим япошек как следует. Готовимся к вторжению.
Германия? Американско-британский молот. Русская наковальня. Германия зажата между ними. Расплющена между ними. Гитлер жмет на курок, мозги летят в потолок. Пока, Адольф. Мог бы сделать это и раньше.
Начинаем переброску солдат к Тихому океану. Операция «Низвержение». По сравнению с этим Нормандия была детской игрушкой. Япошки сражаются на пляжах, на рисовых полях, на улицах – везде. Маньяки. Камикадзе. Делают все, что могут. Этого недостаточно. Мы продвигаемся. Цена чертовски высока, но мы ее платим. Троцкий видит, что мы побеждаем. Присоединяется. Берет Хоккайдо, северную часть Хонсю. Остальное – наше. Зажигательные бомбы испепеляют Хирохито136 в поезде по пути из Токио в Киото. Sayonara137, приятель.
Япония так и не подписывает капитуляцию. Для этого уже не осталось никого из высшего руководства. Но япошки в конце концов перестают сражаться. Для этого тоже практически никого не осталось. Конец лета 46-го.
Джо Стил. На вершине мира.
Выясняется, что нацисты работали над атомной бомбой. Не так уж упорно. Не очень-то верили, что такое возможно. Так ничего и не добились. Но работали. Джо Стил лезет на все стены по очереди. Вызывает к себе Эйнштейна138.
– Почему вы об этой бомбе ничего не знали? – орет он.
– Мы знали, – говорит Альберт. – Я чуть было не написал вам письмо в начале войны.
Веки Джо Стила опускаются. И снова поднимаются. Ага, вот на этот раз видно, что за ними. Ярость. Неприкрытая, испепеляющая ярость.
– Так почему же вы его не написали? – говорит он тихим и страшным голосом.
– Я боялся, что вы ее примените, – отвечает Эйнштейн. Полдюжины слов. Один смертный приговор.
Эйнштейн? Расстрелян. Еврей.
Сцилард139? Расстрелян. Еврей.
Ферми140? Расстрелян. Макаронник, женатый на еврейке.
Фон Нейман141? Расстрелян. Еврей.
Оппенгеймер142? Расстрелян. Еврей.
Есть и другие. Много других. Большинство расстреляны, евреи они или нет. Остальных? В лагеря.
«Заговор профессоров» – так называют это газеты. Проклятые яйцеголовые, хотели ослабить наши Соединенные Штаты. Проклятые жиды, хотели ослабить наши Соединенные Штаты. Кто знает, может, Гитлер знал, что делает? Джо Стил беседует с Молотом. Беседует с Джоном Эдгаром. Колеса начинают вертеться.
Потом он находит Теллера143.
Теллер говорит:
– Развяжите мне руки. Я сделаю эту сукину дочь за три года, или же моя голова с плеч.
Еще один проклятый еврей. Но зато такой, который знает, с какой стороны хлеб у него намазан маслом. Некоторых людей, нужных Теллеру, – Фейнмана, Фриша, Кистяковского – Джо Стил находит в лагерях. Они там, но пока не расстреляны. Может, их не расстреляют и вовсе – если справятся. Первый круг ада, ни дать ни взять.
Джо Стил говорит Джону Эдгару и Молоту:
– Не торопите события.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
