на лестничную площадку между этажами. Инстинктивно я обернулся, выставив перед собой свое неказистое оружие. Я видел тёмные щели между створками дверей старой, полированной громадины, и внимательно смотрящий на меня человеческий глаз, блестящий в отражении света уличного фонаря. Мы несколько секунд смотрелись друг на друга, потом хрупкая кисть обхватила край левой створки шкафа, чуть-чуть приподняла и толкнула вперед, после чего дверь открылась совершенно бесшумно.
— Ты кто? — очень тихо спросил тонкий женский голос.
Убивать женщину не хотелось, но я понимал, что через секунду густую тишину летней ночи разорвёт истошный женский визг и это будет для меня равноценно смертному приговору. Я примерился, готовясь поудобнее схватить человека за горло ткнуть моей заточкой, чтобы она не успела заорать…
— Я тебя не выдавай — говорила со мной явно беженка, ее акцент был мягким и певучим: — Я тебе помогу.
В последнее мгновение моя рука остановилась и повисла в воздухе, острие пластикового клинка нерешительно колыхалось. Со мной говорила девушка или молодая женщина. Она видела мою руку, готовую нанести удар, но продолжала абсолютно спокойно шептать мне:
— Я тебе помогу. Я тут рабыня. Я их всех ненавижу.
— Подожди. Ты же с ними одной веры. Как ты можешь их ненавидеть?
— Пойдем со мной, там мы сможем спокойно поговорить. — маленькая фигурка в бесформенном черном балахоне, выскользнула из шкафа и проскользнула мимо меня. Поднявшись на несколько ступенек, девушка призывно махнула мне и скрылась в квартире, расположенной слева от лестницы. Я очень осторожно следовал за ней. В тёмном коридоре за моей спиной очень тихо закрылась входная дверь, кто-то взял меня за руку и повел в комнату. Квартира была нежилой, у стен стояла какая-то мебель, в самой дальней комнате мы уселись на свернутый у стены ковёр.
— Ты русский?
— Да.
— Зачем ты здесь?
— Я ищу Магарова, он мой кровник.
— Ты ошибся подъездом. Магаров живет в соседнем подъезде, на третьем этаже…
— Ну прописан то он в этом подъезде?
— Ты смешной. Весь этот дом отдан общине, и здесь сильный решает, где они будут жить, а Магаров один из сильных.
— Если хочешь отомстить Магарову, то я помогу тебе…
Я усмехнулся:
— С чего тебе помогать мне? Ты южанка, они твои братья по вере.
— Я верю в Бога, милостивого и милосердного, а они дети Иблиса, отвергнувшие Бога. Я живу лет, и они очень много мне задолжали. Меня зовут Адиля, и я клянусь тебе, русский, я помогу тебе.
В темноте я видел лишь лишь белки глаз и светлые зубы моей собеседницы, а она, прижавшись к моему плечу, шептала на ухо свою историю. Она жила в небольшой, вполне благополучной южной стране, у нее были папа и мама, а также старший брат. Однажды девочка с родителями поехала на машине в бабушке с дедушкой, что жили в соседнем городе. Машина, ровно гудя двигателем, быстро проглатывала километры ровной шоссейной дороги, из динамика раздавалось пение популярного певца, отец улыбался дочери, глядя на нее в зеркало заднего вида. Раздался грохот, черная вспышка встала перед глазами… Когда девочка очнулась, кто-то вытаскивал ее из под перевернутой машины. Вокруг суетились солдаты в незнакомой форме — началась очередная заварушка, причина которой тянулась из-за неправильного поведения одних людей по отношению к другим, произошедшего тысячу лет назад. Молодой симпатичный парень с тонкими усиками и белозубой улыбкой протянул ребёнку фляжку, напоил её, а потом за волосы потащил к стоящему неподалеку пикапу с крупнокалиберным пулемётом в кузове. Так для Адили началась новая жизнь — жизнь маленькой рабыни. Через несколько дней она попала в большой дом родни своего нового хозяина, где несколько лет выполняла любую работу. Повзрослев она на короткий срок стала наложницей своего господина, которого звали Васим. Ребёнок от Васима родился мёртвым — пуповина перекрутилась вокруг шеи, и после этого молодая женщина снова превратилась в прислугу на все руки, лишь иногда подкладываемую под уважаемых гостей семьи. Пару лет назад, когда война подошла к городу, где жила семь Магаровых, они с тысячей других перемещаемых лиц, погрузились на транспортные самолеты стран НАТО и были переплавлены в благополучную Россию. Происхождение молодой женщины, одетой в потрепанную черную хламиду, никого не интересовало. Документы у беженцев никто не проверял, пассажиров пересчитали по головам, чтобы не допустить перегруза воздушного гиганта, а по прилету загрузили в автобусы и привезли сюда, в новый квартал, выкупленный оптом Евросоюзом у местных застройщиков. По документам одной из племянниц Магарова, Адиля год посещала русскую школу, где научилась говорить и писать по-русски. Затем обучение было признано достаточным, и девушка вернулась своей повседневной беспросветной жизни.
— А почему ты спишь в этом подъезде, если твои хозяева живут в соседнем?
— Им все равно, зато ночью меня не поднимают, выполнять очередной каприз хозяев приходиться прислуге, что живет рядом с ними, а я прихожу только утром.
— И как ты мне хочешь помочь?
— Что ты хочешь? К Магарову ночью ты не войдешь, дверь не откроют, да и в квартире два вооруженных охранника. Но если хочешь, то я покажу тебе, где хранится оружие. И утром ты застрелишь Магарова, когда тот выйдет во двор.
— А после того, как я застрелю Магарова, я смогу уйти отсюда?
— Нет, ты не уйдешь, но ведь ты убьешь своего врага. Разве не это главное?
— Нет. Я один, а родни у Магарова много. Если я погибну, убив Магарова, кто разберется с остальными его родственниками. С Васимом, например, Он, кстати, сейчас здесь?
— Нет, он завтра прилетит…
— В каком смысле — прилетит?
— Васим после армии, семья дала денег, выучился на летчика, летает вторым пилотом на «Боинге». Завтра прилетит, снимет русскую девочку, привезет сюда, отдохнет, а через пару дней улетит в новый рейс.
— Он привозит девочек сюда? Каждый раз?
— А куда ему их вести? У него здесь дом. А почему ему не привозить их каждый раз. Молодой, красивый. В форме гражданского летчика русской авиакомпании, на красивой машине, такой, без верха…
— Кабриолет?
— Не знаю, видела, что красивая, красная, и эмблема круглая, красивая, с красным крестом. Почему не прокатится с красивым, богатым пилотом. Ты боишься богатых пилотов из авиакомпании?
— Наверное, не боюсь.
— Вот и девчонки не боятся.
— И что, они здесь с ним…
— Ну да, они с ним трахаються, а потом он их отпускает.
— И что, все соглашаются сюда ехать?
— Так, пока машина во двор не заедет, не видно же, куда приехали, дома да дома, почти все одинаковые.
— А если она не согласна с Васимом здесь трахаться?
— Он все равно с ней развлекается, только потом ее ведут вон туда — девушка поманила меня к окну и ткнула пальцем в приземистое здание
