верный Камрит, так что беспокоиться было не о чём, особенно когда за спиной стоит малочисленная, но верная его делу армия. Пусть от неё сейчас только название, но Эдмунд знал, что придёт час и знамена великого рода Гарта Зеленорукого вновь будут слепить своим светом окрестности не только Простора, но и всего Вестероса. И сейчас ему предоставился шанс заявить о себе вновь, в этот раз куда громче, сделать первый шаг навстречу уже не такой далёкой судьбе, повести за собой людей не ради себя, но ради них же самих. Чтобы, когда через годы оглянуться назад, не сказать самому себе о трусости, не пожалеть о бездействии.
Уже завтра Мейс Тирелл пройдёт с триумфальным и гордым видом по дороге ведущей на Королевскую гавань, однако вместо ожидаемой славы и почёта он встретит на своём пути только позор и унижение. Такие, какие даже в страшном сне он не сможет забыть, Эдмунд ему обещает это, как и обещает своим людям победу в этой праведной, для них во всяком случае, борьбе. И пусть Воин и остальные, смотря со звёздных небес на своего чемпиона и улыбнуться его победам, чтобы более они никогда не смогли усомниться в выборе Гарденера, чтобы пожалели о том, как обошлись с его семьёй, отдав на растерзание драконам.
Один день отделяет наследника Дубового трона от предсмертных криков и звуков проливающейся крови. Один день, но он запомнится последнему Гарденеру на всё его оставшуюся жизнь. Как Пламенное поле, как новая смерть и рождение, как встреча с давно почившими родными и близкими. Да, так и будет, Эдмунд был в этом уверен.
Глава 31. Потрёпанные розы
Мейс Тирелл.
Армия Простора, идущая в Королевскую гавань.
Грандлорд Простора и страж Юга Мейс Тирелл в данный момент был преисполнен благодушием и торжеством в связи со своим нынешним положением. Ещё недавно отношения с короной были безвозвратно испорчены, а сегодня он во главе армии ступал на охваченную беспорядками столицу, чтобы в итоге стать спасителем Железного трона и верным союзником правящей династии. Да, порой жизнь может преподносить приятные сюрпризы.
Появление так называемого Гарденера выбило почву из-под ног главы дома золотых роз, но теперь всё круто поменялось. От самого таинственного претендента не было ни слуху, ни духу вот уже почти два года. Порой, конечно, верные его дому люди сообщали о мистических событиях косвенно связанных со столь неприятной для Мейса персоной, но не более того. Беспокоиться, по мнению главы Тиреллов, было не о чем. Что может сделать этот оборванец, который не кажет своего носа после столь громких заявлений на хайгарденском турнире? За ним не было ни армии, ни верных людей, за исключением идиота Корбрея, который променял свою славу и положение в погоне за одиозными словами того самозванца.
Конечно, порой его мать Оленна, в девичестве Редвин, напоминала ему о различных слухах и о беспокойных действиях вассалов, но Мейс был уверен, что после спасения короны никто из них, даже вечно задающийся Флорент, не сможет бросить ему и его семье вызов. Возможно, после разрешения вопросов с верховным септоном ему удастся договориться с королём Робертом о помолвке его драгоценной дочери Маргери на наследнике Семи Королевств. Вот тогда-то все его противники и завистники точно заткнутся.
Жаль только, что старый Лейтон Хайтауэр, отец его любимой супруги и глава второго по силе дома во всём Просторе, после событий двухлетней давности практически полностью разорвал какие-либо отношения со внешним миром. Даже их союз между домами завис в странном подвешенном состоянии, Лейтон ничего не хотел слушать, да и выступал на данный момент явно не на стороне короля, но его можно было понять, всё-таки некогда именно в Староместе находился центра андальской веры. Впрочем, ничего страшного и непоправимого глава Тиреллов не видел. Пройдёт немного времени, его семья станет фаворитом Железного трона, и тогда старый лорд сам приползёт к нему на коленях, лишь бы сохранить их взаимоотношения. О, да, Мейс был в этом уверен, а потому хорошенечко спросит с лорда Высокой башни за его безразличие, когда придёт время. Весомо спросит.
Собрать верных Тиреллам людей в Хайгардене не составило труда, лишь только в столице Простора прознали об учинённом в Королевкой гавани бунте, а также о распространившихся в стране беспорядках. На самом Юге было почти что тихо мирно, если не считать нескольких небольших разовых акций. Так что Мейс легко увидел во всём происходящем не просто возможность, а стопроцентный шанс вновь оказаться на коне, как и подобает благородным представителям его выдающегося дома. Подобные Флоренту могу сколько угодно припоминать его предкам положение стюардов, но в Хайгардене сидели и властвовали именно Тиреллы, а остальные могли умыться горькими слезами от своей зависти и беспомощности.
Однако, без Таргариенов и с непонятным претендентом за плечами их положение так или иначе пошатнулось, это Мейс не мог не осознавать. Совсем немного, но теперь укрепить его не составило никакого труда. Осталось только довести наспех собранные в Хайгардене силы до столицы и всё, можно было запивать сладким арборским прекрасно разыгранную партию. Эх, как же давно Тирелл не был в столице Семи Королевств, теперь же он вступит в древнюю ставку Эйгона Завоевателя с огромным триумфом, о чём он мог мечтать только с самого детства. Конечно, он полагал, что сделает это немного раньше, во время восстания Баратеона, но жизнь повернулась самым невероятным для него образом, чтобы в итоге вернуться ка круги своя. С другим королём, но Мейс впишет своё имя и имя своего дома в анналы истории.
В распоряжении освободительного похода грандлорда Юга имелось почти два десятка сотен всадников, которые были в практически бесполезны в городских боях, но зато выглядели те устрашающе и вместе с тем выражали суровую решимость главы Тиреллов перед бунтовщиками. Это были его близкие люди, союзные лорды из малых домов и просто верные рыцари, у каждого имелись отряды сопровождения, собственные силы, которые они успели собрать в ответ на призыв Мейса, а также те, кого он подобрал в городах на пути следования армии к столице.
К почти двум тысячам всадников у него имелось и около десяти тысяч пехоты, часть из которого опытные воины, а другие обычное ополчение, но с добротным оружием со складов богатого дома повелителей
