Не сдержав печального вздоха, он взял чайную чашечку и пригубил ароматного напитка.
Удивленно хмыкнув, император вопросительно поднял бровь.
— И что же вас тревожит, Игорь Владимирович? — мягко поинтересовалась Елизавета Павловна.
Сделав еще глоток, князь медленно поставил чашку, затем тщательно промокнул губы полотняной темно — бордовой салфеткой. Он намеренно тянул время, обдумывая ответ. Говорить, что мысли заняты красивой школьницей, мужчина, конечно же, не собирался. Его не просто не поймут — осудят. Боярыня Изотова хоть и совершеннолетняя, но ей еще год учиться! Связь взрослого мужчины со школьницей немыслимое дело. Вот закончит учебу… тогда все дороги открыты. А пока, увы, одни мечты.
Искренне ответить он не мог, но и нагло врать не хотел. Надо срочно что — то придумать. Перед самым чаепитием князь Южный разговаривал с Савелием и теперь полностью владел информацией: ничего серьезного с Михаилом у Софьи нет, молодежь пока лишь обменивается взглядами. Игорь себя не обманывал — эта девушка нужна ему самому. Опытный мужчина знал, что будет дальше: юный бастард в скором времени перейдет в наступление. К тому же Софья уклонилась от поединка из — за мальчика, и это говорило князю о многом: девушка сомневается. У него есть шанс.
Терзая великолепный десерт и нарушая все правила этикета, Игорь Владимирович обдумывал, как побыстрее сблизиться с девушкой, не порождая пересудов. Уступать красавицу даже этому мальчику он не намеревался. Мужчина внезапно вспомнил о вызове, принятом боярыней Изотовой, и его озарила идея. Широко улыбнувшись, он встретился взглядом с собеседницей и негромко сказал:
— Великая государыня, мои мысли заняты школьным конкурсом кондитеров.
— Как интересно! — оживилась женщина. — Вы сумели удивить, Игорь Владимирович. Поделитесь вашими думами?
— Матушка — императрица, — глядя, как нежный румянец проступает на бледных щеках явно заинтересовавшейся Елизаветы Павловны, князь коротко вздохнул, — у меня есть идея. Тревожит, одобрите ли вы ее…
— Рассказывайте! — приказала женщина. — Дети — это наше будущее!
Широко улыбнувшись, князь Южный начал излагать только что придуманный план. Одобрительно кивая, императрица внимательно слушала. Глянув на супругу, император едва заметно покачал головой: Игорь Разумовский, как всегда, оказался на высоте. Лишь парой фраз мужчина непостижимым образом умудрился, пусть и ненадолго, вернуть Елизавете Павловне утраченный интерес к жизни.
* * *
На дворе занимался рассвет. Сладко потянувшись, я бодро соскочила с кровати. Добрых полночи я напряженно размышляла и анализировала новую информацию. В прошлой жизни непременно проснулась бы разбитой, но юное тело радовало: энергия во мне просто бурлила.
Безусловно, поединок со Стрелецкой вызывал опасения. К чему скрывать — проигрывать боярыне ой как не хотелось! А уж тем более приносить ей извинения. От такой перспективы меня просто коробило.
«Зачем только согласилась на это условие?» — в очередной раз задала себе вопрос, прекрасно зная зачем: я сама желала услышать извинения от Стрелецкой.
Тщательно покопавшись в чужих воспоминаниях, все — таки решила, что особо нервничать из — за поединка не следует. Победить вполне реально: моя предшественница среди своих слыла отличным кондитером и могла справиться даже со сложным изделием.
Школьный поединок… Маловероятно, что меня ожидает что — то сверхъестественное. Максимум, придет парочка местных кондитеров да горстка гостей. И даже если задания будут нетривиальными, нужные навыки, пусть и не у меня лично, а у тела, есть. Руки все помнят. Да и теоретические знания на высоте. Чуть потренируюсь и утру нос кильке!
Презрительно фыркнув, решила узнать, как все проходит, а после детально обдумать. Сейчас забивать голову Стрелецкой и поединком кулинаров не хотелось. Точнее, не было на это времени: меня всецело занимало совсем иное.
Переодевшись в спортивный костюм, я спустилась на цокольный этаж. Идя на тренировку с Василием, продолжала обдумывать детали своего бизнес — плана. Если все выгорит, будет очень — очень хорошо: смогу забыть о нехватке денег.
