и против. Это должно быть твое решение,– успокоил мужчина.
София опустила глаза, чувствуя, что предложение директора очень соблазнительно и может много изменить в ее жизни. В голове сразу закружилось столько разных мыслей, что она потерялась, и это отразилось на ее лице.
– Обещаешь подумать?
– Угу…– копаясь в своих ощущениях, проронила Мэдисон.
– Вот и ладно. Месяца на размышления хватит?
– Угу…– снова повторила она и взволнованно вздохнула.
– Ну иди. Тебя, наверное, ждут.
София поднялась, накинула сумочку на плечо, и все еще с растерянным лицом вышла к двери. Затем обернулась и с извинением проговорила:
– До свидания, сэр.
– Беги, дочка,– улыбнулся Билл.
Софию действительно ждали. На другой стороне дороги фарами автомобиля ей поморгал Ахматов и вышел, чтобы открыть дверцу. Она осторожно перешла дорогу и молча села в машину.
– Все хорошо?– спросил он, сразу уловив перемены в настроении девушки.
– А что со мной не так?– удивилась она его вопросу.
– Ты выглядишь озадаченной…
– Можно я помолчу?..
– Под музыку?– предложил Алекс.
Девушка согласно кивнула и, сплетя пальцы в замок, подперла ими подбородок и отвернулась к окну. Всю дорогу молча наблюдая за девушкой, Ахматов предположил, что это разговор с Биллом подействовал так на нее, но терялся в догадках, о чем они говорили.
***
Началась напряженная работа специального подразделения АМБ. Оперативной группой активно отрабатывалась версия о причастности Кевина Хоуэлла к утечке секретной информации из ФАМО к источникам подрывной политической деятельности в Европе. Личность Хоуэлла и его деятельность стала предметом всестороннего изучения.
Майком Келтоном была разработана тонкая стратегия слежения за всеми его передвижениями и контактами, его дом также был взят под особое наблюдение: обследован специальной службой техников, по периметру окружен аудио локаторами для прослушивания и взят под видеонаблюдение.
Андерсоном и Ахматовым велась аналитическая работа внутри ФАМО. Под их неусыпным вниманием находилась вся информация по секретным проектам агентства, которая держалась в строгой конфиденциальности до открытых заседаний членов комиссий стран-участников. Информация, в которой были заинтересованы политические структуры Европы и Азии, которым было на руку быть в курсе проектов первыми и иметь возможность влиять на процесс переговоров или заключения договоров для собственной выгоды.
К Стивенсону стекались все данные от активных членов группы, которые затем он анализировал, сопоставлял и обсуждал с Макстейном. В свою очередь, тот получал данные от Западно-Европейских каналов, сравнивал отчеты действующих агентов всех подразделений АМБ по странам мира и, словно пазлы, складывал общую картину происходящего.
Между тем как операция «Леди» выходила на финишную прямую и все были в напряженном ожидании результатов работы и от самой Леди, София ощущала себя между небом и землей в интригующих размышлениях о предложении Билла Макстейна. Она ни на минуту не забывала о своих обещаниях и обязанностях в операции, но ее мысли снова и снова возвращались к заманчивой перспективе и время от времени рассеивали внимание.
Жизнь Софии могла круто измениться, выбери она путь своего брата. Но вслед за этими изменениями она потеряла бы то, что приобрела здесь, в Хьюстоне, и что было для нее не менее, а может быть, и самым ценным в жизни. Карьера могла бы построиться и здесь: она уже неплохо продвигалась вперед. Но ее не забытая мечта, несмотря на все противоречия, внутреннюю борьбу, мучительные переживания все же тянула к источнику ее страстного томления. Как бы София ни отказывалась от чувств, усиленно работая над избавлением от них, она не могла не признать, что они каким-то непостижимым образом связывали ее с одним особенным человеком, и это было для нее и наказанием, и даром судьбы. Но, опускаясь на землю, вспоминая реальную жизнь, София постепенно приходила к мысли, что подходит к черте, переступив через которую, сможет разрешить многие противоречия, укрепит свой дух и исполнит все свои еще не сбывшиеся желания.
Хьюстон, декабрь 1999 года
«Дорогой друг, помните, вы сказали, что я могу во всем положиться на вас? Так вот, я вынуждена просить вас принести себя в жертву…– София закатила глаза от пафосного языка романа и снова опустила глаза в книгу.– Приезжайте немедленно, умоляю вас. Мне некого больше позвать. Ваш преданный друг. Мадлена Форестье».
София поморщила нос и захлопнула книгу. Ги Де Мопассан был не лучшим средством занять себя в вечер перед выходными, а только навеял грусть и досадное чувство одиночества. Майк снова где-то пропадал, родители с Милиндой были приглашены на ужин в дом Ларсов, крестная и Томас уехали проведать своих родных, и ей некуда было деться от самой себя. Никому из коллег звонить не хотелось, они бы снова потащили ее в злачные места Хьюстона, где, по их словам, только и можно было оторваться по полной программе. Двух раз Софии хватило с лихвой. Сейчас она была бы рада встретиться с Кроу, но в последнее время и он не появлялся дома.
В предвестии Рождества, хотя до него была еще неделя, София чувствовала не волшебное настроение, не радость, как прежде, а гнетущее уныние и не могла избавиться от мыслей, преследующих ее днем и ночью, о предстоящем разговоре с директором специального подразделения АМБ, на который она решалась вот уже несколько дней.
В поисках занятия, способного отвлечь от неотвязных мыслей, София бродила по квартире, переставляя разные предметы с одного места на другое и обратно; включала музыку, пытаясь снять напряжение в танце; перебрала все кассеты с любимыми фильмами; но только, когда случайно оказалась у окна и заметила гуляющих в парке соседей со своими питомцами, решила отвлечься прогулкой на свежем воздухе. Она достала из шкафа свой любимый хлопковый свитерок, джинсы и кроссовки и стала быстро одеваться.
Когда София натягивала на голову свитер и высокий воротник плотно сжал ее лицо, раздался телефонный звонок. Девушка раздраженно начала стягивать свитер, но ее голова застряла в узком вороте. Нужно было еще немного времени, но телефон нетерпеливо разрывался. Тогда она бросила попытку освободить ухо от свитера и на ощупь дошла до телефона.
– Слушаю,– глухо произнесла она через плотную материю.
– София? Тебя плохо слышно!?– бодрым, искрящимся голосом проговорила Элен.
– Ничего, говори, я тебя слышу,– морщась от щекотки, ответила София.
– Такое ощущение, что у тебя…
– Моя голова застряла в свитере,– перебила София.
– А-а, это не смертельно. Надеюсь, ты сможешь его снять через полчаса?– засмеялась подруга.
– А что будет через полчаса?
– Я приглашаю тебя на выставку в мою галерею. Хватит сидеть дома. Впереди два выходных, еще насидишься. Ты не устала от работы?
– Нет, сегодня был спокойный день… Но
