позвонить.
– Все нормально, – тихо ответил Кетт. – Она просто скучает по маме. Как и все мы.
– Наверное, Билли… – начал Портер и облизнул губы. – Послушай, ты же полицейский, тебе хорошо известны подобные случаи. Главное, не сдавайся, хорошо? Я помню, как видел тебя в новостях, где речь шла о близнецах. Я помню, как ты произнес такие же слова – нельзя отказываться от надежды, пока их не найдут. И ты не сдавался даже после того, как прошло много недель.
– Месяцев, – уточнил Кетт. – Прошло семь месяцев после их исчезновения.
И тогда он перестал надеяться. Он столько раз отказывался от надежды, что не мог сосчитать.
– Ты хороший отец, – произнес Портер. – Никто не скажет ничего другого. Она тебя любит. Видно, как сильно она тебя любит, в особенности если посмотреть на ее слезы и сопли, которые текут тебе за шиворот прямо сейчас.
Кетт рассмеялся, а Мойра отодвинулась от отца и улыбнулась Портеру.
– Я хотел сказать, что это выглядит ужасно, – продолжал тот. – Как настоящая река.
– Могло быть хуже, – фыркнув, сообщил Роберт и состроил гримасу.
– О, брось, хуже некуда, – заявил Портер.
Кетт протянул ему ребенка.
– Хочешь, чтобы тебе доверили эту честь?
– Хочу ли я чистить радиоактивное пятно размером с Чернобыль? – спросил Портер, покачав головой. – Нет, нет и нет.
Роберт забрал Мойру, пригладив, насколько это было возможно, светлые упругие кудряшки.
– Значит, эта честь предоставляется мне, – резюмировал он.
– Если ты когда-нибудь захочешь поговорить, я рядом, – сказал Портер.
– Если я когда-нибудь захочу поговорить о детских какашках?
– Нет, идиот, если ты захочешь поговорить о Билли.
Роберт благодарно кивнул.
– Я дам тебе знать, – пообещал он.
– Старший детектив-инспектор Кетт, – позвал один из констеблей. Роберт повернул голову – констебли стояли возле патрульной машины; один из них держал в руке телефон. – Вам звонит констебль Сэвидж.
– Держи, – сказал Кетт, передавая Мойру Портеру – он не смог определить, кто взвизгнул громче в результате такого перехода, – подошел к патрульной машине и взял трубку. – Сэвидж?
– Да, сэр, – послышался голос констебля, искаженный слабым сигналом. – Я все еще возле магазина Уокера. Здесь кое-что появилось – и вам следует на это взглянуть.
Глава 10
Начались пробки, и движение по городу превратилось в настоящий кошмар. Кристиан Стиллуотер жил в так называемом Золотом Треугольнике – районе небольших, но дорогих домов среднего класса, рядом с центром, и попасть оттуда в северную часть города значило пробиться через скопище автобусов, грузовиков и велосипедов. Кетт пожалел, что на его старом «Вольво» не установлены сирены и мигалки – лишь хриплый гудок, который не слишком помогал.
Конечно, ему предложили сирену. Портер распорядился было, чтобы его сопровождали констебли, но Роберт отказался. В голосе Сэвидж он не уловил то, что дело срочное; пусть уж лучше тогда полицейские в форме отправятся на поиски самого многообещающего подозреваемого. Портер также предложил поехать вместе с ним, но Кетт попросил его отвезти мешок с уликами судмедэкспертам. Если удастся выяснить, на каком пляже побывал Кристиан Стиллуотер, у них появится больше шансов найти девочек.
– Кроме того, – сказал Роберт, спешно меняя подгузник Мойре на заднем сиденье «Вольво», – Сэвидж сама справится с любыми возникшими проблемами.
– А если даже и нет, – с улыбкой продолжил Портер, – ее зовут Сэвидж. Достаточно крикнуть: «Возьми их, Сэвидж!» – и они побегут, словно за ними гонится сам дьявол.
