«Ты вернулась с работы?» — как обычно, написал Дэрил.
«Как раз иду», — ответила я.
«Что у тебя на ужин?»
«Винегрет».
«Что это?»
«Это такой картофельный салат со свеклой… знаешь, лучше не вникай. Загадочная русская душа под розовым майонезом».
«Звучит вкусно. Я бы попробовал».
«Винегрет или душу?»
«Тебя».
«А ты что делаешь?» — я быстро переводила стрелки с любой слишком острой темы.
«Подбираю галстук к синему костюму. Зеленый с розовыми членами или кремовый с голыми сиськами?»
«Я бы предложила что-нибудь сдержанно-бордовое, если это не оскорбит твой вкус».
«Бордовых мне не дарят. Всем почему-то кажется, что порноактер так любит голые сиськи, что захватит их с собой даже в церковь».
«В церкви с ними действительно небогато».
«Думаю, на крестины сына продюсера порно явятся самые сисястые феи мира и подарят младенцу погремушку в виде сисек, бутылочку в виде сисек и разрешение потрогать все сиськи мира хотя бы один раз. Иначе зачем становиться продюсером порно?»
«Я неприлично хихикаю прямо на улице. Что обо мне подумают люди?»
«Ммм… а когда ты будешь дома?»
«Сейчас, уже отпираю дверь. Если перестану печатать хотя бы на минуту, дело пойдет быстрее».
Я убрала телефон в карман, все еще по-дурацки улыбаясь, зашла наконец в квартиру и тщательно заперла замок. На всякий случай. Володя с того вечера, к счастью, не появлялся. Может и звонил, но я занесла его телефон в черный список. Но мало ли, что придет ему в голову?
Скинула туфли и по пути в комнату нетерпеливо выцарапала телефон из кармана. Мазнула пальцем по экрану, почти не глядя — и увидела мигающий значок аудио-звонка, на который тем самым согласилась.
— Хочу услышать твой смех. И я соскучился по твоему голосу, — густым бархатным тоном мурлыкнул Дэрил мне в ухо — так близко, что у меня мурашки разбежались по телу.
Пенза, в ванне
Услышать голос Дэрила — по-настоящему, у себя дома, здесь, в Пензе, в реальности, в России — это было чересчур.
Наша переписка была как бы понарошку.
Мало ли где и с кем я общалась в интернете?
Зашла в чей-нибудь пост, высказала свое мнение, получила ответ, поругалась насмерть, перебанила половину собеседников, а на следующий день даже не вспомнила, где это было.
Заглянула на форум, увидела вопрос, на который знаю ответ, написала свое нескромное мнение и ушла, отключив уведомления о комментариях.
Забежала в Тиндер, сменила город на Осло, потом на Крайстчерч, потом на Лондон, потом на Оахаку, пофлиртовала с иностранцами, тренируя английский, и удалила приложение.
Это все ерунда, игрушки.
Вроде бы понимаешь, что на том краю всемирной сети тоже живые люди, но когда можешь одним движением руки выключить их, как телевизор, относишься все равно иначе.
А голос… голос со счетов не скинешь. Вот он, настоящий.
Как там, в аэропорту.
Он принадлежит загорелому мужчине в татуировках и с голубыми глазами, который сидел напротив меня, а потом встал и поцеловал так, что даже воспоминания об этом поцелуе надо прятать под рейтингом 21+.
Вдобавок ко всему, на слух, без картинки, английский я воспринимаю хуже всего. Лицом к лицу можно смотреть, как шевелятся губы, угадывать смысл по мимике, жестам, контексту, отвлекаться и пропускать слова, заменяя их догадками.
В первый день в Америке меня накрывала паника от того, что я не пойму, что мне скажут, даже если я просто покупала водичку в супермаркете. На третий день начало отпускать: оказалось, что кассиры вообще крайне редко говорят на сложные темы — все больше про деньги, скидочные карты и предлагают жвачку, пакетик и шоколадку.
Наш с Дэрилом уровень переписки устно я не потяну!
— Как ты мог соскучиться, ты его слышал полчаса от силы… — засмеялась я немного принужденно, отчаянно стесняясь своего произношения, грамматических ошибок и вообще того, что решила потрепаться с настоящей звездой.
Он ведь без шуток звезда.
У некоторых его видео миллионы просмотров, а у меня даже в инстаграме всего сто подписчиков.
— У тебя очень нежный голос. Очень красивый. Если бы мне таким голосом сказали, что я приговорен к смертной казни, я бы еще минут пять улыбался, не до конца понимая смысл, — проговорил он медленно, словно понимая, что я боюсь разобрать не все слова. Но от этого эффект был… ну вот примерно, как он только что сказал.
Я расплывалась липкой, глупо улыбающейся лужицей. Бархатные интонации ласкали мой слух почти физически и смущали меня еще сильнее.
Будто мне пятнадцать, и я вообще впервые общаюсь с мужчиной. Не сопливым одноклассником с прыщами на подбородке, а настоящим взрослым мужчиной, который смотрит на меня с весьма очевидными желаниями.
Эй, это же тот самый Дэрил, с которым я последние две недели каждый день чатилась!
Веселый, умный, с дурацкими и острыми шутками вперемешку.
Люди все-таки совсем-совсем разные в переписке и вживую.
— Дэрил Дриллер… — задумчиво проговорила я. — Так странно с тобой вот так общаться.
— Ты так перекатываешь мое имя во рту, что хочется стать его буквами, — промурлыкал он, втягивая меня в какую-то странную разновидность секса по телефону.
Словно он… соблазнял меня. Говорил таким мягким вкрадчивым голосом, густым полушепотом, очевидно и намеренно эротичным.
Порнозвезды вообще умеют соблазнять? Им это вообще — зачем? На съемочной площадке женщины уже ко всему готовы. А за ее пределами… да, в общем, тоже готовы, только на лице менее скучающее выражение.
— Ты собирался на крестины, — спохватилась я. — Не опоздаешь?
— Уже ухожу! — засмеялся он и проворчал напоследок: — Теперь в святом месте у меня будут совсем не святые мысли!
Звонок завершился, и я опустила телефон, прижимая пальцы ко рту, ловя в них тайную улыбку.
В нашей переписке на следующий день по-прежнему все было крайне невинно: погода, усталость, доброе утро, вот, завтракаю, как взрослый мужчина — мороженым, а ты какое любишь? На следующей неделе еду в Вегас, будем там снимать один большой проект моей подруги, она делает очень красивую эротику.
Дела, заботы, вежливые беседы, треп. Пока это всего лишь буквы на экране, все выглядит так невинно, так банально… Так — почти скучно.
Но вечером аудио-звонок и мурлычущий голос вновь застали меня врасплох.
