У них не будет времени на отмывание денег, выборы всего через две недели. Речь о чем-то намного более серьезном.
– Например?
– Теракт на Утойе стал потрясением для страны и подорвал положение крайне правых движений, которые с тех пор пытаются восстановить свою репутацию. А теперь представь, что два типа с фотографии, двое смуглых мужчин, будут виновны в очередном кровопролитии. И предположим, что те, кто их остановит, точнее, будут вынуждены убить, окажутся сочувствующими Викерсену или даже членами Национальной партии… Кто сорвет большой куш? Кровь жертв принесет потоки избирателей, голосующих за ультранационалистов.
– Ты правда думаешь, что Викерсен способен зайти так далеко ради победы на выборах? – спросил Матео.
Екатерина выдержала паузу, а потом продолжила:
– Теперь ты понимаешь, почему подручный Барона вытащил пушку. Теперь я гадаю, что удержало его от того, чтобы меня пристрелить. Должна сказать, мне тоже плохо спалось сегодня.
– Ты выяснила, где и когда произойдет нападение?
– По-моему, я выяснила достаточно, – заметила Екатерина. – Я отправлю все это в антитеррористический отдел.
– Что отправишь? – возразил Матео. – Какой-то неподписанный план и фотографию двух избитых парней, утверждая, что лидер известной политической партии, сговорившись с влиятельным американским консультантом по коммуникациям, собирается организовать смертоубийство, чтобы собрать побольше голосов? Да кто нам поверит? В лучшем случае Викерсена вызовут на допрос… и отпустят за неимением весомых улик. А тот, выйдя из участка, поднимет шумиху, начнет жаловаться на политический заговор… И привлечет внимание СМИ – к своей же выгоде.
– Зато никто не погибнет, значит, оно того стоит, правда же?
– Проблема в том, что мы можем поделиться твоими находками только анонимно, а анонимные обвинения не принимают всерьез, и не стоит исключать возможности, что у Викерсена есть свои люди в полиции. Как обычно, напустятся на тех, кто поднял тревогу, в данном случае – на нас. Стоит начать с того, чтобы собрать побольше доказательств, выяснить, где и когда они планируют действовать, – а там посмотрим.
– Хорошо, давай подумаем. Наверняка это произойдет после наступления темноты; среди бела дня истинные виновные не смогут остаться незамеченными. Барон сказал, что люди Викерсена станут героями через двое суток, их разговор состоялся вчера утром, значит, нападение произойдет сегодня вечером.
– Выходит, у нас остается совсем мало времени на поиски места действия, – заключил Матео.
– Я опаздываю, а для меня это нетипично, мои студенты наверняка уже беспокоятся. Я заканчиваю занятия в два часа дня. Я распечатала для тебя планы города и пригородов и спутниковые фотографии тоже; изучи их как можно тщательнее, а я займусь тем же, как только выйду с факультета. Обсудим все около четырех часов вечера или раньше, если кто-то из нас что-то обнаружит.
Когда они вышли из «лады», Матео неожиданно обнял Екатерину на прощание. Это было неожиданно, но не то чтобы не понравилось ей.
Она зашла в здание факультета, а Матео направился к своему мотоциклу.
9
День второй, Мадрид
Пришлось хорошенько поторговаться, но в конце концов Диего удалось договориться с одним черным хакером. Настоящих имен друг друга они не знали и вряд ли когда-нибудь узнают. Продавец входил в группу «PT82».
В доказательство подлинности своего товара он дал Диего подключиться к системе наблюдения вокзала Паддингтон. За коды доступа он запросил двадцать тысяч долларов в криптовалюте – такой суммы ни у брата, ни у сестры не было. Тогда Диего предложил ему уступить доступ только на время, за более разумную цену, пообещав впоследствии не пытаться воспользоваться приобретением, чтобы вычислить источник. «Группа 9» имела достаточно хорошую репутацию в этой среде, так что его слова было достаточно. После ожесточенного ночного торга покупатель и продавец пришли к соглашению: два часа подключения к камерам за тысячу долларов. Обмен протоколами состоялся, и, как только деньги были переведены в нужный электронный кошелек, Диего получил доступ к потайной лазейке в компьютеры вокзальной службы безопасности.
– Что за группа «PT82»?
– Наши противники! Детище «Фермы», большой организации, специализирующейся на дезинформации. Ее задача – сеять раздор в Европе и США.
– Какими же средствами?
– При помощи армии троллей. Группа «PT82» была задействована в четырех крупных акциях: первая кампания, на «Френдзнете», призывала к отделению Техаса – как бы абсурдно это ни звучало, у нее нашлось много сторонников; потом поддельная страница «Black Lives Matter»[5], опять-таки на «Френдзнете», где они публиковали смонтированные видео арестов на выходе с избирательных участков, чтобы запугать афроамериканских избирателей и заставить их отказаться от участия в голосованиях; кампания информационных вбросов, обвинявших Хиллари Клинтон в том, что она получает деньги от иностранных держав; и наконец, кампания по разжиганию ненависти, которая должна была сплотить крайне правых консерваторов, убедив их в том, что латиноамериканские, еврейские и арабские меньшинства вступили в заговор, дабы получить контроль над государством. В сумме пятьсот публикаций набрали более трехсот сорока миллионов просмотров.
– А руководство «Френдзнета» в курсе, что эту площадку использовали для прямой атаки на демократию?
– Разумеется.
– И ничего не сделало, чтобы этому помешать?
– Конечно, ведь трафик приносил им большой доход.
– Тогда зачем сотрудничать с «PT82», если ваши цели кардинально противоположны?
– Это может показаться странным, но дело в некотором роде во взаимной выгоде. Хакеры «PT82» предполагали, что наши действия могут повредить интересам Запада, точнее, в данном случае западных фармацевтических компаний, так что они были готовы оказать нам услугу при условии достойной оплаты. Мы же смотрели дальше; иногда ради достижения цели можно зайти в «красную зону», хоть это и не доставляет радости.
День второй, Лондон и Мадрид
В пятнадцать минут двенадцатого финансовый директор вышел из офиса фармкомпании. С помощью шпионской программы в его телефоне Диего мог отслеживать его перемещения и наблюдал за ним с раннего утра, с тех пор как тот вышел из дома. Он предупредил Корделию. Та, в свою очередь, вышла с работы и спустилась в лондонскую подземку. Доехав до «Паддингтон-стейшн», поднялась на поверхность, уселась под большими часами и принялась ждать. Джинсы и легкая толстовка с откинутым за спину капюшоном, наушники в ушах и вместительная сумка
