какому богу человек молится, а как он живет.
Такой комментарий из уст священнослужителя показался Максу странным, а настоятель продолжал:
- Сражаться с демонами можно, лишь укрепив свой дух молитвой, поэтому каждая Цитадель - это оплот Веры. Наш монастырь объединяет православных христиан. В остальных шести люди молятся другим богам. Но это не мешает всем рыцарям Ордена противостоять общему врагу. Впрочем, вы сами все увидите. А сейчас вам нужно отдохнуть. Братья покажут вам ваши кельи.
У Макса накопилась еще уйма вопросов, судя по лицам его друзей, у них тоже. Но он действительно чувствовал сильную усталость, после сытной трапезы рот разрывала зевота. Подавляя ее, он встал, на всякий случай перекрестился и вышел из трапезной вслед за монахами. Братья привели их в длинный коридор, по обеим сторонам которого находились двери, ведущие в кельи. Сначала монахи устроили на ночлег девушек. Аня на прощанье улыбнулась Максу и скрылась за дверью своей кельи. Затем пришла очередь Ромки, Ильи, Гарта и, наконец, Сергея Ивановича.
- Это твоя келья, брат, - произнес один из монахов, указывая Максу на дверь.
Макс поблагодарил и собрался было войти, но услышал:
- Постой!
Он оглянулся, по коридору спешил настоятель. Подойдя, отец Андрей окинул его внимательным взглядом и произнес:
- Будь осторожен.
Затем он перекрестил Макса и, резко повернувшись, пошел назад. Макс пожал плечами и потянул дверь на себя, очутившись в маленькой комнатке без окон, с высоким сводчатым потолком. Здесь стояла узкая кровать, застеленная серым шерстяным одеялом, больше из мебели в келье не было ничего. В углу висели иконы, под ними теплилась лампадка. Около кровати стоял масленый светильник, тускло освещавший келью. Пахло свечным воском и чем-то еще, наверное, маслом из светильника. Макс плотно прикрыл за собой дверь, затем, подумав немного, перекрестился на иконы и, быстро избавившись от одежды, рухнул на кровать. Он хотел было погасить светильник, но, вспомнив странное предупреждение отца Андрея, оставил его гореть. Закутавшись в одеяло, Макс закрыл глаза и тут же задремал.
Глава 20
Маку снилось, что он сидит на практике по высшей математике и никак не может решить задачу на определенный интеграл. Умом он понимал, что решение должно быть элементарным, и задача очень простая, но ответ упорно ускользал от него. Это раздражало и рождало чувство тревоги. От досады Макс наполовину проснулся и балансировал на грани сна и яви, когда вдруг услышал скрип открываемой двери. Не зная, спит он или бодрствует, Макс приподнял отяжелевшие веки и увидел белую фигуру, которая медленно и осторожно, будто крадучись, приближалась к его кровати. Окончательно проснувшись, он подскочил и узнал Милану. На девушке было воздушное белое одеяние, которое скорее открывало, чем закрывало, все ее прелести. "Откуда она взяла такой пеньюар?" - мелькнула в голове дурацкая мысль, но тут Макс вспомнил, о способности Миланы создавать любые иллюзии, которой девушка активно пользовалась во время их первого путешествия, без конца меняя наряды. Милана подошла вплотную к его кровати и протянула к нему руки.
- Ты что здесь делаешь? - спросил Макс. - Тебе плохо?
- Возьми меня! - хрипло проговорила Милана.
- Что-о-о?!!
"Наверное, она сошла с ума", - подумал Макс и взял Милану за руку.
- У тебя жар, пойдем, я уложу тебя спать.
- Возьми меня! - повторила девушка.
Рука ее была холодна, как у покойницы. Макс немного занервничал, он понятия не имел, как надо поступать в таких ситуациях. Конечно, раньше случалось, что к нему проявляли внимание девушки, которые не вызывали в нем никаких ответных чувств. Тогда он старался как можно тактичнее дать им понять, что ничего между ними быть не может. Но что делать, когда взрослая женщина недвусмысленно предлагает себя, да при этом еще и лезет прямо в постель, он не знал. Пока он размышлял на эту тему, Милана присела на краешек кровати и изогнулась в томной, соблазнительной позе. При этом глаза ее были какими-то странными, ничего не выражающими. Решив хоть как-то обезопасить себя от ее посягательств, Макс потянулся за штанами. Но девушка решительно остановила его руку и с неженской силой дернула Макса на себя. В последний момент Макс сумел упереться ногами и только благодаря этому не свалился на Милану.
- Нет, это черт знает что такое! - завопил он, ощущая прилив паники.
Мало того, что он никогда не рассматривал Милану в качестве возлюбленной и привык считать ее другом, так еще она пристает к нему в монастыре! Нашла место и время! К тому же, настораживало выражение лица девушки - она была похожа на вампира, какими их изображают в фильмах ужасов. С огромным трудом, путаясь и торопясь, он все же сумел дрожащими руками натянуть штаны и вскочил с кровати.
Милана встала вслед за ним.
- ВОЗЬМИ МЕНЯ! - прорычала она низким, не своим голосом и пошла на Макса, жадно протягивая к нему руки с хищно скрюченными пальцами.
Лицо Миланы исказилось, черты его будто поплыли, и из-под них выступили другие, о чем-то смутно напомнившие Максу. С ужасом наблюдая за этими изменениями, он прижался спиной к холодной стене. Отступать было некуда, и Макс медленно, опираясь на стену, двинулся в сторону двери, молясь про себя о том, чтобы успеть выскочить и позвать на помощь. Когда до двери осталось совсем немного, Милана совершила стремительный прыжок, и Макс, стреноженный страхом и паникой, зажмурил глаза. Но девушка внезапно издала резкий, полный разочарования, вопль. Подняв непослушные, словно парализованные, веки, Макс увидел, что пальцы Миланы скребут воздух в нескольких сантиметрах от него. Что-то не давало девушке приблизиться к нему. Устремив ненавидящий взгляд наверх, Милана выла от ярости. Макс поднял голосу и понял причину ее гнева: прямо над его головой висели иконы, в лампадке ярко вспыхнул огонек, придавая ему силы и надежду.
- Иди ко мне! Отдай мне свое тело! Ты нужен мне! - бесновалась Милана в тщетной попытке дотянуться до Макса.
Он снова поднял взгляд на иконы. Строгие и одновременно бесконечно всепрощающие лики безмолвно обещали помощь. Он поднял руку и решительно перекрестился, произнеся тихо: "Господи, спаси и сохрани!"
- Что ты там бормочешь, святоша? Ты же ни одной молитвы не знаешь! - хрипло расхохоталась Милана. - Ты всегда говорил, что атеист! Что ж ты сейчас-то к боженьке бросился? Не поможет он тебе, и не надейся! Иди сюда, покорись своей участи! Отдай мне свое тело! Ты же не веришь в бога!
- Я верю, - медленно, словно пробуя на вкус слова, проговорил Макс. Голос
