о таинственных гостях её отца, но пребывала в сладких грёзах девичьей влюбленности, это старая леди видела весьма чётко. Отец явно провёл с ней воспитательную беседу и настроил её на помощь тому мужчине или юноше, о котором так старалась узнать Оленна. Молодые женщины в силу своего возраста за свои чувства могли убить или умереть сами, что тоже было не новостью для умудрённой годами интриганки. В общем от девчонки ничего полезного узнать не удалось. Мальчишки же во всём старались походить на своего отца, а потому старую женщину не привечали и разговоры с ней вести не хотели. То был тупик, очередной.
Последнюю попытку Королева Шипов предприняла с мейстером Стебалем, что служил дому Футли с момента принятия главенства над родом Корвина. Своих людей же Оленна отправила в город, быть может там им удастся найти хоть какую-то зацепку. Мейстер явно что-то знал, но не смотря на все увещевания пожилой леди на отрез отказывался говорить. Стебаль явно выглядел запуганным. Кем? Чем? Что же могло напугать тертого в делах Цитадели учёного мужа? Ответа матриарх Тиреллов так и не получила, но это была ещё одна деталь в общую картину.
Из города люди принесли вести, как старые, так и новые. Если с новостями о возрождении «старого» Тамблтона было уже всё понятно, то вот сообщения о мгновенном исцелении были уже в новинку. Как оказалось вместе с приездом странного гостя в окрестных поселениях стали случатся чудеса, словно в святых текстах семибожья. Кто-то вылечился от гангрены, кто-то от чахотки, а кто-то умудрился вернуть парочку потерянных пальцев, во что Оленна не особо верила, но факт был на лицо, во время этих событий в поселениях всегда присутствовали несколько человек в сопровождении людей в цветах дома Футли.
Именно такие новости о своём расследовании поведала Мейсу Оленна. Она была абсолютно уверена, что все эти необъяснимые события были связана с фигурой Эдмунда Гарденера, чью фамилию он порой боялся лишний раз помянуть всуе. Да и не верилось ему, что мертвец, погибший несколько веков назад, мог вот так вот взять и запросто восстать из своей могилы. С другой же стороны многие вассалы пытались связать и легитимизировать данное явление с падением Таргариенов, как нечестивых завоевателей и клятвопреступников андальской веры, а также со странным положением небесных светил в ту роковую ночь. От всего этого глава Тиреллов отмахивался, как от признаков крайней степени мракобесия и невежества. Он был просвещённым лордом и такие странности принимал исключительно со скепсисом ему положенным.
Так что и от слов матери он также отмахнулся, конечно же, про себя. Два года прошло с того инцидента и заниматься поисками непонятно кого в данной ситуации означало снова мутить воду и бередить умы вассальных Тиреллам домов. Не хватало ему ещё привлекать к этому бродяге, что позарился на его семейное наследие лишние внимание. Так что достучаться матриарх Тиреллов до своего сына не смогла, лишь выбило из него обещание заняться этой проблемой чуть позже, когда настроения в Просторе значительно улягутся. А вот оставаться в Малых Шипах дольше положенного Хранитель Юга не был намерен от силы совсем. Неизменно кислая мина лорда Корвина вызывала у Мейса несварение желудка.
Не прошло и полугода после посещения Тамблтона, как началось церковное восстание и Тирелл был вынужден седлать своего коня в надежде вернуться в фавор Железного трона и обрести за служенную славу. Пусть за всякими бродягами гоняются наёмники и всяк жаждущий наживы гнилой люд, у него были более важные дела и перспективы. Быть может после этого с посильной помощью короны, у которой до сего дня были большие проблемы с церковью, ему удастся поймать самозванца, не прикладывая особых усилий, а там семья и вассалы наконец успокоятся.
Рассуждая на данную тему, Мейс во главе своего войска въехал в Королевский лес по дороге Роз. Ещё пару часов и нужно было разбивать лагерь, а ещё через несколько недель он с триумфом въедет в столицу Семи Королевств. Всё складывалось как нельзя лучше, по крайней мере для него. Младшего Баратеона он опережает, войско не голодает, даже заболевших было минимальное количество, так что положение спасителя Железного трона было у него в кармане. Да, о лучшем положении дел можно было только мечтать. Скоро он и вовсе утрет нос заносчивому Тарли, который гордился своими победами во время восстания Баратеона старшего, подумаешь разбил бунтовщиков, он, Мейс, справиться с этим ничуть не хуже.
Когда пришло время войско разбило лагерь, естественно до наступления темноты, иначе можно было столкнуться с проблемами в виде хаоса и сумасбродства подчинённых самого мелкого пошиба. Командиры и лорды разместили свои палатки и разноцветные шатры в окружении самых близких им людей. Понятное дело штандарт Тиреллов высоко развивался над расположением армии грандлорда, а его собственный шатер был не в пример краше и обширнее остальных, раскрашенный в ярко-зелёные цвета его дома с приличной долей позолоты. Слуги уже разместили внутри необходимые удобства для сна владыки Хайгардена, как и яства для вечерней трапезы.
Попивая сладкое арборское, Мейс находился в абсолютной уверенности и безопасности. Скоро никто более не сможет смотреть на него и его семью с высока, даже Старый Лев с Утёса Кастерли, что слыл вторым по могуществу человеком в Семи Королевствах, а может быть и первым, если крепко задуматься. Ничто и никто не предвещали ему беды, так что после плотного ужина Хранитель Юга отошёл ко сну. На страже покоя своего верховного лорда остались стоять несколько ближних стражников из семьи потомственных рыцарей, принёсших присягу дому Тиреллов.
Лагерь был расположен прямо посреди дороги Роз без всяких укреплений, а часовых на посту находилось всего пару десятков, исключительно для проформы. Армия всё ещё находилась на территории Простора, безопасной и податливой. Так что никто из членов освободительной армии Тиреллов не выражал ни капли беспокойства, кто-то выпивал в свободное время, что было приятно сделать после выданного сытного пайка. Естественно, обычные воины не могли позволить себе дорогое вино, а потому использовали более дешёвые и распространённые среди простолюдинов напитки, вроде сидра Фоссовеев или легкой медовухи Бисбери.
Воинство гуляло и гудело, чтобы позже отойти ко сну в лёгкой алкогольной дымке. Подобное поведение было губительно для любой полноценной армии, если уж так рассудить, но то было в период войны, а не бунта, пусть и церковного. Так что солдаты Тиреллов без всякой задней мысли наслаждались своим положением почти героев. Естественно, что в подобной среде был распространён не только алкоголь, но и азартные игры. Заранее
