— Думаю, немцы, намеревались сорвать наступление главных сил дивизии фланговым ударом, — предположил я.
Климов согласился с этой мыслью и, наблюдая за ходом боя, заметил:
— Кажется, все. Отбили успешно.
Тогда я впервые близко познакомился с подполковником Михаилом Ивановичем Климовым. Это был коренастый, среднего роста, не очень общительный офицер, хорошо знавший свое дело. Чувствовалось, что обладает незаурядной волей, смелостью и организаторскими способностями. Полком командовал около года, и довольно успешно.
Бой постепенно затихал, и у меня возникла мысль о том, что полку нужно самому перейти в наступление.
— Товарищ подполковник, а не атаковать ли вам противника немедленно, пока у него нарушена система обороны, а значительная часть пехоты лежит на нейтральной полосе под огнем наших минометов и артиллерии?
— Согласен, но сил мало, да и боеприпасов…
— Попросим у командира дивизии его резерв, а боеприпасы подвезут. По дороге к вам я видел повозки.
— Хорошо. Звоните комдиву, связь, кажется, восстановлена.
Доложил Тихонову. Он удовлетворенно сказал:
— Молодцы, молодцы, орлы! Гвардейцы Цорина и Халепы тоже успешно отбили контратаки врага и сейчас продвигаются вперед.
— Климов просит разрешения немедленно атаковать. Его необходимо усилить вашим резервом — и успех будет обеспечен, — сказал я.
После некоторого молчания генерал Тихонов ответил:
— Согласен. Только хорошо подготовьте атаку и чаще мне докладывайте.
В 12 часов 50 минут после огневого налета гвардейцы 55-го полка устремились на врага. Гитлеровцы, укрывшиеся в рытвинах и воронках на нейтральном поле, стали отползать в свои траншеи, но рывок гвардейцев был настолько стремительным, что враг не успел опомниться и открыть огонь — наши бойцы оказались в его траншее.
Первой в рукопашную схватку с врагом вступила рота лейтенанта Н. А. Ерошенкова. В коротком бою были уничтожены двадцать фашистов, трех удалось захватить в плен.
Ошеломленный напором красноармейцев, враг начал отходить к Куроедовке. Неотступно преследуя его, гвардейцы ворвались на северо-восточную окраину села. Ведя уличные бои вместе с подразделениями 152-й стрелковой дивизии, наносившей удар по Куроедовке с северо-запада, 55-й полк к полудню овладел селом и к исходу дня подошел к реке Кильчень. Но дальнейшее продвижение было приостановлено: враг оказывал сильное сопротивление с южного берега реки. Другие полки тоже с боями продвинулись на два-три километра, обошли высоту 116,6 с двух сторон, но овладеть ею не смогли.
Из-за этой высоты произошел неприятный инцидент. В 21 час временно исполнявший обязанности начальника штаба 57-го гвардейского полка старший лейтенант В. К. Котомин доложил капитану Софрыгину о том, что в 20 часов полк овладел высотой. Капитан Софрыгин сообщил о взятии высоты в штаб корпуса. На самом же деле полк овладел безымянной высоткой, а высота 116,6 в это время находилась еще в руках противника.
К сожалению, бывало на войне и такое. А ведь неправильное донесение могло привести к тяжелым последствиям. В любых условиях каждый доклад, каждое донесение должно быть правдивым. Только правда, какой бы горькой она ни была, может дать возможность командиру своевременно принять правильное решение. Вот почему на протяжении всей войны строго взыскивали с тех, кто нарушал это святое правило. И в тот раз все виновники получили строгое взыскание.
Вечером, подводя итоги за день, генерал Тихонов отметил, что, несмотря на успех 55-го полка, главные силы не смогли взять высоту 116,6, а следовательно, оборона врага еще не прорвана. Причины: растянутость фронта, малочисленность активных штыков, недостаток артиллерии и, главное, боеприпасов. Правда, благодаря стараниям подполковника И. А. Юрьева, к вечеру боеприпасы подвезли. Надо сказать, что Иван Андреевич был неутомимым и заботливым хозяйственником, человеком, способным на шутку и доброе слово, всегда сохранявшим спокойствие и уверенность.
Комдив спросил у начальника разведки, какие имеются новые данные о противнике; и тот начал докладывать. Генерал Тихонов поинтересовался:
— А как реагирует противник на ночные действия?
— Гитлеровцы стали бояться их. Стоит даже небольшой группе наших разведчиков появиться ночью в тылу или на флангах, как немцы начинают волноваться, — ответил Мозговой.
— Это очень важно, — заметил генерал Тихонов. — Думаю, нет нужды объяснять, что ночные действия намного увеличивают, элемент внезапности и не дают возможности противнику наносить удары по нашим войскам с воздуха.
Далее он заметил, что в данной обстановке только в ночном бою мы сможем сломить сопротивление и выполнить поставленную задачу. Поэтому в ночь на 25 сентября все полки получили задачу организовать и вести наступление ночью, широко применяя действия мелких групп и специальных отрядов.
Генерал Тихонов подписал боевые распоряжения частям на ночные действия и уехал в полк к Цорину. Заместитель командира дивизии полковник Замотаев отправился к Халепе.
Я доложил начальнику штаба корпуса С. А. Бобруку о принятом решении комдива на ночные действия и попросил выделить для штаба радиостанцию, так как за день боя все имеющиеся вышли из строя. Начальник штаба пообещал к утру найти и передать в дивизию одну-две радиостанции.
К двум часам ночи 25 сентября 1943 года на КП начали поступать доклады об успешных ночных действиях подразделений. Они просачивались мелкими группами в тыл противника, ударами с флангов уничтожали огневые точки врага, сеяли панику и выбивали его из опорных пунктов. Однако на высоте 116,6 противник держался упорно. Под утро бой за высоту принял ожесточенный характер. В этот период исключительное мужество и находчивость проявили гвардейцы батальона капитана П. С. Цукалова из 57-го полка. Батальон прорвался на фланг врага и захватил северо-восточные скаты высоты. Под утро противник контратакой автоматчиков при поддержке двух танков стал отрезать батальон от главных сил полка. Возникла опасность окружения. Тогда Цуканов вместе с комсоргом батальона В. К. Костюченко пошли вперед. Это был именно тот момент боя, когда мало только приказывать, когда надо увлечь людей собственным примером. Буквально на плечах бежавших автоматчиков батальон ворвался на вершину высоты. Когда появились фашистские танки и стали стрелять в упор, Костюченко, к тому времени контуженный, взял у убитого бойца противотанковое ружье и двумя выстрелами подбил танк. Второй уничтожил наводчик противотанкового орудия сержант И. Е. Лисицын. Бесстрашие и беспримерную отвагу проявляли и бойцы батальона 60-го полка под командованием старшего лейтенанта А. Е. Федина, который выбил немцев из дзотов на южных скатах высоты. Совместными усилиями батальонов Цукалова и Федина высота была полностью очищена от врага.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