Все парковочные места у магазинов оказались заняты, а Кетт не хотел перегораживать дорогу, поэтому проехал еще четверть мили до небольшого кооперативного магазинчика, позади которого имелась парковка. Там было написано, что она только для клиентов, поэтому Роберт вошел и купил коробку детских лепешек – еще одна взятка, чтобы заманить Мойру в коляску. К счастью, сейчас у него не было времени на чувство вины – как только Кетт прошел мимо наполовину разрушенной пивной, он услышал стук по стеклу, повернулся и увидел Сэвидж, смотревшую на него через грязное окно «Альбиона».
С трудом протиснувшись с коляской через двойные двери, он вздрогнул, когда в лицо ему ударил холодный воздух кондиционера. Оказалось, что внутри пивная выглядела гораздо симпатичнее, чем снаружи, – полированный деревянный пол, а столы и стулья стильные и современные.
Если не считать бармена с кислым лицом за стойкой, в пивной не было ни одного посетителя, и Кетт сразу понял причину этого.
– Спасибо, что пришли, – сказала Сэвидж, силуэт которой выделялся на фоне падавшего из окна света. Она сняла шляпу и куртку, но все равно оставалась типичным полицейским – а здесь копов не считали подходящими собутыльниками. – Значит, вам не удалось найти Стиллуотера?
– Нет, – ответил Кетт, поставив коляску к окну, откуда открывался отличный вид на магазин Уокера и квартиру над ним. Роберт даже смог разглядеть маленькую фигурку Дэвида за стойкой. – Стиллуотер скрывается, чем лишь повышает вероятность того, что он виновен. А что у вас? Что привлекло ваше внимание?
Сэвидж улыбнулась, довольная собой.
– Сначала я провела небольшое исследование, – начала она, и Кетт поднял руку.
– Подождите, – попросил он, поворачиваясь к бару. – Могу я попросить у вас чай?
– Я не знаю, можете вы или нет, – пробормотал бармен голосом, полным сарказма. Однако встал, шаркая, подошел к автомату и включил его.
– И сок для малой, – попросил Роберт.
– О сэр, не нужно, – ответила Сэвидж.
Кетт нахмурился и указал на коляску, где Мойра жевала детские сухарики.
– Для этой малой, – уточнил он.
– О… извините, – покраснев, сказала констебль. – Кстати, я кое-что выяснила, пока тут сидела. У Уокера четверо детей.
– Да. И один из них сидел в тюрьме, верно?
– Два ограбления, – кивнув, подтвердила она, потом взяла лежавший на столе телефон и показала Роберту фотографию мужчины, которому перевалило за пятьдесят. Загорелый, седеющий и толстый – и крупный, в отличие крошечного Дэвида Уокера, – однако у него были глаза и нос отца. – Его зовут Брендон Уокер. Ему пятьдесят шесть лет. В последний раз его арестовали за крупное ограбление в Мидлендсе, где он вместе с сообщниками пытался обнести ломбард. Оказалось, что ломбардом владела албанская мафия, и грабителям хорошенько надрали задницы, а потом их арестовала полиция. Он отсидел два года за кражу со взломом.
– И всё?
– Во время ограбления он использовал кувалду, – добавила Сэвидж. – Резиновую. Больше для вида. Если честно, не самый умный преступник в городе. Отбывал срок в Оквуде.
– И сейчас продолжает жить в Вулверхэмптоне? – спросил Кетт.
– Да, если верить его отцу. Дэвид Уокер утверждает, что не говорил с сыном с тех самых пор, как его посадили во второй раз, и что давал ему слишком много шансов. Насколько известно старику, Брендон все еще прячется в Мидлендсе, и я это проверила. Там у него есть работа на ферме. Он холостит овец, если в такое можно поверить.
Кетт содрогнулся.
– Снимает небольшую квартиру, держится особняком. Но полтора года назад не явился на работу. Перестал платить за аренду жилья, и его вполне официально выселили.
– И?..
– Он исчез с радаров. Нет работы, нет дома, нет следов.
– И вы позвали меня
