магазин, чтобы купить одежду на ближайшие несколько дней.
К счастью, мне не понадобились запасные очки, потому что об этом подумал Уилл. Теперь я могла видеть Мартина, если бы он пришел за мной, чего он, как ни странно, пока не делал. Я ходила в банк и по магазинам, конечно, под защитой Майки и Рори, но побега из тюрьмы как будто и не было.
Придет ли он за нами? Готов ли Уилл?
Я открыла дверь и шагнула внутрь, пока я обходила все витрины, помещение казалось пустым. Я вошла в примерочную и увидела Эрику на возвышении в великолепном платье из шелка и блесток, облегающий лиф и вырез в форме сердца прекрасно дополняли ее тело.
Ее волосы ниспадали на спину, когда она рассматривала себя под разными углами, и я пробралась внутрь, увидев, что Уинтер тихо говорит по телефону, а ее пальцы перебирают записи на ее коленях. Я прищурилась и увидела, как кончики ее пальцев двигаются слева направо, когда она говорит.
Жена Кая ссутулилась в белом мягком кресле, постукивая пальцами по ноутбуку. Где была Алекс?
Я прочистила горло. "Эм, привет", — наконец сказала я.
Они все подняли головы, Уинтер прекратила говорить и повернулась на мой голос.
Эрика обернулась, ее голубые глаза ярко блестели. "Привет."
Она была великолепна — почти царственна в своем платье.
Я вошла, приблизилась к ней, держа в кармане телефон, который дал мне Уилл. У меня было искушение убежать. Я не очень хорошо чувствовала себя в женских группах. Эрика Фейн пугала меня даже в школе, а она была на два года старше меня.
Она уставилась на меня, и мне потребовалось мгновение, чтобы расправить плечи и выдержать ее взгляд.
"Итак… — сказала она, запнувшись.
Итак…
Но она просто продолжала смотреть на меня.
Господи, что? Мои щеки потеплели, я гадала, о чем меня будут спрашивать в первую очередь: о сексе в вагоне поезда, о том, что я отправила ее друзей в тюрьму, или о том, что я вытащила Уилла из тюрьмы прошлой ночью, но потом она взяла мою руку и посмотрела на мое обручальное кольцо, ее собственная бриллиантовая оправа в виде снежинки сверкала на свету.
Она собиралась сказать мне, что я недостаточно хороша для него.
Она собиралась сказать мне, что они не могут мне доверять.
Но вместо этого она спросила: "Ты счастлива?".
Счастлива ли я?
Смятение, а затем облегчение охватили меня, а затем… смех наполнил мое горло, и я не смогла его сдержать. Я захихикала, бабочки заполнили мой живот.
"Это все, что я хотела знать", — сказала Эрика, улыбаясь мне. "Поздравляю".
"Спасибо".
Ну, это было легко. Она посмотрела на меня своими теплыми глазами, и я услышала, как двое других тоже сказали "поздравляю".
"Нас никогда не знакомили должным образом". Она протянула руку. "Эрика Фейн. Ты можешь звать меня Рика".
Я взяла ее руку. "Эмери Скотт".
Жена Кая отложила свой ноутбук и встала, протягивая мне руку. "Никова Мори, но все зовут меня Бэнкс".
"Бэнкс", — повторила я. Но потом я вспомнила. "Никова", — сказала я себе, а потом ей. "Никова? Ты сестра Деймона?"
Она выглядела удивленной, но кивнула. "Точно".
И тут Рика снова заговорила. "И я тоже, вообще-то".
А?
Но она отмахнулась от меня. "Это длинная история. Мы объясним позже".
Она и Бэнкс не были родственниками, не так ли? Иначе эта история с поездом была намного более странной.
"Уинтер Торранс", — медленно подошла другая девушка, протягивая обе руки.
Я взяла ее и пожала. "Рада со всеми вами познакомиться".
"А ты знаешь Алекс", — сказала Рика, кивнув мне за спину, а затем запрыгнув обратно на возвышение.
Я оглянулась через плечо и увидела, что она прислонилась к стене, ее сумка висела на боку, а она смотрела на нас, почти как будто ожидая приглашения.
Я не видела ее с тех пор, как мы покинули поезд, и не была уверена, что она хочет о чем-то говорить.
Повернувшись к Рике, я сказала ей: "Ты выглядишь очень красиво. Это платье для особого случая?"
"Это мое свадебное платье".
Ее свадебное платье?
Уинтер подошла к платформе, провела руками по ткани, а затем коснулась лица Рики.
"Оно красное". Она улыбнулась. "Я чувствую это".
Платье было без бретелек, из красной ткани, с облегающим лифом, украшенным золотой вышивкой вокруг груди. Оно висело на ней, словно вырастая из ее кожи, и мне нравились ее длинные светлые волосы, свисающие по спине вместе с ним.
Это был нетрадиционный цвет платья, но почему я вообще удивилась? Почему бы ей не делать все, что она хочет?
Рика внезапно втянула воздух и опустила голову, по ее лицу пролилось несколько слезинок. "Лучше сделать это сейчас, а не у прохода, я думаю", — сказала она нам, немного смеясь, когда снова подняла глаза, выглядя совершенно потерянной, что наконец-то заставило ее казаться настоящей. "Так много эмоций. Мой желудок плавает. Он никогда не делал этого со мной, понимаете?".
Я могла понять. Неважно, насколько крутым ты себя считал, настоящая сила была у того, кто владел твоим сердцем.
Бэнкс заговорила, воркуя: "О, это так мило. Ты любишь его так сильно, что тебя тошнит".
Я фыркнула, а Рика и Уинтер разразились смехом. "Если быть откровенной, то да", — игриво рявкнула Рика на Бэнкс.
Она вертелась на платформе, платье распускалось веером, а шлейф шуршал по полу.
"Он — моя жизнь, — сказала она, — и я не могу быть счастливее от этого. Без него ничто не стоит ничего". Повернувшись, она посмотрела на нас, взяла Уинтер за руку и обвела взглядом комнату. "Я люблю вас, ребята, понимаете? Я люблю падать, но я не хочу делать это одна". Ее подбородок дрожал. "Спасибо вам за то, что вы моя семья".
Я не была уверена, что она любит меня, ведь мы только недавно встретились и все
