34:6–7
Божий народ взывает к Богу, чтобы Он помнил Свое обещание любить: «…помяни милости к Давиду, рабу Твоему» (2 Пар. 6:42).
Неемия молит о Божьей любви и просит Бога вмешаться в его жизнь в тяжелые для него времена:
…Ты Бог, любящий прощать, благий и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый, и Ты не оставил их. <…> И ныне, Боже наш, Боже великий, сильный и страшный, хранящий завет и милость! да не будет малым пред лицом Твоим все страдание…
Неем. 9:17, 32
Любовь Бога преизобильна. Ее становится все больше и больше. Она льется рекой, и иногда ее даже больше, чем нужно, — это надо знать всем страждущим.
В Новом Завете постоянно говорится о любви и милости Бога, которые Он посылает людям через Иисуса Христа
Иоанн пишет в изумлении: «Смотрите, какую любовь дал нам Отец, чтобы нам называться и быть детьми Божиими. Мир потому не знает нас, что не познал Его» (1 Ин. 3:1; см. также: 1 Ин. 4:16). Если бы в библейский текст можно было вставлять восклицательные знаки, я бы непременно это сделал.
«…Любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам»
(Рим. 5:5; см. также: Рим. 8:39; Гал. 2:20; Еф. 3:17–19; Тит. 3:4–7).
Мы — «чада возлюбленные» Бога (Еф. 5:1) и «возлюбленные Богом братия» (1 Фес. 1:4).
Воскресение Иисуса Христа и искупление человеческих грехов есть лучшее свидетельство Божьей любви и основа нашей любви к другим людям.
В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши. Возлюбленные! если так возлюбил нас Бог, то и мы должны любить друг друга.
1 Ин. 4:10–11
Несмотря ни на какие обстоятельства, нас никогда не покинут вечные Божьи любовь и милость.
Часто любовь для нас — это нечто поверхностное и обыденное, и это заставляет нас сомневаться в Боге в трудные для нас времена. Но посмотрите, как наши духовные предшественники видели Его милость:
…Уповающего на Бога окружает милость.
Пс. 31:10
Помилуй меня, Боже, по великой милости Твоей…
Пс. 50:3
Но послал горе, и помилует по великой благости Своей.
Плач. 3:32
Мы не можем знать Божьего замысла, но если бы он был нам доступен, мы, скорее всего, увидели бы, что с позволения Бога мы «заслоняемся» своими бедами от еще более изнуряющих душу бед — результата ослабшего характера, который, в свою очередь, является следствием легкой жизни.
Наша ошибка не в том, что мы придаем слишком большое значение Божьей любви, а в том, что мы ее принижаем. Бог любит нас не на наших условиях, а на Своих. Благодаря Его бесконечной мудрости мы можем быть уверены в том, что Он одаривает нас высшей любовью. Клайв Льюис в книге «Боль» пишет:
Нам, по сути, нужен не столько Отец Небесный, сколько небесный дедушка — этакий благожелательный и расслабленный старичок, который, как говорится, «любит смотреть, как веселится молодежь» и чей план вселенной состоит просто в том, чтобы можно было искренне сказать в конце каждого дня, что «все погуляли на славу». Согласен — немногие сформулируют богословие именно в таких терминах, но весьма сходное понятие таится в уме у многих. Я не претендую на то, чтобы быть исключением, — я бы очень хотел жить во вселенной, управляемой в соответствии с этими принципами. Но поскольку достаточно‑таки ясно, что я не живу в такой вселенной, и поскольку у меня тем не менее есть основания полагать, что Бог есть Любовь, я прихожу к заключению, что мое понятие о любви нуждается в поправке[6].
В Боге столько же святости и справедливости, сколько любви
Для того чтобы понять Божью любовь, учитывая современное состояние нашего общества, необходимо определиться с тем, что не входит в понятие любви, и с тем, как любовь соотносится с другими качествами Бога. Именно поэтому в главе про любовь мне необходимо коснуться темы святости Бога.
Ошибочно полагать, что любовь Бога больше Его святости и что Его святость ограничивает Его любовь
Если спросить людей о том, какое качество Бога ими ценимо больше всего, за Его любовь было бы отдано намного больше голосов, чем за Его святость. На воззрения христиан влияет общество, в котором мы живем, а так как в нашем обществе высоко ценится любовь и мало ценится святость, мы, христиане, часто думаем так же, как все. Мы взяли одно качество Бога, любовь, и истолковали его так, как нам угодно, вытеснив им другие Его качества, которые нам не по душе.
Однако на каком основании мы ставим прочие качества Бога ниже Его любви? Можно ли сказать, что сущность Господней любви — это Его вечная святость? Считая другие качества Бога вторичными по отношению к любви, мы получаем Бога, у Которого есть всего одно качество. Если в наших глазах Его святость противоречит Его любви и Его справедливость несовместима с Его милосердием, это наша проблема, а не Бога. Всемогущий Бог, Который нас создал, — это тот же самый Бог, Который осуждает нас за наши грехи, и тот же самый Бог, Который пошел на невероятный шаг, чтобы у нас был шанс попасть в рай. Гармоничность Бога требует одновременного и полноценного выражения Его святости, Его любви и всех других Его качеств.
Бог проявляет Свою многогранную сущность, у которой, кроме высшей любви, есть много других качеств
Иисус ясно показал, каков Бог. Трудности у нас возникают, когда мы полагаемся на наше субъективное представление об Иисусе Христе, а не на то, о чем говорит и о чем свидетельствует Библия. Иисус, Чьи речи полны нежной любви и прощения, тоже иногда произносит слова сурового обвинения. Он говорит об аде больше и жестче, чем кто‑либо в Писании. Если мы воспринимаем только Божью любовь, мы неизбежно преуменьшаем или отвергаем библейское учение об аде. Если мы считаем, что говорить на эту тему жестоко, значит, мы считаем жестоким Христа.
Если любовь Бога превосходит Его святость, зачем в таком случае посылать Иисуса на смерть на кресте? Если любовь Бога превосходит Его святость, то можно было вообще обойтись без распятия, особенно учитывая то, что Иисус и Сам просил об этом Отца