Многие ответы на сложные вопросы я успела найти в сети, осталось только пообщаться со слугой.
«Интересно, что скажет Василий? Это в родном мире подобное широко практикуется, а как здесь дела обстоят? Нечего без толку мысли гонять, — одернула сама себя. — Сейчас все узнаю».
Открыв дверь спортзала, бесшумно вошла в большущее светлое помещение.
Помню, как, зайдя сюда впервые, долго рассматривала и щупала странное покрытие на полу и стенах. Не ткань, не резина, не металл, а что — то для меня вовсе непонятное защищало дом во время тренировок. Василий назвал материал, но, к своему стыду, я удачно позабыла зубодробительное слово.
— Доброе утро, госпожа, — деловито поприветствовал слуга, шагнув ко мне.
Не скрывая удивления, я одобрительно оглядела подтянутую фигуру мужчины. Сегодня он был одет не в привычные идеально наглаженные брюки и строгую рубашку, а в спортивные штаны и плотно прилегающую к телу серую футболку.
«Он со мной будет тренироваться?» — подумала, кивнув в знак приветствия.
— Пора проверить, какие из техник вам подвластны, — пояснил мужчина. Едва уловимая улыбка на мгновение озарила его сосредоточенное лицо. — Тренировка сегодня много времени не займет.
— Как скажешь.
Заниматься не хотелось категорически. Я бы предпочла, не мешкая, пообщаться на волнующую меня тему, но… есть такое слово «надо». Глубоко вздохнув, подошла к мужчине. Вопросительно взглянув на него, замерла в ожидании указаний.
— Закройте глаза, — произнес Василий. — Почувствуйте эфир в своем теле. Определите, где именно он находится. В ладонях, пальцах? Как только сделаете, скажите.
— Есть, — всего через пару ударов сердца доложила я.
Трудностей задание не вызвало. Мне нет нужды концентрироваться, чтобы почувствовать энергетические каналы в теле. Я прекрасно запомнила, где они расположены, поэтому сделала все очень быстро.
— Вытяните перед собой руки. Не спеша выпускайте эфир через кожу пальцев. Как только он соприкоснется с воздухом, представьте, что это лед.
Вытянув руки и стараясь не думать о том, как, должно быть, комично выгляжу, я честно попыталась выполнить задание. Сделав все в точности с инструкцией, наконец — то почувствовала на кончиках пальцев холод. Подождав немного, приоткрыла один глаз и не удержала вздоха, полного разочарования. Льда не было. Кончики пальцев покрывала леденящая кожу… вода.
— Отлично! — неизвестно за что похвалил слуга. — Закрывайте опять глаза, — дождавшись, когда я послушно сомкну веки, добавил: — Как и прежде, направляйте эфир сквозь кожу пальцев и представляйте поочередно струи. Сначала воздушные, затем огненные, — помолчав, неожиданно сказал: — Сможете сделать это с открытыми глазами, хорошо. Рук не опускайте!
Тотчас распахнув глаза, я сконцентрировалась. Вначале, как и приказал Василий, представила, что слетающий с кончиков пальцев эфир — это упругие воздушные струи. Заметив легкое колебание возле кожи, недолго думая, решила сразу же выпустить огонь.
— Ух ты! — прошептала, увидев, как из всех десяти пальцев вылетели тонкие, словно нити, струйки пламени. Намертво прилипнув к коже одним концом, они устремились куда — то вперед. Преодолев расстояние не более полутора метров, разом ярко вспыхнули и погасли. — Это что, все? — я печально вздохнула и посмотрела на Василия. — Плохо… — не скрывая разочарования, сообщила слуге.
— У вас отлично получилось, госпожа, — неожиданно усмехнулся мужчина. — Для новичка, впервые взаимодействующего с техниками, вы справились превосходно.
— Да? — изумилась я. — Это сколько времени надо, чтобы сносно овладеть хоть одной?
— Пару лет тренировок, — безмятежно отозвался мужчина. — Необходимо обучиться контролю скорости выброса эфира, его плотности, приданию желаемой формы… Тут нужны не только способности, но и упорство. Опытного воина отличает филигранно отточенное мастерство, — он задумался, а после коротко улыбнулся. — Опытный воин может в совершенстве владеть одной техникой и быть гораздо сильнее того, кто владеет, допустим, двумя, но делает это хуже.
