перед ним стоял херускский воин, которого он заметил в первый день. Это встреча была не случайной, потому что рядом с ним стоял продавец янтаря, которого Азмелькарт пытался обмануть. Все трое уставились друг на друга. Воин явно его узнал, и Тулл выругался.
Они с ним одновременно потянулись за кинжалами. Сделав свое дело, продавец янтаря отступил. Всякая надежда Тулла на быструю схватку исчезла, когда к воину присоединились трое товарищей, у каждого из которых в руках были копья. Он бросился бежать. Позади него раздались крики. Доски причала скрипели и стучали под его ногами. Вспугнутая им чайка взлетела у него из–под ног; кривозубый рыбак удивленно поднял голову со своей лодки. Тулл бросил взгляд через плечо; его внутренности сжались. Первый воин был совсем рядом, не более чем в дюжине шагов. Его товарищи бежали следом за ним. Более молодые, подтянутые, они догонят его еще задолго до того, как он ступит на корабль. Один из них, обогнавший остальных, рассчитывал сделать это в течение следующих нескольких ударов сердца.
«Какая ирония судьбы, – подумал Тулл, – что он пережил столько ужасных сражений и засад только для того, чтобы расстаться с жизнью на покрытом рыбьей чешуей шатком причале где-то на краю света».
«Он захватит с собой по крайней мере одного воина». – решил он, резко останавливаясь. В нем, как в старом псе все еще жил дух борьбы.
Он опустился на колено, уклонившись от удара копьем, которое метило ему в грудь, и пронзил в живот своим кинжалом первого воина, который в ужасе не смог остановиться. Приподнявшись на другой ноге, и все еще держа клинок на месте, Тулл развернул свою кричащую жертву. Он использовал его тело, ставшее теперь мертвым грузом, как временный щит против оружия его же товарищей. Туллу потребовалось совсем немного времени, чтобы затем сбросить его с кинжала. Умирающий воин столкнулся с бородатым мужчиной, и они упали, в переплетении рук и ног. В последовавшей за этим паузе Тулл сумел выхватить копье у своей жертвы и принял оборонительную позу по отношению к двум оставшимся воинам. Оба, вооруженные, как и он, они сразу же двинулись к краям причала, пытаясь обойти его с флангов. Тулл, державшийся поближе к лежащим мужчинам, быстрым ударом ножа по горлу добил бородатого, убедившись, что тот мертв. Он вместе с другим, который был еще жив, образовали препятствие, которое тем двоим воинам пришлось бы преодолеть, чтобы добраться до него.
– Ну же, козлобородые ублюдки, – насмешливо крикнул Тулл по–германски, наслаждаясь боевым задором, который охватил его впервые за много лет. – Боитесь умереть?
Один воин откашлялся, сплюнул и что–то сказал другому вполголоса. Последовал короткий разговор, а затем, повернувшись лицом к Туллу, они пошли назад по причалу.
Радость Тулла по поводу их отступления была недолгой. Холодная реальность обрушилась на него еще до того, как пара скрылась из виду. «Они скоро вернутся. Очень скоро – и в полном составе». Он бесстрастно прикончил первого нападавшего, попытавшегося приподняться и, оглядываясь по сторонам, направился к кораблю. Он не успел далеко отойти, как к нему вприпрыжку подбежал Фенестела в сопровождении четырех человек. «Они захватили с собой щиты, так что они приготовились к настоящим неприятностям», – с гордостью подумал Тулл.
– Проблема? – Фенестела заглянул через плечо Тулла.
– Да. Нам нужно скорее уходить. Сейчас-же. – объяснил Тулл, и Фенестела нахмурился.
– Азмелькарт будет недоволен.
– Отчасти он сам виноват, – сказал Тулл. – Предоставь его мне.
– Давайте перережем ему горло и выбросим за борт, господин, – предложил один из ветеранов. – Его янтаря должно хватить...
– Нет, – резко сказал Тулл. – Он, конечно, ублюдок, но он не заслуживает такого убийства. Вы трое, идите в конец причала и смотрите в оба. А, ты, стой на полпути. Если они закричат, сообщая, что у нас неприятности, беги на корабль. – Он взглянул на Фенестелу. – Где Катон, Медведь и остальные? – спросил он.
– Я как раз поэтому и шел. – Выражение лица Фенестелы было мрачным. – Луций, Улыбка и Магнус на судне, но...
Тулл в ярости стукнул древком копья по дощатому настилу. – Короче, … Катон, Медведь и Эврисакий ускользнули с корабля.
– Да. Кто–то, должно быть, заметил, но никто ничего не скажет.
«Мужчины не стучат на своих товарищей. Так было всегда», – подумал Тулл, лихорадочно соображая.
– У нас мало времени, не так ли?
– Столько, сколько потребуется, чтобы добраться до их лагеря, поднять каждого воина и вернуться сюда. – Тулл встретился взглядом с Фенестелой и с облегчением увидел ту же мрачную решимость, что и у него самого. – Мы не можем оставить их.
– Нет.
Вернувшись на корабль, ни один из них не был удивлен реакцией Азмелькарта. «Мы должны немедленно выйти в море», – крикнул он, обращаясь к капитану в надежде, что тот с ним согласится. Ситуация быстро разрешилась бы, как тот решит. Капитана и его команду не волновало, что несколько ветеранов остались на берегу. Тулл выхватил свой меч и приставил острие к горлу капитана. – Корабль остается на причале, пока я не разрешу ему выйти!
Переведя взгляд с разъяренного, но бессильного Азмелькарта на Тулла, капитан пробормотал: – Как скажете …
Чувство неуверенности охватило Тулла. Капитана нельзя было оставлять одного, и члены его команды выглядели почти такими же несчастными, как и он. Ему придется разделить оставшиеся силы: десять человек, включая его самого на троих. – Виниций!
– Слушаюсь, господин. – Виниций подошел ближе.
– Ты сможешь удержать корабль? – Я беру с собой двух человек и хочу, чтобы те четверо стояли на конце причала.
– В таком случае, мне нужны только два человека, господин. – Улыбка Виниция обнажила все зубы.
– Мне не нужно объяснять, насколько важно...
– Корабль будет стоять здесь до вашего возвращения, господин. – Виниций отдал честь, как на плацу.
Воодушевленный, Тулл изложил ситуацию Луцию, Улыбке, Магнусу и людям, стоявшим на страже. Пристыженные, они рассказали, что Катон и двое других намеревались посетить самую большую таверну поселения. – Пиво там, по–видимому, самое лучшее, господин, – сказал Магнус в качестве неубедительного оправдания.
– Улыбка и Магнус! – Тулл поманил их к себе. – Скоро сюда прибудет почти сотня воинов–херусков, а ваши друзья–идиоты где–то там отсыпаются после пьянки. Мы собираемся их забрать. Я не знаю, найдем ли мы их вовремя и
