— Что…
— Доедешь и так, — грубо оборвал его Риверс. — Я сам видел, как ты скакал на пони вообще без уздечки.
Райдер с трудом поднял голову. Он сильно сомневался, хватит ли у него сил управиться с лошадью. А тут еще Риверс насел на него с расспросами о спуске вниз, в каньон. Он попытался сосредоточиться. Ведь ему самому нужно было добраться туда как можно скорее… Он должен сказать Мэттьюсону… он должен…
— Где тропа, Маккей? — снова спросил Риверс.
Боковым зрением Райдер заметил, что Риверс взмахнул рукой, словно подзывая кого-то издали. Осторожно, стараясь не потерять равновесия, разведчик обернулся и увидел Анну Лей, ехавшую на одной лошади с солдатом из их отряда. Невнятно пробурчав какое-то ругательство, он слабо кивнул Риверсу:
— Сюда.
Показывая им более длинную, зато более безопасную тропу в каньон, Райдер пытался обдумать, что же он скажет Мэттьюсону. Его помутненный рассудок по-прежнему был не в состоянии реагировать должным образом на прикрученные к седлу запястья — ведь если кто и заслужил быть связанным, так это Анна Лей. И он собирался всеми силами Добиться этого, добравшись до старшего лейтенанта.
Райдер так и не успел толком прийти в себя, когда был закован в цепи и под конвоем отправлен в форт Союза.
Нью-Йорк-Сити
Стук в дверь отвлек Мэри от чтения.
— Войдите, — негромко ответила она. С момента памятного разговора за обедом прошло двадцать четыре часа. За все это время мать даже не подумала заговорить с нею, не показывалась из своей комнаты. Мэри знала, кто это стучал.
Вошел Джей Мак с подносом, уставленным тарелками.
— Разочарована? — спросил он.
— Разочарована?..
— В том, что это я, а не мама.
Мэри покачала головой. Она была одета в ночную сорочку и халат и сидела на кресле, подобрав под себя ноги. Ей пришлось отложить в сторону книгу и очистить на маленьком столике место для подноса.
— Я вовсе не ожидала, что мама так быстро передумает, — отвечала она. — И вполне счастлива видеть здесь тебя.
— Я пытался с нею поговорить, — сообщил Джей Мак, опустившись в кресло-качалку.
Мэри разлила чай по чашкам.
— Знаю, — вздохнула она, — но не думаю, что мама готова выслушать тебя.
— Я думаю так же.
— Ты не был сегодня на работе, — заметила Мэри, протягивая ему чашку.
— Верно. Я решил, что лучше побуду здесь — на всякий случай. Вдруг я ей понадоблюсь.
— То есть на тот случай, если мы с мамой сцепимся снова?
Джея Мака нисколько не смутила проницательность дочери. Он не спеша пил чай, наслаждаясь покоем в обществе Мэри. Даже в самые тяжелые минуты она не утрачивала способности успокаивающе действовать на окружающих.
— Я получил телеграмму от Ренни и Джаррета. Ее принес посыльный из офиса.
— Деловую или семейную?
— На этот раз деловую, — признался Джей Мак. — Я уверен, что ей вполне хватает забот со своими двойняшками. Она пишет, что у Джаррета полным ходом идут переговоры о получении земли для прокладки нового участка Северо-Восточной дороги в Аризоне.
— В Аризоне? Как интересно. Северо-Восточная дорога на юго-западе, — поддразнила Мэри. — Джей Мак, тебе пора подумать о новом названии для своей дороги. Вряд ли ей подходит старое.
— Знаю, знаю, — откликнулся он. — Но я нарочно не менял название, чтобы постоянно помнить о том, что иногда бываю подвержен приступам скудоумия.
Мэри рассмеялась. Северо-Восточная дорога пересекала почти всю страну. Однако девушке было известно, что вначале отец и мечтать не смел о столь грандиозном предприятии. Северо-Восточная дорога смогла завоевать такие пространства отчасти благодаря войне[5]. Промышленники Союза получили возможность осваивать территории, о которых прежде и думать не могли. Когда война закончилась, многие опасались, что в промышленности наступит застой и даже упадок. Однако, судя по успехам на Северо-Восточной дороге, не случилось ни того ни другого. Детище Джея Мака исправно продолжало осуществлять перевозки по самым низким расценкам, помогая возрождать разрушенное во время войны сельское хозяйство Запада.
Кроме того, немаловажной составляющей деятельности Северо-Восточной дороги были перевозки руды, добывающейся на многочисленных шахтах. Благодаря активности Ренни было выстроено множество местных веток по всему Колорадо, и таким образом Денвер оказался связанным с серебряными рудниками в Мэдисоне, Куинс-Пойнте и самыми новыми — в Кэннон-Миллс. Поначалу Джей Мак всячески противился столь активному участию в бизнесе Ренни, однако со временем смирился. Ее профессиональное чутье в деле прокладки наиболее удачных маршрутов вкупе с деловыми и дипломатическими достоинствами ее молодого супруга принесло Северо-Восточной дороге баснословные прибыли.
— Значит, Ренни с Джарретом сейчас в Аризоне? — спросила Мэри. — А я только что отправила ей письмо в Денвер.
— Майкл перешлет его. Однако сейчас они действительно в Аризоне — телеграмма пришла оттуда. Для меня самого это стало неожиданностью. Там слишком неспокойно из-за индейцев.
— И близнецы, конечно, с нею? — тут же подхватила Мэри. — Им с Джарретом ничего не угрожает?
— Нет и еще раз нет, — хмыкнул Джей Мак. — О их безопасности сейчас печется земельный департамент. Они забрались куда-то к югу от Феникса. Кажется, это место называется фортом Союза. Теперь они опять в Фениксе, ждут новостей, а потом планируют поездку на Голландские рудники.
Однако Мэри нисколько не успокоили эти слова: легкая морщинка меж крылатых бровей так и не разгладилась.
— В чем дело? Что у тебя на уме?
— Сама не знаю, — пробормотала Мэри. — Ничего определенного. — Однако она была явно встревожена и не могла скрыть этого от отца. — Как будто Ренни больше некуда было податься. Кстати, что там добывают?
— Золото. — Джей Мак подлил себе и ей свежего чаю. — Пей. От чая хуже не будет.
Мэри улыбнулась в ответ на неуклюжую попытку отца отвлечь ее от грустных мыслей.
— Рудник старый? — спросила она. Ведь вполне возможно, что этот факт может осложнить или упростить переговоры.
— Твоя сестра наверняка не случайно заинтересовалась именно этим рудником, — покачал головою Джей Мак. — Судя по телеграмме, разработка его началась полгода назад. Без тщательного геологического обследования Ренни не сможет быть уверенной, что рудник проработает достаточно долго и обеспечит работой нашу дорогу.
Мэри невольно сжала в руках чашку.
— А знаешь, Джей Мак, — как можно небрежнее произнесла она, — это все ужасно интересно!
— То есть?
— Ну, то есть я сама подумывала вскоре уехать из Нью-Йорка.
