к её ладоням. Каждое движение чужеродного металла в его теле сопровождалось до того ноющей болью, что он заскрипел зубами.
После того, как Нина вытащила шрапнель и залечила раны, повернулась и ни слова не сказав, ушла. Ну, как всегда. Она ничуть не изменилась.
— Борис, поднимайся. Пошли в мой кабинет. Поговорим, — махнул ему генерал.
Когда они устроились на скрипучих стульях с высокими спинками и подлокотниками, Романцев нахмурился ещё сильней.
— Ты использовал аварийный портал для Эпицентра на случай мобилизации, — резко спросил его генерал. — И я тебя спрашиваю — почему?
— Попал в передрягу, — пробормотал пересохшими губами Борис. — Иначе бы погиб.
— Понимаю, — кивнул генерал после нескольких секунд раздумья. — Ну тогда смотри какой расклад. Устав ты знаешь, как и последствия своего действия тоже. За это тебе положен военный трибунал и ссылка на Аляску. А там ты знаешь, что за жесть. Будут тебя там п*здить каждый день и с различными тварями в поединки ставить.
— Меня туда сошлют? — на всякий случай спросил Борис, хотя понимал, что если б было так — Романцев с ним бы сейчас не разговаривал.
— В общем так… — генерал шумно выдохнул, налил стакан воды и поставил перед ним.
О, Единый, какое же это блаженство! Боря новь почувствовать себя живым. Влага прошла по организму, будто целебная волна, питая каждую клеточку тела. Это его окончательно оживило.
— … давай так поступим, — продолжил Романцев. — Раз ты герой войны и всё такое — трибунала не будет. Я тебе обещаю. Но тогда повоюй ещё, дружок. Отработай. И будет выдан тебе новый портал.
— И на сколько я тут застрял? — скосил взгляд на генерала Борис.
— Ещё с месяцок. А там — вновь свобода.
— А куда деваться, — скривился в ухмылке Борис.
— Вот именно, Боря. Вот именно, — ответил Романцев, показывая на выход. — Можешь идти. Только не забудь зайти в каптёрку, получить снаряжение и вещи. Сегодня будет вылазка.
Борис кивнул и, ни слова не сказав в ответ, вышел на улицу, а там громко и отчаянно закричал в небо, которое постепенно затягивало серыми тучами от очередного свежего разлома.
* * *
Вчера, после великолепного секса с Мариной, я сладко уснул. Не спал так, наверное, ещё со времён попадания в этот мир.
Утро же выдалось также достаточно энергичным. Пробежка, тренажерный зал, традиционный контрастный душ и утренняя трапеза в виде блинов с творогом.
После завтрака наша парковка начала заполняться автомобилями. На первое собрание клана после продолжительного перерыва приехали Медведев, Рылеев, Збруевы и Драгунов, а чуть позже Азиз.
Что уж говорить, все были рады меня видеть. Почти все. Збруевы и Драгунов взглядами выражали недовольство, но смиренно молчали, показывая таким образом, что они принимали меня как главу клана.
Когда мы подвели итоги нападения Бориса и купленного им Зильбермана, перешли на тему работы над ошибками. Виссарион презентовал новый артефакт защиты, который уже устанавливался в это время в моем поместье. Также выразил готовность передать такие же приборы остальным союзникам.
— Ну а теперь, друзья, поприветствуем нового человека в нашем клане, Азиза, — представил я араба, который был немного смущён. Как он мне признался перед собранием, первый раз арабы к кому-то присоединяются. Ну что ж, всегда что-то бывает впервые.
Кислые рожи Драгунова и Збруевой в расчет я не брал. Эти после показательной порки Бориса будут теперь сидеть тише воды ниже травы. Главное, чтобы исправно отчисляли проценты от своей прибыли в казну клана. А больше от них ничего и не требуется.
— Благодарю Ивана и каждого из вас за то, что приняли в свой клан, — поднялся со своего места Азиз. — От нашей арабской общины в честь такого важного для каждого из нас союза примите в знак благодарности этот скромный дар.
Он хлопнул в ладоши, и двери распахнулись. Темнокожие слуги занесли в помещение пять ковров.
Один из них разложили для демонстрации. Ковер был первоклассным: с ярким красно-желтым узором и высоким мягким ворсом. Примерно такие же лежали в прошлой жизни у меня во дворце.
Я подошел и погладил рукой. Потрясающее сходство. Правда было небольшое отличие. Я почувствовал, как через пальцы в жи́ву перешло немного энергии.
— Каждому, кто состоит в клане Астафьевых, арабская община дарит по этому замечательному ковру, — продолжил Азиз. — Между прочим, над ними работали наши лучшие мастера. Всё сделано по древним рецептам, доставшимся нам от далёких предков.
Далее Азиз поделился интересным свойством предметов. Оказывается, они заряжены магией и являются своего рода аккумуляторами маны. То есть в случае превышения лимитов использования маны можно было свободно подпитаться от этого уникального предмета.
После собрания был организован небольшой фуршет, который проходил уже в моей гостиной. Из спиртного было знаменитое аравийское вино, которое славилось своим качеством. Им щедро поделился Азиз, поставив на стол два больших пятилитровых кувшина.
После того, как все разъехались, я устроился у камина. Сегодня на побережье с утра дул холодный ветер, море штормило. Несмотря на конец сентября, было достаточно зябко.
Захар вызвался растопить камин, но я сказал, что справлюсь с этим самостоятельно. Хотел вспомнить прошлое. Я и в своем замке частенько сам разжигал огонь в большом камине, который согревал тронный зал и гостиную.
Захар лишь принес хворост и несколько поленьев, разложив их на подстилке. Я же для растопки взял несколько старых газет, которых скопилось у нас в подсобке достаточно много.
Смял газету и положил в камин, сделал домик из хвороста. Нет, всё-таки бумаги маловато. Я взял в руки очередную газетёнку десятилетней давности, и… замер.
На первой полосе увидел статью, и что-то в ней зацепило.
'ЭКСТРЕННАЯ СИТУАЦИЯ!
Зельеварщица Зиона, возомнившая себя богиней, угрожает взорвать Источник.
К месту уже стянуты представители Обители, а также элитные силы имперской гвардии.
В пещеру отправлен переговорщик.
Ситуация находится под контролем силовых служб Империи'.
А
